Ровно в 11:00 маленькая российская флотилия отчаливает курсом на Китай — на совместные учения по задержанию условного нарушителя. Сегодняшний путь на катерах береговой охраны до погранотделения «Союзное» на 435-м километре течения Среднего Амура — обычное патрулирование, проводимое раз в два дня. Плюс еще километров шесть вверх «экстренно», до места, откуда накануне пришел сигнал: в утреннем тумане замечены три китайские лодки. А значит, там могут стоять браконьерские сети.

Майор Алексей Рашкуев пытается перекричать грохот мотора. Заместитель начальника пограничного отдела в Амурзете — селе на берегу Амура, название которого расшифровывается как «Амурское земельное еврейское товарищество», — с хозяйской гордостью демонстрирует редким гостям реку на своем участке. С российской стороны это часть Еврейской автономной области, здесь живут 35 тысяч человек. С китайской — в десять раз больше. Сейчас, в разгар лета, на воде затишье. Когда пойдет лосось, у пограничников прибавится работы.

Сегодняшний Средний Амур, от Благовещенска до Хабаровска, — далеко не тот, что во времена первооткрывателей Хабарова и Пояркова. Но все же нередки здесь еще и таймень, и толстолоб, и сазан с близким родичем белым амуром, тезкой реки. Попадаются осетровые, в речках-притоках плещутся ленок и хариус. На рынках провинции Хэйлунцзян сазан уходит по 80 юаней (чуть меньше 450 рублей) за килограмм. Вес среднеамурского сазана — около 15 килограммов. Достаточно подсчитать чистую прибыль — и отправляться ставить сети.

Михаил Воробьев, капитан катера «Кракс», приславший сообщение о тех самых китайских лодках у российского берега, подтверждает: «Рыбы стало намного меньше. Раньше старики говорили: в Амуре рыбу сетями не переловишь, разве что химия и техника задавят. Вот и задавили. Я уже лет десять не то что не рыбачу, даже на камбузе воду для чая запретил брать из-за борта. Были случаи — люди травились».

А китайцам, значит, амурская рыба еще нужна, раз браконьерят у нас?

«Им — да. Они считают, что это их река, и чувствуют себя на ней хозяевами. Но о будущем не пекутся — все норовят вытащить, до последнего толстолобика».

В 1970—1980-х годах после строительства двух гигантских ГЭС — Зейской и Бурейской — начали умирать пойменные озера, главные места выведения амурских рыб. По данным Всемирного фонда дикой природы (WWF), это строительство блокировало 147,5 тысячи квадратных километров водосбора, изменило восемь тысяч квадратных километров ценнейших пойм, безвозвратно преобразовало восемь процентов экосистем Амура. Давно уже закрыто в этих местах большинство связанных с рыбным промыслом «учреждений» — колхозов, перерабатывающих комбинатов.

«Огромная вода» (у Амура 62 имени, чуть меньше, чем у бога в Каббале) бурлит, натыкаясь на отмели и перевалы, струится водоворотами, живет — трудно поверить, что этот гигантский резервуар жизни так оскудел. Но факты — упрямая вещь. Теперь отблески рыбного богатства надо искать далеко на северо-востоке. Там, где, отвернув от Китая, река углубляется в Россию, обтекая вулканическое поле Сихотэ-Алиня — море сопок, покрытых лиственной тайгой южного типа.

Шесть часов утра. На Нижнем Амуре уже светает, хотя пасмурно и температура не превышает 15-16 градусов. Все же и летом Николаевский район не то, что Еврейская автономная область. Здесь почти на тысячу километров севернее. Берега мощнее, выше и скалистее, а сама река шире: до двух километров. Николаевский порт считается морским, сюда приходят суда и с Сахалина, и из Владивостока, но добраться до Николаевска-на-Амуре из Хабаровска можно только на самолете (билеты раскупаются в первый же день продажи) или по тысячекилометровой дороге.Читать дальше >>>