Наверное, на островах могут жить только люди с особым менталитетом. Остров – это замкнутый мир, обитатели которого участвуют в ролевой игре со своими правилами и ритуалами. Стоит только схлынуть туристам, как местные оживляются, ведь теперь они среди своих. А если какие-то чужаки и остаются, то лишь те немногие, которые говорят с ними на одном языке, живут на острове постоянно или приезжают сюда  каждый год.

Несколько месяцев в году я живу на Менорке. Каждый раз, когда я возвращаюсь в мой здешний дом, повторяется извечный ритуал. Откуда-то является одна и та же бездомная кошка, при виде которой  у меня возникает такое чувство, словно я никуда не уезжал. Пальмы у дома как будто слегка подросли. Я нахожу забытые книги и усаживаюсь напротив оштукатуренной стены из натурального камня, которая вот уже двадцать лет волнует меня своей белизной, как чистый лист бумаги. Неподалеку белеют рыбацкие лодки. Морской пейзаж в стиле Гомера.

По возможности я стараюсь безвылазно проводить все эти месяцы на острове. Но мне приходилось видеть, как вполне здравомыслящие люди буквально впадали в истерику, когда остров оказывался отрезанным от материка из-за шторма или забастовки. В такие моменты море вдруг превращается во враждебную, грозную стихию. У человека пробуждается первобытный страх, против которого бессильны любые аргументы. В итоге он арендует за большие деньги частный самолет и улетает, чтобы никогда не возвращаться.

Пятьдесят лет назад я сам попал в похожую ситуацию. Случилось это во время моей последней поездки на Ибицу, которая, как и Менорка, входит в состав Балеарского архипелага. В 1930-е годы на Ибице жил один из моих литературных кумиров – голландский поэт Ян Якоб Слауэрхоф. Об этом острове писал Вальтер Беньямин. В те годы Ибица еще не была популярным туристическим центром, в который она превратилась сейчас. Там за долгую дождливую и по-средиземноморски промозглую зиму я пережил душевные взлеты и падения, а потом провел чудесное лето и нашел сюжет для романа – жизнь на острове этому благоприятствует. Но вот наступил октябрь, в воздухе запахло осенью, пробил час отъезда. Тогда между Ибицей и континентом еще курсировали белые корабли судоходной компании Compania Mediterranea. Я уже занес чемоданы и пиджак с паспортом в каюту, вышел на палубу и помахал рукой провожавшим меня друзьям. И они позвали меня обратно на берег, уверяя, что у меня еще достаточно времени, чтобы выпить с ними бокал вина на прощание. Спустившись на пирс, я стоял с друзьями. Вдруг справа от меня высокий борт корабля стал отходить от причала. Сначала мне казалось, что еще не все потеряно. Я увидел, как с корабля спустили веревочный трап для лоцмана, и подумал, что запросто смогу вскарабкаться по нему на борт. Но это была иллюзия. У нас на глазах судно вышло из гавани и скрылось за горизонтом, унося с собой мои чемоданы и паспорт. В те времена паром на Ибицу ходил только раз в неделю, а билеты на единственный в тот день авиарейс были проданы. Я уже не помню, как выбрался оттуда, помню только, что через несколько дней мне вернули мой багаж с документами в Барселоне.

С тех пор я понимаю, что такое остров. Но это не мешает мне каждый год по несколько месяцев жить здесь на другом острове. Почему? Весь год я провожу в разъездах. Например, за последние месяцы я побывал в Австралии, Таиланде и на Бали. В таких путешествиях дальние переезды на машине – не проблема. На Менорке самый протяженный маршрут составляет 44 километра – таково расстояние от столицы Маона на восточной оконечности острова до города Сьюдадела на западном побережье. 

Мы с женой иногда хотим съездить в Сьюдаделу, но всегда отказываемся от этой затеи. Слишком уж далеко. Дальние переезды, суматоха, суета – всего этого хватает и в другой половине года. Острова созданы для того, чтобы  наслаждаться покоем, читать и писать книги. Кому это скучно, тому нечего делать на острове. Читать дальше >>>