Словно корни старого дерева тянутся отроги Восточно-Маньчжурских гор из Китая и Северной Кореи в Россию. Вздымают своими невысокими склонами узкую полоску суши между Амурским заливом и китайской границей. Вершина Чалбан как памятник возвышается над завоеванными каменными чужеземцами землями. Здесь, в Южном Приморье, их называют Черные горы.

Черные горы выплескивают из своих недр реку Кедровую. Вырвавшись на волю, она бежит между хребтами Сухореченский и Гаккелевский, перепрыгивая через камни к Японскому морю. А бежать ей всего ничего: длина реки от истоков до устья – 25 километров. В долине реки Кедровая на 18 000 гектаров располагается один из первых и самых маленьких заповедников России – «Кедровая Падь». Здесь еще сохранились деревья, которым перевалило за 500; здесь еще изобилует черная пихта, названная так из-за своей темной коры и давшая некогда название Черным горам; здесь ползут по земле лианы.

Здесь птицы не уступают по яркости бабочкам, а бабочки размерами напоминают птиц. Здесь обитают древние, реликтовые тараканы гриллоблаттина, которые считаются «живыми ископаемыми». В реку Кедровую, которая ученым всего мира служит моделью чистой реки, заходит на нерест сима из семейства лососевых. Здесь кукуют все пять видов кукушек, проживающих в России. И именно здесь можно увидеть очень скрытного дальневосточного лесного кота. Это последнее место Земли, где в естественных условиях проживает одна из красивейших кошек планеты с сине-зелеными глазами и пышной шубой – дальневосточный леопард. 

Когда здесь бывал знаменитый путешественник Николай Пржевальский, дальневосточный (или амурский) леопард обитал в Приморском крае, на северо-востоке Китая и на Корейском полуострове. В 1870 году Пржевальский описывал Приморье так: «Горные хребты, окружающие долины береговых рек, сплошь покрыты дремучими лесами, в которых содержится множество различных зверей».

Это лаконичное описание для одного их самых экзотических мест страны – в духе времени освоения новых земель. Члену Императорского географического общества не до красот природы. Уже основан город с имперским названием Владивосток, до закладки здесь железной дороги, которая вскоре пронзит  стрелой всю империю, осталось всего лишь каких-то 20 лет. По тем временам лес – враждебное место. Из леса надвигаются сырые туманы, на людей и домашних животных нападают тучи комаров, слепней, мошек – и дикие животные. «Эти свирепые звери наводили ужас на переселенцев и воинские команды и подлежали уничтожению», – пишет один чиновник об амурских леопардах. Лес вырубают, леопардов отстреливают.

Когда в начале двадцатого века работники лесного ведомства начинают бить тревогу, практически все чернопихтарники уже пущены на строительство Владивостока, истреблены все изюбры, а леопардов можно пересчитать по пальцам. Для сохранения видов в 1906-1908 годах на юге Приморья создаются заказники, в которых запрещены охота, сбор женьшеня и рубка деревьев. Однако охраняют их плохо, и местные жители продолжают тайком охотиться на пятнистых оленей, косуль и кабанов. В 1911 году создается «Славянское лесничество», которое охраняют конные казаки. Пять лет спустя губернский заказник преобразовывается в заповедник «Кедровая Падь».

После визита Пржевальского проходит почти 45 лет – тон путешественников из Петербурга резко меняется. Ботаник Николай Шипчинский в восторге от Приморья: «Леса поразили меня разнообразием древесных пород и многочисленными видами кустарников. Все это, особенно по опушкам и берегам речек, было сплошь перевито лианами: амурским виноградом, лимонником, актинидией. Нередко лианы настолько густо перевивали кусты и деревья, что пробиться сквозь тайгу без топора было невозможно», – пишет он в 1914 году.Читать дальше >>>