Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Секс, деньги, Белый дом

Хиллари Клинтон — не первая женщина, претендовавшая на пост президента США. Еще в далеком 1872 году на президентских выборах свою кандидатуру выдвинула авантюристка Виктория Вудхалл. Этот экстравагантный поступок, впрочем, вполне вписался в ее биографию
текст: Фред Лангер
Everett Historical Shutterstock

Механический счетчик на фасаде Нью-Йоркской биржи все ближе к судьбоносному рубежу: 144, 146, 148… 24 сентября 1869 года из кареты, стоящей на Брод-стрит перед «Золотым залом» биржи, за изменением курса внимательно следит привлекательная женщина. Прямая осанка. Дерзкий взгляд. Накануне ей исполнился 31 год, а она уже работает финансовым консультантом у Корнелиуса Вандербильта, одного из самых влиятельных бизнесменов США, судоходного и железнодорожного магната, «акулы» на рынке недвижимости. Хотя женщины на биржевые торги пока не допускаются.

И вот — 150 долларов за унцию золота. Глаза Виктории Вудхалл вспыхивают еще ярче. Теперь она богата.

Золото дорожает уже несколько дней. И кажется, не думает останавливаться. Вовремя она порекомендовала своему клиенту Корнелиусу Вандербильту: «Скупай золото…»

Сейчас это делают все инвесторы. И с каждым часом их все больше. Многие ради этого даже влезают в долги. На бирже царит настоящая «золотая лихорадка».

Но никто, кроме Вандербильта, не слышал вторую часть рекомендации Виктории Вудхалл: «И продавай, когда цена дойдет до 150 долларов за унцию».

В тот день котировки еще немного подрастают. Но к закрытию торгов обрушиваются, увлекая за собой в бездну всех, кто не успел вовремя остановиться. Наступает первая «черная пятница» в истории биржи. День полного краха для многих. К полуночи — уже 25 самоубийств. Чтобы пресечь беспорядки, правительство США вводит на Манхэттен войска.

Но для Виктории Вудхалл это — звездный час. Она не только обогатила великого Вандербильта на 1,3 миллиона долларов. Половина наживы — ее. 650 тысяч долларов — пять миллионов по нынешнему курсу.

Но как она догадалась, что роковая черта между удачей и крахом проходит по отметке 150 долларов? Может, она ясновидящая?

«Само собой, — сказала бы она. — Я получаю информацию из потустороннего мира».

Инсайдерская информация с того света? Почти. Виктория Вудхалл добывает ее не в торговых залах биржи, не в обшитых деревянными панелями гостиных крупных промышленников, не на коктейльных вечеринках и пресс-конференциях. Ее источники таятся в параллельном мире — на социальном дне, где она чувствует себя как дома.

Дитя трущоб, она выросла в этом мире. В семье, где из десяти детей трое умерли еще в младенчестве. Алкоголизм, домашнее насилие, беспризорность, жестокость — привычный фон ее детства. Ее отец Бак Клафлин, мошенник, вымогатель, шарлатан и мелкий жулик, умудряется в мгновение ока наживать себе врагов в любом городе. Семье приходится то и дело менять место жительства, спасаясь бегством от одураченных жертв и полиции.

В итоге Бак организует нечто вроде странст­вующего театра. Главные актрисы — его симпатичные дочери. Особенно блистает смышленая Виктория. У нее хорошо подвешен язык. Зрители в восторге от предсказаний, фокусов со столоверчением и спиритических сеансов в исполнении девочки-медиума.

«Чудо-ребенок» становится главным источником заработка для семьи. Виктория набирается знаний. Учится, как раздобыть еду. И как избежать отцовских тумаков. Чтобы освободиться из семейного ада, она уже в 15 лет выскакивает замуж за врача Кэннинга Вудхалла. Но он обращается с юной женой не лучше, чем вспыльчивый папаша. У Вудхаллов рождаются двое детей: умственно отсталый мальчик и девочка — здоровая и хорошенькая. Оба ребенка навсегда останутся с ней.

Вудхалл с семьей обосновываются в Сан-Франциско. Калифорния в это время охвачена золотой лихорадкой, поэтому город наводнен  авантюристами. Поначалу Виктория зарабатывает на жилье «продавщицей сигар»: торгует табаком и собой в ночных клубах. Потом становится «актрисой». В гламурном мире тогдашнего Сан-Франциско — это тоже лишь завуалированная форма проституции.

Следующая ее остановка — Миссури. Новый штат — новые перспективы. В 1865 году Виктория под псевдонимом мадам Олланд открывает там салон по экстрасенсорике, обещая дамам «чудодейственное лечение женских болезней при помощи ясновидения». Но принимает и мужчин. Своего кошмарного мужа она к тому времени уже бросила.

Вскоре на пороге салона появляется мужчина, который изменит жизнь Виктории, дав импульс ее политической карьере, вершиной которой станет попытка стать президентом США. Джеймс Блад — статный джентльмен в сюртуке, с окладистой бородой и пышной шевелюрой — садится напротив Виктории, напряженно скрестив руки на груди. К мадам Олланд его направила собст­венная жена, чтобы та помогла ему найти выход из жизненного кризиса. И мадам справляется с этой задачей. Правда, не совсем так, как рассчитывала миссис Блад.

Уважаемый гражданин, судья, президент железнодорожной компании и противник рабства, Джеймс Блад участвовал добровольцем в Гражданской войне на стороне северян. Но вернулся с кровавой бойни морально раздавленным. Он явно страдает от посттравматического синдрома. И надеется, что мадам Олланд поможет ему пообщаться с духами павших товарищей. Для Виктории он становится всем — любовником, учителем, менеджером. Интеллектуал и «дама полусвета» вдохновляют друг друга. У него есть мечта о справедливом обществе. У нее — богатый жизненный опыт и своя история социальной дискриминации за плечами.

Ночи напролет он читает ей лекции об освобождении рабов и женском избирательном праве. Рассказывает о революционных баррикадах в Европе, о Карле Марксе и коммунистах. Превозносит «свободную любовь». Для Виктории Вудхалл все это сродни откровению.

Спиритизм ничуть не противоречит передовым идеям. В середине XIX века это модное увлечение. Общением с духами балуются даже прогрессивно мыслящие люди. Уже изобретены электричество и телеграф. Повсюду проложены железные дороги. Мир кажется управляемым. А человек — всемогущим. Значит, ему под силу вступить в контакт и с потусторонним миром. Особенно если это медиум с такой мощной харизмой, как Виктория.

Но духи, которые нашептали ей скупать золото и продавать его по 150 долларов, были вполне телесными созданиями. Эксклюзивную биржевую информацию Вудхалл получает из борделей на Пятой авеню.

Вместе со своей сестрой Теннесси, которая тоже переехала в Нью-Йорк, Виктория налаживает контакты в квартале «красных фонарей». Однако теперь сестры торгуют не собой, а услугами для проституток: гадают, снабжают противозачаточными тампонами из губки с уксусной пропиткой и наркотиками, чтобы работалось легче.

В основном клиентки Виктории обслуживают влиятельных брокеров с Уолл-стрит. И часто становятся свидетельницами деловых разговоров. Мужчины не боятся вести их в присутствии «глупых дамочек». Тем более что женщин вообще не пускают на биржу. А значит, торговать акциями они не могут. Биржевики любят обговаривать будущие сделки в злачных местах. А «глупые дамочки» слушают и запоминают.

Информацию о «золотой афере» Виктории Вудхалл передала (а скорее всего, продала) содержанка железнодорожного магната Джима Фиска. Группа «теневых» спекулянтов планирует поднять котировки золота и успеть распродать его, прежде чем правительство выбросит на рынок свои запасы, чтобы сбить цену. Эта информация — ценный товар. И на него у Виктории уже есть покупатель.

Корнелиус Вандербильт по прозвищу «Командор» — один из самых успешных американских бизнесменов. И увлеченный спиритист. Сам участвует в сеансах, посещает предсказательниц и в свои 60 с лишним остается плейбоем. Виктория и Теннесси нащупали сразу два его слабых места. Теннесси становится его любовницей, Виктория — личным медиумом. А вскоре и финансовым консультантом — благодаря своей чудесной, а на деле совершенно прозаической способности предугадывать шаги конкурентов.

Обогатившись на «черной пятнице», сестры обретают самостоятельность. И в начале 1870 года открывают фирму «Вудхалл, Клафлин и Ко.» На работу нанимают Джеймса Блада, поскольку биржевым маклером может быть только мужчина. Но Бладу  предстоит действовать на бирже по указке сестер. Виктория оказывается талантливым пиар-менеджером и блестящим оратором. И легко манипулирует журналистами.

Молодые брокерши становятся сенсацией. Пресса называет их укротительницами биржевых «быков» и «медведей».

Когда «Вудхалл, Клафлин и Ко.» переезжает в офис повместительней, зеваки толпятся у окон, чтобы хоть одним глазком увидеть «королеву мира финансов». Сестры с удовольствием устраивают публичные скандалы. То появляются на интервью в мужских костюмах, то коротко обстригают волосы, чтобы «не тратить попусту время на ежедневное расчесывание и укладку», то занимают столик в ресторане после шести вечера без спутников, нарушая нормы приличия.

Их бизнес-стратегия проста и беспроигрышна. Они делают ставку на прекрасный пол. «Джентльмены, кратко изложите суть дела и можете быть свободны», — значится на табличке в фойе их офиса. Дам же, напротив, консультируют в гостиной, угощают шампанским, клубникой и шоколадными конфетами. Женщины с деньгами — свободная ниша на рынке. Вдовам и богатым наследницам, бизнес-леди и содержанкам — всем женщинам, которым нужна помощь в финансовых вопросах, прямая дорога в «Вудхалл, Клафлин и Ко.».

Вечеринки сестер все больше напоминают политический салон. К ним наведываются и философы, и вольнодумцы, и социалисты, и анархисты. И даже один конгрессмен, бывший генерал северян. Много говорят об избирательном праве. Виктория критикует феминисток за нерешительность. Призывает женщин вмешиваться в политические процессы, не дожидаясь разрешения властей. И первая подает пример, объявив через газету о своем намерении баллотироваться в президенты Соединенных Штатов Америки.

Май 1872 года. 600 делегатов из 22 штатов собрались в театре «Аполло-Холл» в Нью-Йорке на съезд недавно основанной Партии равных прав. Больше половины — женщины: социалистки, сторонницы отмены рабства, медиумы. В одном конце зала — красное знамя Парижской коммуны, в другом — транспарант с цитатами из Библии.

«Среди собравшихся — не только мужчины и женщины, но и существа, которые, судя по их одежде и наружности, могут принадлежать к любому полу», — иронизирует газета «Уорлд». А также «люди всевозможных рас и цветов».

Это пестрое сборище совсем не похоже на съезд республиканцев или демократов. Но как только на трибуну поднимается Виктория Вудхалл, в зале воцаряется тишина. Она произносит пламенную речь в защиту равенства возможностей в политике, экономике и общественной жизни. Зал взрывается овациями. Все конкуренты в один миг повержены. Делегаты в экстазе. Мужчины подбрасывают шляпы, женщины с визгом вскакивают на кресла. Боевой клич «Викторию в президенты!» сотрясает стены театра. Кандидатом в вице-президенты собрание выдвигает бывшего раба Фредерика Дугласа, известного борца за права чернокожих. Звучит партийный гимн — издевательские куплеты в адрес обывателей и богачей.

Политическая программа Вудхалл звучит на удивление современно. Она — за восьмичасовой рабочий день, социальные пособия для неимущих, отмену смертной казни и архаичных брачных законов, создание международного трибунала для мирного решения спорных вопросов. Еще один приоритет Вудхалл — реформа образования и педагогической системы. Потому что есть вещи похуже «формального отстранения женщин от политики». Это «система воспитания девочек, которая со временем привела к тому, что многие женщины сами верят, будто они не пригодны к политической деятельности».

На ее карточках для автографов напечатано: «Будущий президент». Но Вудхалл отдает себе отчет, что шансов выиграть выборы у нее нет. «Одно то, что я сама выставила свою кандидатуру, произвело сильный эффект. Я заставила людей задаться вопросом: а почему бы и нет? В этом моя заслуга перед всеми женщинами».

Но многие представительницы прекрасного пола возмущены претензиями Виктории. Писательница Гарриет Бичер-Стоу, автор обличительного бестселлера «Хижина дяди Тома», обрушивается на нее с критикой: «Желающий стать президентом Соединенных Штатов должен быть готов к тому, что его личность безжалостно препарируют, а его самого оскорбят, высекут и изваляют в грязи. Выдержать столь мучительное испытание под силу только мужчине. Какой же бесстыжей девкой должна быть та, которая добровольно подвергает себя такому?!»

А вот «Нью-Йорк Геральд», самая крупная нью-йоркская деловая газета, поддерживает ее кандидатуру. На свои деньги Виктория учреждает еженедельник «Вудхалл энд Клафлинс уикли», посвященный женскому избирательному праву и спиритизму. В нем печатаются советы женам алкоголиков и рассказы французской писательницы Жорж Санд. Среди тем — мода, судьба женщин-заключенных, правильный выбор средств для окраски волос. Вскоре на его страницах появляется реклама часов «Тиффани» и роялей «Стейнвей».

Редакция выступает против полицейского преследования проституток и смертной казни. Приглашенный автор Женни Маркс пишет о гражданских беспорядках во Франции. А ее отец Карл благодарит американских издательниц за «весьма интересные газеты, которые мне любезно прислали».

Виктория нанимает юристов, чтобы они выяснили, не противоречит ли конституции ее требование избирательного права для женщин. Их вердикт: гарантированное конституцией всеобщее избирательное право по определению рассчитано на всех, в том числе женщин. «Отныне все гражданки Соединенных Штатов Америки имеют право голосовать», — сразу же заявляет Вудхалл на страницах своего еженедельника.

На нью-йоркских муниципальных выборах она демонстративно идет с группой женщин к урнам для голосования. А когда их бюллетени не принимают, подает в суд. И устраивает в прессе скандал в своих лучших традициях.

Но на самом деле Виктория Вудхалл и женское движение в Америке — отнюдь не идеальная пара. Она не считает женщин монолитной социальной группой, объединенной общими интересами. Корень зла, по мнению Вудхалл, лежит в притеснении социальных классов и национальных меньшинств. Для буржуазных феминисток она слишком радикальна и вульгарна. И от нее разит панелью.

Поэтому Виктория все больше тяготеет к крайне левым. Она превозносит в своей газете женщин, взявшихся за оружие во время Парижской коммуны. Организует вместе с Теннесси и единомышленниками американский филиал Первого интернационала.

Но есть у Вудхалл еще одна излюбленная тема, которая пугает и феминисток, и социалистов: «свободная любовь».

Дождливый день в Нью-Йорке. В такую погоду хороший хозяин и собаку на улицу не выгонит. Но перед входом в концертный зал «Стейнвей-холл» собрались более трех тысяч зевак, в зале — аншлаг. По всему Манхэттену расклеены афиши с анонсом будущего скандала: «Виктория Вудхалл прочтет в понедельник, 20 ноября, в восемь часов вечера лекцию о «Принципах социальной свободы» по вопросам свободной любви, брака, развода и проституции».

В тот ноябрьский вечер, еще до выдвижения кандидатуры Вудхалл для участия в президентских выборах, она впервые выступает не перед политиками, а перед простыми людьми. И публика не остается разочарованной ни первым, ни многими последующими выступлениями, во время которых Виктория кричит в зал: «Если я хочу переспать с сотней мужчин, это мое личное дело!» А затем, выдержав паузу, мягким тоном продолжает: «Тему секса мы можем обсудить прямо здесь и сейчас. И так подробно, чтобы уже никто не краснел». У всех присутствующих перехватывает дыхание от ее слов: «Каждый мужчина должен услышать вопль женщин о потребности в оргазме». Журналисты проявляют чудеса изобретательности, чтобы подобрать к словам Вудхалл синонимы, пригодные для печати. Карикатурист изображает ее в виде «Миссис Сатаны», которая ведет отчаянных американских домохозяек по кривой дорожке. И этот образ пристает к ней намерт­во.

В своих откровениях о свободной любви и симпатиях к коммунистам «Миссис Сатана» и так зашла слишком далеко. А уж когда она замахнулась на главных моралистов Америки, тонкий лед под ее ногами треснул.

Генри Уорд Бичер — человек с безупречной репутацией. Апостол пуританской морали, выходец из влиятельной семьи, брат писательницы-гуманистки Гарриет Бичер-Стоу. И неисправимый ловелас, изменяющий жене направо и налево. «Я его не осуждаю, напротив, аплодирую ему, — обращается Виктория Вудхалл к своей публике. — Я бы лишь хотела, чтобы он набрался мужества и открыто выступил вместе со мной за свободную любовь». Иначе, угрожает Виктория, она сделает похождения «святоши» достоянием общественности на страницах своего еженедельника. И приводит угрозу в исполнение.

Газета к тому времени уже на грани банк­ротства. Но скандальная публикация вызывает колоссальную шумиху. Тираж в сто тысяч экземпляров распродан в мгновение ока. Допечатка — тоже. Газету ценой в десять центов перепродают за 40 долларов. Особо пронырливые господа сдают свои экземпляры «напрокат» за доллар в день.

Но у Бичера могущественные друзья. Прокурор, ссылаясь на расплывчатый закон об ответственности за «распространение непристойных материалов», предъявляет обвинение сестрам Вудхалл. Восемь раз за время избирательной кампании Виктория и Теннесси оказываются за решеткой. Каждый раз их отпускают под огромный залог. В итоге дело завершается оправдательным приговором, однако сестры уже разорены и опять изгнаны на задворки общества.

Но ненадолго.

На помощь Виктории и Теннесси снова приходит их ангел-хранитель Корнелиус Вандербильт. Правда, не по своей воле. Ведь он уже мертв.

Родня богача ведет отчаянную тяжбу за его наследство. Фракция «обделенных» родственников оспаривает завещание, пытаясь доказать, что старик составил его в невменяемом состоянии. Партия довольных кровно заинтересована в том, чтобы вызволить Викторию и Теннесси из зала суда. Иначе они могут проболтаться о том, что «Командор» верил в привидения. А времена-то изменились, и теперь спиритисты считаются психически ненормальными.

Все кончается тем, что сестер сажают на корабль, идущий в далекую Англию, где для них куплен симпатичный домик, и вручают им сто тысяч долларов за молчание. На новой родине Теннесси выходит замуж за щедрого и эксцентричного джентльмена, который вскоре получает титул барона. Теперь и она — настоящая леди.

А что же «Миссис Сатана»?

Скрыв свое прошлое, она женит на себе банкира. И, унаследовав после его смерти  загородное поместье и огромный капитал,  становится благодетельницей всей округи. Виктории Вудхалл уже за пятьдесят, когда в ней просыпается страсть к автомобильным гонкам. За рулем «мерседеса симплекс», лучшего авто из своей «конюшни», она с дочерью доезжает до Монте-Карло.

В 1920 году внимание прессы вновь приковано к Вудхалл. Все хотят взять у нее интервью — ведь американки наконец получили избирательное право. Через семь лет Виктория Вудхалл умирает в Англии в возрасте 88 лет. К тому времени скандальная «Миссис Сатана» уже давно превратилась в саму добродетель.

01.08.2016