«Вы не знаете, что в школе принято ходить в костюмах и при галстуках? Прачечная — такой же класс, как компьютерный или кулинарный. Прощу вас на этот раз, но чтобы в следующий были одеты как положено!» — Роза-Мария Банненберг на испанском языке отчитывает первокурсника, явившегося на занятия по глажке в спортивном костюме и кедах. С Розой-Марией не забалуешь — она атакует с колумбийской решительностью, не вытравленной ни швейцарским гражданством, ни немецкой фамилией, ни мягчайшим французским, на котором она разговаривает большую часть времени.

Роза-Мария работает в прачечной Лозаннской школы гостиничного дела. Точнее, она — профессор прачечной науки: учит первокурсников отмерять верную дозу порошка в стиральную машину, растягивать на гладильном станке непокорные рубашки, раскатывать локтями простыни. В разговорах со студентами она играючи жонглирует тремя языками. Как, впрочем, и студенты, которые кроме родного языка должны легко владеть английским и французским, — преподавание ведется на обоих одновременно.

Этажом выше коллега Розы-Марии, Флоранс Рей, объясняет трем будущим яппи в белых халатах алгоритм уборки ванной комнаты. Флоранс, одетая в идеально сидящий деловой костюм, дидактически указывает розовой губкой на кафельную стену душевой кабинки. Ее надо мыть сверху вниз, слева направо, чтобы не было разводов. Зеркало нель­зя протирать флисовой тряпочкой, она оставляет на поверхности ворсинки. Да и вообще у тряпок есть принципы: чем интенсивнее цвет, тем грязнее поверхность, для которой она предназначена. Красные — для мытья пола, голубые — для полок, белые — для пыли на прикроватных тумбочках. Будущие менеджеры вникают и с серьезнейшими лицами задают уточняющие вопросы. «Какой водой мыть стекла и кафель?» — «Холодной! — тут же отвечает классная дама. — Во-первых, это экологичней, во-вторых, в горячей больше кальция, который оставляет налет».

Занятия по глажке, курсы уборки комнат, тренинги официантского мастерства и кулинарные уроки — все это есть в расписании студентов-первокурсников Лозаннской школы гостиничного дела. Следующие три года они будут практиковаться в более отвлеченных материях вроде финансов, маркетинга и управления бизнесом. Но в школе справедливо считают, что топ-менеджер должен знать основы всех черновых ремесел, чтобы не требовать невозможного от своих подчиненных.

Лозаннская школа возглавляет тройку лидирующих учебных заведений в секторе гостеприимства, причем все три находятся в Швейцарии. Но она единственная выдает диплом государственного образца и имеет сразу две аккредитации — при Ассоциации школ и колледжей Новой Англии и при Системе высших специализированных учебных заведений Западной Швейцарии. Из бакалавров лозаннской школы в индустрии гостеприимства остается меньше половины — остальные работают в крупнейших парфюмерных, транспортных и финансовых компаниях. Выпускников финансового — самого престижного — факультета рекрутируют компании Большой аудиторской четверки. Ведь кроме профильных знаний по финансам и управлению их сотрудникам важны личное обаяние и умение подать себя. А лозаннская школа славится мощной подготовкой в межличностных отношениях. Десять недель ученики тратят на то, чтобы научиться фиксировать взгляд на правильной точке между глаз, которая создает собеседнику ощущение внимательного выслушивания, чувствовать границу личного поля своего визави и не переходить ее, а главное — улыбаться, улыбаться, улыбаться.

 

Улыбка — самая искренняя и располагающая из всех, что вам доводилось видеть, — не сходит с лиц преподавателей и студентов. На второй день пребывания хмурые или строгие люди уже кажутся инопланетянами. Они, как правило, оказываются преподавателями, вызванными на замену, как, например, Густаво Родригес, помощник повара на учебной кухне. Он суров на вид, но это от сосредоточенности: школьный ресторан «Берсо-де-Сан» считается лучшим в округе. Столик на вечер надо бронировать за месяц. Если ошибиться в тонкости нарезки мандарина или степени прожарки цикория, то можно испортить вечер паре требовательных местных буржуа.Читать дальше >>>