Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Последнее пристанище леопарда

текст: Юлия Земцова

Словно корни старого дерева тянутся отроги Восточно-Маньчжурских гор из Китая и Северной Кореи в Россию. Вздымают своими невысокими склонами узкую полоску суши между Амурским заливом и китайской границей. Вершина Чалбан как памятник возвышается над завоеванными каменными чужеземцами землями. Здесь, в Южном Приморье, их называют Черные горы.

Черные горы выплескивают из своих недр реку Кедровую. Вырвавшись на волю, она бежит между хребтами Сухореченский и Гаккелевский, перепрыгивая через камни к Японскому морю. А бежать ей всего ничего: длина реки от истоков до устья – 25 километров. В долине реки Кедровая на 18 000 гектаров располагается один из первых и самых маленьких заповедников России – «Кедровая Падь». Здесь еще сохранились деревья, которым перевалило за 500; здесь еще изобилует черная пихта, названная так из-за своей темной коры и давшая некогда название Черным горам; здесь ползут по земле лианы.

Здесь птицы не уступают по яркости бабочкам, а бабочки размерами напоминают птиц. Здесь обитают древние, реликтовые тараканы гриллоблаттина, которые считаются «живыми ископаемыми». В реку Кедровую, которая ученым всего мира служит моделью чистой реки, заходит на нерест сима из семейства лососевых. Здесь кукуют все пять видов кукушек, проживающих в России. И именно здесь можно увидеть очень скрытного дальневосточного лесного кота. Это последнее место Земли, где в естественных условиях проживает одна из красивейших кошек планеты с сине-зелеными глазами и пышной шубой – дальневосточный леопард. 

Когда здесь бывал знаменитый путешественник Николай Пржевальский, дальневосточный (или амурский) леопард обитал в Приморском крае, на северо-востоке Китая и на Корейском полуострове. В 1870 году Пржевальский описывал Приморье так: «Горные хребты, окружающие долины береговых рек, сплошь покрыты дремучими лесами, в которых содержится множество различных зверей».

Это лаконичное описание для одного их самых экзотических мест страны – в духе времени освоения новых земель. Члену Императорского географического общества не до красот природы. Уже основан город с имперским названием Владивосток, до закладки здесь железной дороги, которая вскоре пронзит  стрелой всю империю, осталось всего лишь каких-то 20 лет. По тем временам лес – враждебное место. Из леса надвигаются сырые туманы, на людей и домашних животных нападают тучи комаров, слепней, мошек – и дикие животные. «Эти свирепые звери наводили ужас на переселенцев и воинские команды и подлежали уничтожению», – пишет один чиновник об амурских леопардах. Лес вырубают, леопардов отстреливают.

Когда в начале двадцатого века работники лесного ведомства начинают бить тревогу, практически все чернопихтарники уже пущены на строительство Владивостока, истреблены все изюбры, а леопардов можно пересчитать по пальцам. Для сохранения видов в 1906-1908 годах на юге Приморья создаются заказники, в которых запрещены охота, сбор женьшеня и рубка деревьев. Однако охраняют их плохо, и местные жители продолжают тайком охотиться на пятнистых оленей, косуль и кабанов. В 1911 году создается «Славянское лесничество», которое охраняют конные казаки. Пять лет спустя губернский заказник преобразовывается в заповедник «Кедровая Падь».

После визита Пржевальского проходит почти 45 лет – тон путешественников из Петербурга резко меняется. Ботаник Николай Шипчинский в восторге от Приморья: «Леса поразили меня разнообразием древесных пород и многочисленными видами кустарников. Все это, особенно по опушкам и берегам речек, было сплошь перевито лианами: амурским виноградом, лимонником, актинидией. Нередко лианы настолько густо перевивали кусты и деревья, что пробиться сквозь тайгу без топора было невозможно», – пишет он в 1914 году.

В советское время заповедник передается из одного ведомства в другое, одно время он даже находится в ведении «Дальзаготпушнины». Лишь в 1934 его присоединяют к Академии наук. Со временем ученые насчитывают здесь 135 видов водорослей, 1435 видов грибов, 82 вида лишайников, 137 мхов, 54 вида млекопитающих (шесть из которых занесены в Красную книгу России), 184 вида птиц (24 – редкие и исчезающие), восемь видов пресмыкающихся, более 2000 видов беспозвоночных (28 – в Красной книге России), 32 вида наземных моллюсков (четыре из которых редкие). Многие виды эндемичны, то есть обитают только здесь. В 2004 году заповедник получает статус биосферного.

Но проблемы не заканчиваются. Заповедник в 20 километрах от Владивостока окружен автомобильными и железными дорогами, населенными пунктами и военными базами. Большой урон наносят браконьеры из Китая. «Это более чем серьезный противник, – говорит директор заповедника Сергей Хохряков. – Китайские нарушители охотятся абсолютно на все, что представляет какую-либо ценность: пищевую или коммерческую. Если бы могли, они бы, наверное, даже вынесли землю в карманах».

В 2009 году правительство передало руководству заповедника контроль и над заказником «Леопардовый» – полоской земли шириной 60 километров, тянущейся параллельно Владивостоку до Северной Кореи. С тех пор охранять нужно территорию не только в десять раз большую, но и гораздо более уязвимую. «Большая часть местного населения живет именно в тайге: отстрел копытных и рубка леса всегда считались правилом, – говорит Хохряков. – При этом у каждого четвертого трудоспособного жителя нет постоянной работы».

Все усилия заповедника-заказника сосредоточены на спасении главного сокровища – тех самых 37 леопардов, которые, по оценкам ученых, все еще живут здесь. Обычно, когда говорят об угрозе существованию какого-либо вида или подвида животных, имеют в виду лишь надвигающуюся катастрофу. Положение дальневосточного леопарда можно считать катастрофическим уже сейчас.

Директор заповедника считает, что дело это безнадежное. «Леопард остался здесь не потому, что ему нравится. Просто в других местах всех уже перестреляли,– говорит Хохряков. – Сейчас здесь проектируют газопровод. По плану развития Приморского края здесь будет три газосжижающих завода; а из-за саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества в 2012 году юг Приморского края – одна большая стройка». Заповеднику не хватает людей, денег и техники.

Поэтому руководство заповедника предлагает создать леопардовый питомник в условиях, максимально приближенных к природным.

«Для меня, да и для всех сотрудников заповедника, он похож на ребенка, которому больно, – говорит Сергей Хохряков. – И сегодня мы день и ночь только и думаем о том, как можно облегчить эту боль».

04.05.2011