На Танджунга они возлагали большие надежды. У этого молодого и сильного носорога с острова Борнео сперма не самого высокого качества, зато либидо в полном порядке. Танджунг хулиганил на одной из местных плантаций масличной пальмы, поэтому угодил под арест - был заперт в вольере. Чем несказанно обрадовал «берлинских парней» – ветеринаров Роберта Гермеса, Томаса Хильдебрандта и Франка Геритца из немецкого Института изучения животных в зоопарках и в дикой природе (IZW). Ведь этот двурогий носорог  с щетинистой спиной – последний обнаруженный самец подвида суматранского носорога (Dicerorhinus sumatrensis harrisoni), встречающегося только на Борнео. Танджунг, рассчитывали они, поможет им спасти популяцию от вымирания.

На Борнео осталось примерно 40 диких носорогов этого подвида. Но с каждым уничтоженным гектаром здешнего тропического леса шансов встретиться друг с другом у них все меньше и меньше.

Живя  в питомнике без партнерши, Танджунг то и дело пытался оплодотворить пень. Поэтому ветеринарам показалась весьма перспективной идея подсадить к нему в вольер единственную оставшуюся самку носорога, когда у той наступит период овуляции. Но тут на остров обрушился тайфун, и бедолагу Танджунга убило обломившимся суком.

С того трагического дня прошло уже несколько недель, а Роберт Гермес все еще отказывается поверить в нелепую смерть Танджунга. «Если бы удалось сохранить хотя бы его семенники... – сокрушается ветеринар, сидя за своим рабочим столом в берлинском Институте изучения животных в зоопарках и в дикой природе (IZW).  – Боюсь, что этот подвид уже не спасти. Слишком поздно!» Страх опоздать – дамоклов меч, который висит над Гермесом, Хильдебрандтом и Геритцем. Но одновременно это и самый главный стимул к упорной работе.

По данным Международного союза охраны природы (IUCN), сейчас на грани вымирания находятся 188 видов млекопитающих. В том числе и суматранский носорог. Возможно, в дикой природе уже нет северного подвида белого носорога. В «зоне высокого риска» находятся карликовые бегемоты, обитающие  в раздираемой войной Либерии. Южноафриканскому белому носорогу, двум видам африканских слонов и сотням других видов млекопитающих повезло больше: благодаря усилиям защитников природы они из «зоны высокого риска» перекочевали в обычную «зону риска», а некоторые  – даже в «зону низкого риска». Однако в неволе дикие животные часто теряются интерес к сексу, что, естественно, повергает в уныние сотрудников зоопарков и специалистов по разведению животных. Без молодняка ряды обитателей зоопарков редеют.

Поэтому берлинские ветеринары постоянно думают о том, как спасти хотя бы некоторые виды толстокожих.

Репродуктивный центр IZW находится в восточной части Берлина, рядом с зоопарком. Процедуры, при помощи которых специалисты центра получают потомство от исчезающих видов, мало чем напоминают классический ритуал размножения животных в природе. Скорее они похожи на методы, которыми в 1940-е годы лечили бесплодие человека.

Здесь выращивают яйцеклетки, собирают сперму животных и хранят ее в «свежем» виде, вводя затем через катетер. Или проводят полный цикл оплодотворения в лабораторных условиях.

При этом пациенты центра – отнюдь не романтические влюбленные пары, а своенравные тяжеловесы. Ветеринарам приходится исследовать с помощью ультразвука утробы размером с платяной шкаф. И сперму им приносят вовсе не в пластиковых баночках – сотрудники центра сами проводят манипуляции с пенисом животного, до которого иногда очень сложно добраться. К тому же это порой сопряжено с риском: слон, к примеру, своим пенисом  может запросто сбить человека с ног. Роберт Гермес убедился в этом на собственном опыте, в потом еще несколько недель ходил с синяком под глазом.

«Конечно, наша работа выглядит не так героически, как, например, борьба с браконьерами в саванне, – признается ведущий специалист IZW Томас Хильдебрандт.  – Зато мы самые большие реалисты среди всех защитников природы». Человечество не в состоянии сохранить среду обитания исчезающих видов животных, поэтому выжить они могут только в зоопарках.Читать дальше >>>