На остров Танфильева мы не собирались, но наша лодка невовремя вышла из строя. Он находится всего в шести километрах от японских берегов, в пограничной зоне, и в хорошую погоду отсюда в бинокль виден остров Хоккайдо - дома японских рыбаков и 96-метровая «Башня плача». Башня - часть музейного комплекса, посвященного Cеверным территориям: так называют российские земли, которые прежде принадлежали Японии. По рассказам, если забраться наверх, можно в специальную подзорную трубу посмотреть на Южные Курилы. Всего таких «Башень плача» на Хоккайдо две, вторая – с видом на Сахалин.

Здесь нет ни одного дерева, зато летом остров превращается в большую цветущую клумбу из лилий. Обойти его по периметру можно за день. Во времена, когда Малая Курильская гряда принадлежала Японии, ни один клочок земли не простаивал без дела: это видно по глубоким земляным рвам, отделявшим друг от друга крестьянские участки. Сейчас здесь остались только российская погранзастава и промысловая база «Зоркая», где нас и приютили, пока мы чинили мотор.

“Зоркая” - территория кукумарии: в буквальном переводе с латыни это значит «морской огурец». Здесь, на базе, это буро-коричневое беспозвоночное ласково называют кукушкой. У нее пять рядов ножек, похожих на щупальца. С их помощью кукумария собирает со дна детрит - органические остатки, ил и планктон. На ощупь она склизкая, упругая и все время норовит выскользнуть из рук. Выронишь - сожмется, перегруппируется и ускользнет за счет мощного сокращения мышц. Ее не остановит даже оторванная конечность. У кукумарии, как и у всех представителей класса голотурий, невероятная способность к регенерации. Если разрезать ее напополам, из половинок вырастут две новые особи.

Добывают кукумарию два судна. Они волокут за собой на тросе драгу - мешок из жесткой сетки со скребками, которые выскабливают дно. То, что в итоге вываливают на палубу - морской мусор вперемешку с живыми существами. Крабов, морских ежей, гребешков и морских звезд сразу сбрасывают обратно в воду, потому что разрешения на их отлов у рыбаков нет. На каждом судне трудится пять-шесть человек: постоянно в воде, и днем и ночью, и в дождь и во время качки. А с непривычки укачивает быстро. Нам матросы рекомендовали смотреть вдаль на горизонт, а если станет совсем плохо, не пить и есть только сильно посоленный хлеб.

Обработка улова иногда длится по 20 часов подряд и может закончиться в пять утра. “Кукушку” берут за задний конец тела и насаживают на железную трубку. Струя воды под напором вымывает внутренности. Следующий обработчик ножницами отрезает щупальца. Наполненный до краев ящик везут к огромным котлам, где “кукушку” варят, помешивая длинным шестом.

В воздух поднимается удушающий пар, способный вызвать сильнейшую аллергию и кашель. Рабочие одеты в утепленные резиновые сапоги и непромокаемые костюмы. Температура воды в начале лета не выше плюс двух, и стоять в ней часами практически неподвижно - уже пытка. Работа сдельная: чем больше обработано кукумарии по весу, тем выше зарплата. Один человек в день может почистить 200-400 килограммов кукумарии, а самые лучшие работники до 600.

Работать «на кукушке» приезжают с разных уголков России и бывших стран СНГ. Смены обычно долгие, от трех до восьми месяцев. Редкие смельчаки выдерживают по полтора года: вокруг холодно, влажно и абсолютно ничего не происходит. Самые шустрые рабочие - из Киргизии. Они обрабатывают одно животное секунд за десять.

Сваренную кукумарию сушат. Ее рассыпают на рамы из железных сетей в несколько слоев и помещают на пятнадцать суток в сушильный шкаф. После сушки кукушка теряет в весе 96 процентов: килограмм “морского огурца” превращается в 40 граммов, которые и отправят заказчику. Основной потребитель - Япония.

“Кукушку”, добытую советскими рыбаками, закатывали в консервные банки на Шикотане и Кунашире, но после краха Советского Союза эти заводы закрылись. Сейчас промысловая база обслуживает мировую индустрию БАДов - биологически активных добавок, лечебные свойства которых не доказаны. Таким препаратам не требуются полноценные клинические испытания, как лекарствам, но некоторые из них продаются в аптеках - как, например, российский “Тингол-2”. Еще они используются в традиционной медицине: кукумарию любят сравнивать с женьшенем. Ею же лечатся рыбаки “Зоркой” - и делятся рецептами вроде такого: «Растереть четвыре сухих кукумарии в порошок, настоять месяц в литре спирта и принимать всю зиму по чайной ложке утром и вечером». Спирт можно заменить на мед, однако этот рецент на острове Танфильева не так популярен. geo_icon