Неожиданно Зор Лормаш вскакивает c места и, отложив школьные тетради, ранцы, карандаши и засахаренные финики, достает с полки молитвенный коврик, расстилает его на полу и, воздев руки к ушам, приступает к намазу, обратившись лицом к окну, в сторону Мекки. Опустившись на колени, она кладет земные поклоны прямо среди карандашей и кульков.

Рядом с ней молится ее муж на своем коврике, который она ему постелила.

За окном сверкают на солнце вершины Среднего Атласа, рдеет красная земля Хенифры, провинции на севере Марокко. Пыльный край – родина берберских племен, гордого народа, которому еще задолго до прихода европейцев не раз приходилось защищаться от захватчиков. А захватчиков было много: финикийцы, римляне, византийцы и, наконец, арабы, которые вторглись сюда в конце VII века и принесли новую религию – ислам. Они-то и оставили местным жителям в наследство свою веру. 

«Аллах акбар! – Аллах велик!» – молится Зор Лормаш. На улице над торговыми лотками со стеклянными банками, наполненными маринованными лимонами и лаймом, стоит полуденный зной. «Слава Господу моему, Всевышнему», – произносит она нараспев. Ее фигура, как и положено, скрыта под одеждой – мешковатой, скрадывающей формы тела.

Молитва Зор совсем не похожа на революцию. И все же это революция.

Зор скептически улыбается. «Революция» – для нее это звучит высокопарно. Слишком громкое слово для того скромного дела, которым она занимается. Закончив молитву, она достает финики из коробки, взвешивает, раскладывает по кулькам и передает заполненные кульки своему мужу, который запечатывает их степлером и рассовывает по школьным ранцам. Так они и сидят вдвоем, с липкими пальцами. У них был ребенок, но он умер. «Иншалла» – на все воля Аллаха.

Революция, эмансипация – как это только не называют. Что касается Зор Лормаш, то ей важно правильно поделить финики, чтобы всем детям досталось поровну – ни больше, ни меньше. Она взвешивает каждый финик, кладет две штуки на весы и убирает одну, едва касаясь ее кончиками пальцев. Школьные ранцы с гостинцами предназначены для десяти беднейших семей города Хенифры. Все должны получить поровну.

За спиной у Зор полка с роскошными книгами: 15-томные комментарии к Корану, жития пророков, 30-томное собрание трудов имама Малика в переплете из натуральной кожи с золотым тиснением. Книги – ее единственное богатство. Обстановка в квартире бедная. На столе лежит раскрытый ежедневник с планом на неделю: понедельник – посещение тюрьмы и раздача милостыни, среда – служба в мечети, четверг – снова служба в мечети.

Такая уж это «революция», которая требует времени и планомерного подхода.

А времени у Зор Лормаш в обрез после того, как  в мае 2006 года министр правительства Марокко по делам религии Ахмед Туфик вручил ей в актовом зале министерства в Рабате диплом проповедника ислама и в своей речи отметил: «Теперь вам предстоит отстаивать духовные принципы нашего народа и нашего короля и созидать религиозное согласие в обществе».

Так он напутствовал 200 новых проповедников, в том числе 50 проповедниц, призванных нести слово Аллаха своим соотечественницам, у которых до сих пор почти нет возможности к нему приобщиться. Тем женщинам, которые зачастую знают Коран лишь со слов своих мужей. Тем неграмотным марокканкам, за которых все решает родня, с которыми не считаются имамы и которых не пускают в главный зал мечети.

Пока не пускают. Ибо 50 духовных наставниц стали первыми.

В тот день в мае 2006 года Зор надела кремового цвета джеллабу и хиджаб. В руках она сжимала заветный диплом – награду за год напряженной учебы. Сколько трудов, сколько предметов: она изучала социологию, психологию, основы коммуникации, азы французского и английского, искусство декламации Священного Корана, законы Шариата – мусульманского права, заучивала наизусть изречения пророков из сборника Хадисов. О том, что когда-то она училась на геолога, никто и не вспоминал.Читать дальше >>>