Двухполосное шоссе из Киева на север пустеет с каждым километром; ноябрьское солнце лениво поднимается над желто-зелеными деревьями. Всего полтора часа на машине — и вот уже будочка КПП со шлагбаумом. За ней — 30-километровая «зона отчуждения» вокруг Чернобыльской АЭС. Милиционер проверяет документы, сверяет со списком. Разрешение на въезд в «зону» выдает Министерство по чрезвычайным ситуациям Украины, получить его непросто. В последние годы сюда потянулись не только журналисты и ученые, но и любители приключений. Одно киевское турагентство продает путевки в заброшенный город Припять в трех километрах от АЭС, дневной тур стоит примерно 300 долларов. За год в «запретной зоне» бывает около 10 000 посетителей — как ученых, так и туристов.

Четверть века назад, 26 апреля 1986 года, здесь произошла крупнейшая авария за всю историю атомной энергетики — взрыв разрушил один из реакторов станции. 25 лет здешняя природа была предоставлена сама себе — и вот уже через трещины заброшенных дорог прорастает трава. Город Припять, в котором до аварии жило 50 000 человек, разрушается. Обрушиваются монолитные, строенные на века дома; деревья пробивают крыши. В лесу появились рыси; лошади Пржевальского подходят к людям… Отсутствие жителей сделало из запретной зоны большой радиационный заповедник.

Здесь нет никакой потусторонней романтики, о которой писали когда-то братья Стругацкие в «Пикнике на обочине». Нет двухметровых грибов и зверей-мутантов; многие из тех, кто ждет от поездки в «запретную зону» острых ощущений, оказываются разочарованными.

На первый взгляд может показаться, что рядом с Чернобыльской АЭС никто не живет. Но это предположение обманчиво.

В Чернобыле на домах светятся табло. Только цифры показывают не время, а уровень радиации. В Чернобыле живет примерно три тысячи человек, обслуживающих запретную зону. Они приезжают сюда по пропускам сотрудников.

Но есть и те, кто проходит через границу запретной зоны по другим пропускам. В графе «место работы» там написано «самосел». Украинские власти выдали около 130 таких пропусков. Самоселы — это люди, самовольно вернувшиеся в свои дома рядом со станцией через год-другой после взрыва. Сами они не любят, когда их называют «самоселами». Ведь они просто вернулись домой после того, как было выселено из 30-километровой зоны вокруг АЭС 125 000 человек. В 1988 году вернувшихся было 1280 человек, сегодня — в десять раз меньше.

Эти люди живут в деревнях с относительно благополучным радиационным фоном: Куповатое, Оташев, Опачичи, Парышев, Ладыжичи, Теремцы, Рудня-Ильинецкая. Некоторые самоселы живут и в самом Чернобыле, в 16 километрах от АЭС. Уровень радиации там колеблется от 20 до 70 микрорентген в час при допустимой норме 30 микрорентген в час. Есть отдельные радиоактивные пятна; радиационный фон зависит от погоды, направления ветра и времени года.

30-километровая зона вокруг Чернобыльской АЭС объявлена «зоной безусловного отселения», жить здесь запрещено. Но, как это часто бывает, местная администрация смотрит на самоселов сквозь пальцы; есть даже специальный отдел, который занимается этими людьми.

Для стариков время остановилось. Где-то там, за границей «зоны», — скандалы и выборы, украинская политика и экономический кризис. А здесь — все как 25 лет назад.

Татьяна Николаевна Хрущ толкает перед собой тележку с навозом и не хочет ни фотографироваться, ни разговаривать: у нее своих дел полно. Татьяне Николаевне 73 года. Она вернулась в Чернобыль и устроилась работать уборщицей в администрации Зоны отчуждения. Здесь же и осталась жить. Квартиру, полученную при отселении, отдала одному из сыновей: «Зачем мне квартира? Все равно дома лучше. Где родился — там надо и умирать», — говорит она.

Татьяна Николаевна родилась в восьми километрах от Чернобыля. Она не хочет жить в большом городе. «Лесов нет, ягод-грибов нет, там чернозем, а на черноземе не растет», — говорит она.Читать дальше >>>