Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

Korean Air названа лучшей авиакомпанией  для бизнес-путешественников по версии Russian Business Travel & Mice Award. Крупнейший южнокорейский авиаперевозчик выполняет рейсы в Москву, Санкт-Петербург, Иркутск и Владивосток


Женская работа

Сомайя Джабарти — первая женщина в истории Саудовской Аравии, ставшая главным редактором газеты. Она определяет редакционную политику и руководит несколькими десятками сотрудников. Но при этом не имеет права водить машину и обязана отпрашиваться в командировку у мужа. Как уживаются такие противоречия под аравийским солнцем?
текст:
Imam Aldabbagh/Agentur Focus

Стремительная походка, открытый взгляд, зычный голос. За одно это многие в Джидде, «экономической столице» Саудовской Аравии, назвали бы Сомайю Джабарти необычной женщиной. Кого-то она могла бы даже шокировать. Взять хотя бы хиджаб и абайю — длинное женское платье-балахон с рукавами. У большинства платок низко надвинут на лоб и скрывает чуть ли не все лицо. А черная абайя превращает женщину в темное пятно.

Сомайя Джабарти как цветок. Хиджаб у нее красный или синий. Абайя — желтая или зеленая. Помада — розовая. В стране, где женщину кутают с головы до ног, как что-то неприличное, это уже вызов обществу. «Что такого? — говорит она. — Цветная одежда не запрещена. Если другие ее не носят, я не виновата».

Необъяснимо, но факт: в любом обществе есть личности, которые смелее, рискованнее и принципиальнее большинства. Даже в таком ультраконсервативном государстве, как Королевство Саудовская Аравия. В одной из самых несвободных стран мусульманского мира, которая благодаря огромным запасам нефти стала и самой богатой.

Саудовская Аравия — оплот ваххабизма. Это жесткий вариант ислама, основанный на буквальном прочтении Корана. Его идеология проникла во все сферы. Организовать концерт, купить алкоголь, доверить женщине управление машиной — ни в коем случае. Зато публично обезглавить осужденного или устроить порку блогеров — пожалуйста. Особенно если они подвергают сомнению авторитет исламских проповедников. В этой модели нет места женщине, которая занимается общественной деятельностью. Но бывают и исключения.

45-летняя Сомайя Джабарти относится как раз к их числу. Она дипломированный литературовед и первая в истории страны женщина, возглавляющая газету. В феврале 2014 года Сомайя стала главным редактором «Сауди газетт», одного из ведущих англоязычных периодических изданий королевства.

Серьезная ежедневная газета со всеми положенными рубриками: внутренняя политика, Ближний Восток, международные новости, аналитика, экономика, спорт и развлечения. Некоторые статьи перепечатываются из «Нью-Йорк таймс». Основная аудитория — восемь миллионов иностранцев, живущих в стране. Среди читателей есть и высокооплачиваемые специалисты, и гастарбайтеры, которых саудиты нанимают, чтобы сэкономить деньги.

На должность главного редактора Сомайю продвинули влиятельные мужчины из медийного бизнеса.
Кто-то из них действительно по достоинству оценил ее профессионализм. Остальные, скорее всего, просто хотели поддержать свой либеральный имидж. Но и те, и другие любят подчеркивать, что Сомайя Джабарти — их «продукт».

«Вы хотите поговорить о Сомайе? — спрашивает Халед Альмаина, ее предшественник на посту главного редактора. — Она была моей ученицей. Правда, ей еще многому нужно научиться, чтобы стать такой же влиятельной, как я».

Кабинет Сомайи действительно не похож на офис влиятельного человека. Большая комната с кожаными креслами и тяжелыми коврами скорее напоминает приемную бюрократа средней руки.

«Вообще-то, это мой бывший кабинет, — уточняет Халед. — Но Сомайя может им пользоваться, если ей хочется».

Под началом у Сомайи Джабарти десятки сотрудников. Она отвечает не только за все, что печатается в газете, но и за финансовое благополучие издания. При этом по закону прав у нее не больше, чем у несовершеннолетнего, которому необходим взрослый опекун.

К примеру, без разрешения мужа она не может поехать в командировку. Официальное согласие супруга требуется ей даже для того, чтобы сопровождать делегацию королевской семьи на международный саммит. Муж Сомайи уже на пенсии, просто сидит дома.
На самом деле, ему нет никакого дела ни до супруги, ни до ее занятий — их брак существует только на бумаге.  Такое бывает и в Саудовской Аравии. Главное — сохранить репутацию. Но это не значит, что Сомайя Джабарти смирилась с обстоятельствами. «Времена меняются, — говорит она. — И законы тоже пора менять».

Стоит только зайти в холл издательского дома, где расположены офисы «Сауди газетт» и других редакций, и сразу становится ясно, насколько организация труда в Саудовской Аравии отличается от европейских стандартов.

На первом этаже работают только женщины. Сотрудницы всех изданий собраны в одном месте, словно в параллельном мире. Чтобы даже случайно не пересечься с мужчинами, им положено пользоваться отдельным входом. Правило распространяется и на иностранок. Для женщин здесь повсюду отдельный вход. В банках, школах, государственных учреждениях. Трудовой кодекс разрешает женщине работать, если не против ее опекун. Но рабочее место организовано с учетом пола, а не профессиональных обязанностей.

Поэтому 23 сотрудницы разных газет и журналов сидят за тесно сдвинутыми столами в дальнем углу. Редакторы, пиар-менеджеры, специалисты по интернет-маркетингу, бухгалтеры — все скопом. Мужчины работают в светлых офисах на верхних этажах.

Дамы не против. «Нормально, — говорят они. — У нас тут почти домашняя обстановка, можно снять балахон-абайю». И действительно: на первом этаже можно увидеть даже красные легинсы или банты в волосах.

Сомайя мечтает расформировать женскую «резервацию» на первом этаже и посадить всех сотрудниц рядом с мужчинами — пусть даже ради этого им придется целый день оставаться закутанными с головы до ног. Дело не в эмансипации. Просто ее злит привычка оправдывать свою лень религией. «Они там внизу валяют дурака! — говорит Cомайя. — Примеряют наряды, гоняют чаи. Разве это работа?!»

Но ведь женщины имеют право извлекать хоть какую-то пользу из половой сегрегации? Нет, Сомайя даже в шутку с этим вряд ли согласится. В саудовском обществе женщины должны доказать свою профпригодность, иначе они никогда не смогут выбраться из замкнутого мира.

Сотрудники «Сауди газетт» — единственные во всем здании, кто работает в «смешанном» коллективе. В большом офисе сидят бок о бок мужчины и закутанные в одеяния женщины. Возможно, на то есть особая причина — обязательное знание английского языка.
Поэтому почти все в редакции принадлежат к этническому меньшинству индийского происхождения.
А у них совсем другой менталитет.

Под началом Сомайи работают 40 человек: редакторы печатного и электронного изданий, переводчики, менеджеры по социальным медиа. И горстка репортеров-женщин. Правда, работать им непросто. Как может женщина первой задать вопрос мужчине, да еще и незнакомому?

«Довольно часто вместо ответа мы слышим в свой адрес непристойности», — признается журналистка Фатима Мохаммед. А если совсем не повезет, то придется иметь дело с религиозной полицией — шариат-ской гвардией, которая теоретически должна пресекать любой публичный контакт между женщиной и мужчиной, если они не родственники. Поэтому Фатиме приходится посылать на интервью своего водителя. «Когда-нибудь, надеюсь, к нам привыкнут», — улыбается она.

В Саудовской Аравии действительно происходят серьезные социальные перемены. Сплошь и рядом готовые сюжеты для газеты, говорит Сомайя Джабарти.  В 2015 году женщины впервые смогут участвовать в муниципальных выборах. В сравнительно либеральной Джидде открылась юридическая контора первой в стране женщины-адвоката. Жены и домработницы все чаще подают жалобы на мужей и хозяев, не желая молча сносить побои и сексуальное насилие.

Недавно в магазине один англичанин захотел расплатиться в кассе, которую обслуживала женщина. И его тут же бесцеремонно задержала шариатская гвардия. Сомайя вынесла эту историю на первую полосу, спровоцировав в социальных сетях бурю негодования среди блюстителей морали. Но в итоге добилась официального извинения от властей — оно тоже было опубликовано на первой полосе. Неуверенность людей в будущем — еще одна постоянная тема ее публикаций. Многие в Саудовской Аравии со страхом думают о том, что будет, когда иссякнет нефть.

Кризис доверия к власти налицо. Его усугубляют и преступления «Исламского государства». Долгое время Саудовская Аравия поддерживала эту организацию, которая во многих странах, в том числе и в России, запрещена. Но сейчас все королевство в ужасе. Сомайя показывает статью о депрессии, от которой в последнее время страдает все больше саудитов. Хотя, казалось бы, добрые мусульмане в любой ситуации должны находить утешение в вере. «Мы не могли об этом не написать», — уверяет Сомайя Джабарти.

Пока ей приходится заниматься в основном организационными вопросами: сбыт, реклама, продвижение в социальных сетях. Она носится по офисам, заполненным мужчинами, мимо девушек-секретарей с идеальным маникюром и белоснежными лицами. Они часами просиживают у зеркала, чтобы правильно драпировать свои красно-белые платки, говорит Джабарти.

Сомайя чувствует психологическое давление. Она должна быть успешной и как главный редактор, и как женщина. Она знает наверняка, что ее неудача бросит тень на всех саудовских женщин. Зато ее успех поможет отвоевать для них еще немного свободы.

Все коллеги-мужчины подчеркнуто доброжелательны к Сомайе, они много говорят, а если и повышают голос, то в следующую минуту снова любезно улыбаются. Они явно приняли Джабарти в свой круг.
Но заставить их что-то сделать ей удается лишь со второго-третьего захода. До менеджера по маркетингу Сомайя сейчас вообще не может достучаться. «У него круглосуточный пост», — сообщает секретарь.

Возможно, проблема даже не в том, что она женщина. А в том, что ее почти протестантская трудовая мораль вступает в конфликт с менталитетом людей, привыкших обогащаться без особых усилий.

Вечером Сомайя встречается со своей подругой Раной в ресторане самого шикарного отеля в Джидде. Массивная мебель, толстые ковры, шведский стол со сладостями, сочащимися сахарным сиропом. Подруга закутана так, что видны только глаза. Лицо она открывает не сразу. Не потому что ей кто-то запрещает — она сама стесняется чужих взглядов. Несколько лет назад Рана даже в разгар лета носила перчатки и колпак с прорезями для глаз. «Был у тебя такой период радикального хомейнизма», — говорит с улыбкой Сомайя. Обычное дело в жизни этого необычного общества.

У Раны четверо детей, но она в разводе, что редкость по здешним меркам. Просто не могла больше жить с мужем. «Он был со мной добр и не сделал ничего дурного, — рассказывает Рана. — Но он такой инфантильный и беспомощный». Сомайя кивает. Да, она знает таких мужчин. Рана и Сомайя вместе изучали английскую литературу в одном и том же университете. Сейчас Рана там пишет диссертацию и преподает. На женском отделении, естественно. Она часто красуется перед студентками в ярко-красном шелковом платье, которое и в этот вечер нет-нет да и мелькнет из-под черной абайи. Несмотря на все амбиции, работать в «смешанном» коллективе Рана ни за что бы не согласилась: «Слишком дискомфортно».

Почему же Сомайя так отличается от большинства саудовских женщин? «Кто ж знает? — разводит руками Рана. — Видно, богу так угодно».

15.09.2015