Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Сквозняк Дьявола

Роскошь и нищета, красота и неприглядность, счастье и отчаяние — все смешалось в чилийском городе Лота. И причина тому — «черное золото»
текст: Ольга Лоптева
фото: Lota Sorprendente

«Деревня Санта-Мария-де-Гваделупе обязательно станет богатым процветающим городом», — еще в 1662 году заявил ее основатель Анхель де Передеро, губернатор Чили. В своем письме к Филипу IV, королю Испании, он описал «невероятные достоинства» выбранного им для деревни места — на зеленых холмах, окружающих залив Арауко: безопасный порт, полное рыбы море и обилие зелени.

Спустя века его ожидания оправдались. Вот только разбогатела деревня не за счет густого леса или близости моря, как полагал Анхель де Передеро, а благодаря тайному сокровищу, долгое время скрывавшемуся под землей. Через 175 лет на месте основания Санта-Марии-де-Гваделупе было обнаружено крупное месторождение каменного угля.

В 1840 году мэр провинции Консепсьон, которой принадлежала Санта-Мария-де-Гваделупе, выкупил эту землю у индейцев Кабуйянкас. А в 1849 году перепродал ее влиятельному чилийскому аристократу дону Матиасу Кусиньо. Он-то и занялся развитием угледобывающего бизнеса. При его господстве деревня разрослась и получила новое название — Лота, что в переводе с языка индейцев мапуче означает «небольшое поселение».

Появились Верхний и Нижний город. В первом, расположенном на холме, находились частное владение хозяина земли и построенное им шахтерское поселение. Внизу — торговая зона и рыбацкая гавань с новым портом для экспорта угля.

Перед началом эксплуатации шахты Дон Матиас нанял 500 шотландских шахтеров с целью обучить местных землепашцев «подземной» работе. Каменный уголь Лоты, бывший в то время основным ресурсом для производства электроэнергии, должен был заменить стране британский. Кусиньо добился своего: его шахта быстро стала крупнейшим центром добычи угля в Чили. Всего за год количество рабочих увеличилось с 122 до 900 человек.

Главная шахта города достигала в глубину 1200 метров и находилась под дном Тихого океана. Длина ее туннелей в общей сумме составляла 11 километров! Кроме того, это была единственная шахта в мире, имеющая естественную вентиляцию. Из-за ветра, сквозящего, через ее отверстия она получила название chiflón, что в переводе с испанского означает «сквозняк».

В то время как угледобывающий бизнес развивался, процветала и Верхняя Лота. Задумку дона Матиаса о создании экзотического сада на вершине холма после его смерти воплотил в жизнь сын Луис. Парк, размером почти 15 гектаров, стал подарком для Исидоры Гуэнечеа, его сводной сестры и впоследствии жены. На протяжении десяти лет над его оформлением работал выписанный из Англии пейзажист Бартлет. Затем работу продолжил ирландец О’Райли.

Дизайн парка представлял из себя микс французского, английского и авангардного стилей. Древние араукарии привозились из отдаленных районов Чили, стройные эвкалипты — из Австралии, экзотические растения — со всех уголков мира. Еще одним украшением парка стали французские и итальянские скульптуры, символизирующие разные состояния души — веселье, любовь, грусть, ностальгию. По аллеям сада прогуливались горделивые павлины, в прудах скользили грациозные черные лебеди. Неудивительно, что парк Лоты начал считаться одним из самых красивых в обеих Америках.

Годы шли, а ресурсы каменного угля не заканчивались. В сердце парка, получившем название Ботанический сад Исидоры де Гоэнечеа де Кусиньо, вырос дворец во французском стиле с видом на Тихий океан. А в нескольких километрах от Лоты появилась первая гидроэлектростанция Чили, разработанная знаменитым американским изобретателем Томасом Алва Эдисоном. Лота стала первым и единственным местом в Чили, имеющим электрический свет, телефон, брусчатые мостовые и систему водосточных труб. Она стала главным городом страны.

Однако несмотря на благополучие Лоты Кусиньо, жизнь в шахтерском поселении города продолжала оставаться бедной, неприглядной и полной отчаяния. Условия работы были нечеловеческими, средства безопасности — примитивными, оплата труда — чудовищно низкой, а риск не вернуться из шахты — невероятно высоким. Шахтерские семьи ютились в построенных в английском стиле ситэ — коммунальных домах с тесными однокомнатными квартирами. Вместо денег горняки получали специальные фишки, которые могли обменять на еду только в продуктовом киоске компании. В дополнение к этому — постоянные эпидемии и многочисленные болезни бронхов и суставов. Ради куска хлеба горняки часто отправляли добывать «черное золото» в шахту «Сквозняк», в эту преисподнюю дьявола, из которой часто не было возврата, своих детей.

Одна из главных опасностей в шахте — ядовитый газ метан. Он не имеет цвета и запаха, поэтому единственным способом его обнаружения была клетка с канарейкой, которую рабочие вешали в черной галерее. Если звонкое пение чувствительной к газу птицы прекращалось, горняки должны были как можно скорее покинуть выработку: в галерее появился газ.

Все эти тяжелейшие условия жизни и работы шахтеров в своей книге «Подземелье», опубликованной в 1904 году, описал чилийский писатель Бартоломео Лийо. Тогда же появились первые всплески недовольства и забастовки, вылившиеся в практически столетнюю борьбу за социальную независимость.

В 1970 году указом Сальвадора Альенде угольные шахты были национализированы, а частные земли Кусиньо перешли государству. Однако с приходом к власти Аугусто Пиночета шахты вновь были объявлены частной собственностью. В 1997 на рынке появился более дешевый колумбийский уголь, ресурсы Лоты были признаны исчерпанными, шахту закрыли. Когда-то один из самых богатых городов Латинской Америки мгновенно утратил свое величие.

От роскошного дворца, сильно пострадавшего во время землетрясения 1960 года, сегодня не осталось и следа. Единственное напоминание — неприметная табличка в «Долине роз», в центре открытого для посещения парка Лоты. Покосившиеся от многочисленных землетрясений ситэ, в которых продолжают жить теперь уже бывшие шахтеры, как будто еле держатся «на ногах». Ветхие домики из дерева, кирпича или цемента, залатанные железными щитами или фанерой, тесно жмутся друг к другу, не давая упасть. На пыльных улицах тоска: сегодня Лота — бедный чилийский город с самым высоким уровнем безработицы.

В воздухе больше не пахнет углем, чувствуется лишь соленый бриз океана. Пустые вагонетки застыли на узкоколейках. Когда-то черные от угля каски теперь аккуратно висят на вбитых в стену гвоздях около входа в молчаливую шахту: звуки отбойных молотков смолкли навсегда. В ее узких галереях лишь сквозит шальной ветер и слышно напряженное дыхание океана — пожалуй, это единственное, что не изменилось. Да еще и собор Сан-Матиас-Апостол как будто неподвластен времени. Это по-прежнему самое высокое здание в Лоте. Внутри романской церкви покоятся останки дона Матиаса Кусиньо, родоначальника угольной промышленности в Лоте. А на ее шпиле — фигурка петуха, символа пробуждения и труда.

В 2009 году Лота была объявлена Национальным памятником Чили. И сегодня старается восстать из пепла благодаря туризму. Ботанический сад Исидоры Гоэнечеа де Кусиньо открыт для посетителей. Экскурсии проводят гиды, одетые в стиле той эпохи. Рядом с входом в парк, в здании 1864 года, в котором раньше находилась администрация угледобывающей компании, находится Исторический музей.

Переименованная в «Сквозняк Дьявола», шахта также стала туристическим объектом. Бывшие горняки, долгое время питающие надежду, что шахта заработает вновь, переквалифицировались в экскурсоводов. В железных лифтах-клетках того времени они опускаются с туристами на глубину 50 метров и сопровождают их в подземных туннелях, попутно рассказывая историю шахты, байки и мифы.

Во время экскурсии в стенах штольни не сложно заметить ниши — в них когда-то отдыхали горняки. А в промежутках между подпорками из эвкалипта — остатки черного каменного угля. Некоторые шахтеры уверяют, что в Лоте еще столько минерала, что, если начать строить из него мост, он соединит городок с находящейся в 600 километрах на север столицей Чили — Сантьяго. Другие же верят, что угля Лоты хватит на два моста — туда и обратно. Вымысел это или нет, никто не знает. Ясно лишь одно: правда скрыта в черных недрах «Сквозняка Дьявола».

26.03.2014