Соборная площадь в центре Эрфурта, десять вечера. В торцах возвышаются Кафедральный собор и церковь Святого Севера. В тишине слышен лишь стук каблуков редких прохожих, изредка доносится скрежет проезжающего трамвая. Лукас Машке, 29-летний ассистент органиста, только что играл в соборе — в полной темноте и только для нас. Играл он, конечно, Баха — в Эрфурте крестили 61 представителя этого музыкального клана. В XVII веке всех музыкантов здесь называли «Бахами».

Сначала Лукас Машке не хотел пускать нас в собор: «У вас нет страховки! Вот упадете с леcтницы, а мне отвечать!» Но потом он понял, что русского человека отсутствием страховки на случай падения с лестницы в немецком соборе не испугать — и сдался. И теперь, поблагодарив органиста за отвагу и концерт, мы спускаемся по ступеням собора на площадь. Просторной она стала в 1813 году — после того как войска Наполеона, уцелевшие в «Битве народов» под Лейпцигом, отбивались здесь от австрийцев, пруссов, русских и шведов. Тогда две сотни домов вокруг собора сгорели.

Вдоль средневековой стены из известняка, обрамляющей соборный холм, тянутся скамьи пивного ресторана. Его вывески утверждают, что здесь подают настоящие тюрингские сосиски. Но, несмотря на относительно ранний час, ресторан уже закрыт. На другом конце площади еще светится в темноте киоск, где фирменное блюдо федеральной земли Тюрингия продается всего за один евро. Продавец в белом фартуке с узорами жирных пятен на животе подкидывает в руке заранее надрезанную белую булку, бросок — и сосиска внутри.

Рецептов этого незатейливого блюда много — самый первый, 400-летней давности, хранится в 25 километрах отсюда, в государственном архиве Веймара. Однако по сторогим правилам Европейского союза «тюрингской сосиской» имеет право называться колбасное изделие длиной не менее 15 сантиметров, сделанное более чем на 51 процент из «местного сырья». Проверить ни то, ни другое нет никакой возможности.

Продавца сосисок зовут Вольфганг. Ему 52 года, у него жена и пятеро детей. Он говорит, что брак у них «немецко-немецкий» — его, западного немца, привела из соседней земли Гессен в Тюрингию любовь. Он считает, что восточные немцы много работают и рано ложатся спать. «Выпить особо не с кем». В теплые летние дни Вольфганг продает по две в половиной тысячи сосисок в день. Если погода плохая, то в пять раз меньше. Вольфганг, так вы миллионер? Он смеется в ответ. Нет, он всего лишь наемный рабочий, который еле сводит концы с концами. А может быть, вы и есть то самое «культурное сердце Германии»? Продавец задумывается, отвлекается от своих скворчащих сосисок и окидывает взглядом пустынную площадь.

«Нааааааайн», — говорит он, закидывая голову назад и выдвигая живот вперед. И не смеется.

Тюрингия претендует на звание «культурного сердца Германии». Это неприметный на первый взгляд регион, которому далеко до пьяного баварского раздолья Октоберфеста, до безумия берлинских ночных клубов, до гамбургского снобизма и шикарных бутиков Дюссельдорфа. Прелесть Тюрингии совсем в другом. В концентрации немецкой культуры и истории на один квадратный метр. Здесь, например, на 150 километров простирается Тюрингенский Лес — горный массив, вдоль которого проходит древняя дорога «Ренштайг». Ее пересекал Мартин Лютер, по ней любил прогуливаться Гёте. И не удивительно, что сегодня это самая исхоженная туристическая тропа Германии.

С другой стороны, здесь не хватает экономических перспектив: после объединения Германии позакрывались заводы и фабрики, выросла безработица и в результате молодежь бежала на «запад», а Тюрингия начала превращаться в землю пенсионеров. Правительство Германии вложило огромные средства в бывшие восточные регионы — реставрацию старинных зданий, строительство дорог, восстановление памятников. Местами здесь даже уложили брусчатку, которая теперь приводит в бешенство западных немцев, считающих, что деньги можно было бы потратить и поэкономнее.

На территории сегодняшней Тюрингии временами насчитывалось до 30 княжеств, в каждом из которых были свои дворцы, библиотеки и театры. Гёте говорил: «Где еще в немецких землях можно найти столько благ сразу?»

Похоже, что эта фраза и стала лейтмотивом новой экономической политики Тюрингии.Читать дальше >>>