Перед подачей перепелиного супа мадам Ван предлагает тост: «За нас! Мы это заслужили!» Она, конечно, формулирует эту мысль более витиевато и не так лаконично. Такие вечера, как этот, — говорит бизнес-леди из Китая, оживленно жестикулируя, — награда за годы тяжелой работы для всех присутствующих. «Так насладимся же жизнью и этим вином!»

Иоланда Ван с улыбкой обводит взглядом длинный стол со свечами, усыпанный лепестками цветов и заставленный рядами высоких бокалов. Человек сорок — мужчины и женщины — отрываются от своих смартфонов и кивают в знак согласия. Члены винного клуба
«Ле Миллезим» всегда и везде на работе. Застройщики, банковские менеджеры, бизнес-консультанты. Словом, успешные люди. Денег у них больше, чем свободного времени. Для них целый вечер безделья за бокалом вина — настоящая роскошь. Статусный досуг.

К тому же сегодня одним бокалом дело не ограничится. Этим вечером двое виноделов, прилетевших из Франции, представят почтенной публике семь своих флагманских марок.

В Пекине около десятка таких винных клубов. Но «Ле Миллезим» — один из самых престижных. На трех этажах — винный погреб, китайский ресторан и сигарный салон со встроенным шкафом для хранения сигар и громадными пепельницами, больше похожими на тротуарные плиты.

А дальше начинается царство избранных: лабиринт облицованных кафелем коридоров с дверями, ведущими в 17 частных апартаментов. Тут кожаные кресла и оленьи рога на стене. Там большой обеденный стол и картины, изображающие бравых европейских полководцев на лихих скакунах. И повсюду элегантные туалеты для облегчения после возлияний — пожалуй, самых дорогих в китайской столице. С момента основания клуба в январе 2007 года бокалы здесь наполняются исключительно продукцией ведущих винодельческих хозяйств Бордо. Таких, как «Шато Петрюс», «Шато Латур», «Шато Лафит-Ротшильд». Каждая бутылка — ценой от нескольких сотен до нескольких тысяч долларов. Ради вин подешевле здешние сомелье даже погнушаются доставать штопор. А пустые бутылки отправляются не в мусорный бак, а на застекленные полки в коридоре. Там же многие члены клуба вывешивают свои трофеи — рамки с этикетками выпитых вин. Словно «О-Брион» 1998 года или «Шато Марго» урожая 2007-го — это дичь, которую они уложили метким выстрелом на охоте.

Правда, в последние месяцы этот «зал славы» особо не пополнялся. На пике популярности «Ле Миллезим» объединял 300 любителей вина, готовых выложить не менее 12 тысяч евро за годовой абонемент. Сейчас осталась лишь сотня, говорит с улыбкой директор по маркетингу. Клиентура редеет. Зато винный погреб ломится от дорогих импортных вин. Там уже накопилось 20 тысяч бутылок. В случае чего хватит, чтобы залить горе.

Любимые апартаменты французского посла тоже осиротели. Закрылся и клубный ресторан французской кухни. Смаковать напитки маленькими глотками клиенты, предпочитавшие до вступления в клуб крепкий алкоголь, кое-как научились. А вот к крошечным западным порциям так и не привыкли. Выписанный из Европы повар вернулся на родину. И когда гостям нужно приготовить что-то необычное, как сегодня вечером, в «Ле Миллезим» приглашают местного повара, который предлагает пару своих «импровизаций» с рыбой и овощами. Гости без особого энтузиазма ковыряют ножом и вилкой его творения. На лицах — немой вопрос: это действительно утонченная французская кухня или все просто недожарено?

Дела у «Ле Миллезим» сейчас явно идут не блестяще. А ведь еще недавно Китай словно захлест­нула винная волна. За последнее время китайцы выпили столько красного вина, словно столетиями изнемогали от жажды. Два миллиарда бутылок в год — мировой рекорд. А к 2018 году потребление должно вырасти еще на 25 процентов. Китай стал крупнейшим рынком сбыта красного сухого вина.

«Но я не знаю ни одного винного клуба в стране, который бы приносил прибыль», — говорит рослый француз, откидываясь на спинку дивана в своей пекинской квартире.

Под ногами у него валяется детская игрушка, на сервировочном столике — пара чашек. На удивление «безалкогольная» обстановка для одного из крупнейших винных экспертов в стране.Читать дальше >>>