Сайты партнеров




GEO приглашает

14 декабря в Концертном зале им. Чайковского Московской филармонии пройдет концерт музыкантов без дирижера — персимфанс, то есть первый симфонический ансамбль. Более 60 музыкантов из Москвы и 20 из Дюссельдорфа исполнят увертюру «Эгмонт» Бетховена, любимого композитора Ленина, и «Октябрь» Иосифа Шиллингера, официального «государственного композитора» революционного времени


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Ненужных вещей не бывает

«Гаражные распродажи» в американской провинции — это не только хороший способ сменить обстановку в доме, но и начало антикварной коллекции, а также любопытный материал для социологов
текст: Елена Соболева
Sandra Cohen-Rose and Colin Rose Flickr

«Картина Дали «Часы», пять долларов», — развалившийся в раскладном кресле толстяк лениво тычет пивной банкой в сторону сарая, к стене которого прислонен названный шедевр. «Картина Дали» — это едва различимое фото, похожее на выцветшую вырезку из журнала «Огонек». Мятая бумажка заботливо убрана под стекло в тяжелой деревянной раме. «Два!», — предлагаю я, обмерив картину сантиметром. «Шедевр» в любом случае предназначается на выброс, а вот рама мне очень нужна. Если ее отшкурить и покрасить — будет лучше новой! Обозрев разложенные на газоне предметы: чугунную сковородку без ручки, кассетный магнитофон с отломанной крышкой и дисковый телефонный аппарат, а также вывеску «антиквариат», намалеванную маркером на куске картона, продавец обреченно кивает: «Окей!». Получив две зеленых бумажки, он небрежно сует их в карман шорт и возвращается к солнечным ваннам и пиву. Субботнее утро только начинается, покупателей пока немного.

Я торжествующе укладываю «Дали» в багажник. Но радоваться рано. В доме идет ремонт: для новых картин требуются рамы, а для книжек — прочные полки. В их поисках предстоит заглянуть еще в дюжину дворов, на газонах которых красуются таблички с надписями «ярд-сейл» («гаражная распродажа»). Узнать такие дворы можно издалека — подъезды к ним уставлены машинами. Вместе со мной по субботнему Бристолю колесит половина города. Вторая половина сидит у распахнутых гаражных ворот.

Выезжать нужно пораньше — к двум часам дня хозяевам надоедает торчать на солнцепеке. А в воскресенье распродаж не бывает вовсе: горожане разъезжаются по церквям, а после — по ресторанам на семейные обеды.

Гаражная распродажа — одно из субботних развлечений американской провинции. Универсальное для всего континента: с востока на запад от нашей Вирджинии до далекой Калифорнии. Популярное даже у «дружелюбных северных соседей» — в Канаде. Постоянное, как календарь, и традиционное, как яблочный пирог. Заведенный порядок субботнего утра, когда хозяева распахивают двери гаражей и начинают потрошить их уютные недра, может нарушить только непогода.

К счастью, ненастья в нашем чистеньком южном городишке случаются редко. Природе как будто жаль поливать дождем кукольные белые домики, бить градом ухоженные цветники, обрывать снегопадами провода и валить ветром деревья. Она милостиво посылает бристольцам круглогодичное солнце, щедрое настолько, что хозяева «ярд-сейлов», открыв двери гаражей, раскладывают свои товары прямо на земле, нимало не беспокоясь об укрытии. В пику предсказуемой погоде, непредсказуемость разложенных предметов удивляет до икоты.

Ни в одном магазине не увидишь столь неожиданный набор. Словно отсортированные сумасшедшим по ему одному ведомой системе, лежат рядом чугунный утюг и Барби без ноги, цветочный горшок и коллекция бейсбольных карточек, зарядник для потерянного телефона и виниловые пластинки, новые кеды 46-го размера и мешок цемента, электролобзик и ... полбутылки шампуня. Не пропадать же добру! Оно, конечно, стоит всего лишь «квотер» — монетку в 25 центов, но ведь и «пять старушек — рубль».

Жажда наживы или крайняя нужда продавцами движут редко. Устраивать «гаражные распродажи» людей заставляет само американское провинциальное жизнеустройство, при котором непрерывный шопинг — это самостоятельное развлечение в размеренной и тихой жизни большинства населения, небогатой на события и серьезные хобби. Тратить в магазинах деньги — это вид удовольствия, средство борьбы с депрессией, и редко когда настоящая необходимость. Лучшее тому подтверждение — дома, забитые от подвала до чердака лишними вещами, порой существующими в нескольких одинаковых экземплярах. Что еще хуже — этот бардак приобретают в кредит.

Чтобы покупать новые вещи, нужно освобождать место, избавляясь от старых. Чтобы вскоре, в свою очередь отказать от дома надоевшим, заменив их на более новые. Такой вот круговорот хлама, при котором довольны и люди, и банки, неустанно присылающее кредитные карты в почтовые ящики. Но больше всех довольны соседи, которым выпадает шанс за несколько долларов разжиться чем-то по-настоящему нужным или любопытным.

Посетители распродаж — это два кардинально разных типа покупателей. Первые приходят за нужными в хозяйстве вещами. Цель таких покупок — найти недостающий в доме предмет, по цене в десять раз меньше магазинной. Например, детское автокресло или кроватку. Сервиз или набор клюшек для гольфа. Соковыжималку или скатерть с вышитыми попугаями.

Я попалась на крючок «ярд-сейлов» едва приехав в США, когда понадобилась мебель в пустой дом на скудный студенческий бюджет. Первый же трофей — обеденный стол с четырьмя крепкими стульями, купленный за 20 долларов, — открыл для меня радость дворовых распродаж. И неважно, что пришлось потратить еще столько же, чтобы заново обить потрепанные стулья с помощью ткани и промышленного степлера... Я уже включилась в азарт «ярд-сейлов» с энтузиазмом, достойным золотодобытчиков Аляски. Теперь, в субботние утра, вместо того, чтобы подольше поспать, я в нетерпении вскакиваю, дабы узнать, что за сокровища хранятся за железными дверьми соседских гаражей. Отправляясь колесить по городу, я никогда не знаю, с чем именно вернусь обратно.

За два года список моих трофеев пополнился раскладным диваном, письменным столом, набором посуды, хлебопечкой за четыре доллара, швейной машинкой за семь, а также вполне новыми горными лыжами за 18. Беда в том, что купив лыжи, я на радостях забыла про ботинки. Теперь мои шансы покататься зависят только от того, встретятся ли на соседских развалах лыжные ботинки моего размера. Конечно, всегда можно просто пойти за недостающей частью снаряжения в магазин... Но, согласитесь, это слишком прозаично. Ведь куда интереснее испытать свои отношения с капризной случайностью — вечной музой гаражных распродаж. Приятно, если эта переменчивая дама вам благоволит.

На благосклонность случайности более всего рассчитывает вторая категория покупателей — охотники за антиквариатом. Он особенно популярен среди недавно оказавшихся на пенсии пар. Их мудрый возраст — время задуматься об истоках. Именно в это время хочется извлечь из сарая бабушкино подвенечное платье, сдуть с него пыль и с умилением прибить к стене в качестве украшения гостиной. Антиквариат помогает создать историю там, где ее катастрофически не хватает. В столь юной стране, как Америка, под понятие «старины» сейчас попадает все, сделанное ранее 1980 года. «Антиквариатом» здесь смело называют и прижизненное издание Марк Твена, и механическую картофелечистку прадедушки, и коврик, на котором мать семейства делала аэробику под командование телевизионной Джейн Фонды.

Бронзовый подсвечник начала прошлого столетия, фарфоровый кувшин для умывания и треснутый деревянный половник, попадающиеся время от времени на гаражных развалах, еще худо-бедно можно отнести к гордому понятию «старины». Но чем, кроме завышенных ожиданий или нахальства, оправдать наличие под той же вывеской черно-белого телевизора Sony или открывашки для бутылок с символикой зимней олимпиады 1992 года? «Антиквариат», понятно, не рассчитан на студенческий бюджет, и его цена скорее зависит от осведомленности или наивности продавцов.

Содержимое гаражей — неисчерпаемый материал для социолога или психоаналитика. Многое можно узнать про хозяина, разглядев в вывернутых недрах его дома остатки прошедших увлечений: мотки шерсти, токарный инструмент, игровые приставки, пособия по рукопашному бою и сборники кулинарных рецептов. Проще всего у моих соседей приобрести за бесценок... новый велотренажер или беговую дорожку. Купленные с обещаниями «завтра начать новую жизнь», один раз использованные, но вскоре сосланные в гараж или подвал, они служат громоздкими и грустными памятниками несбывшегося. Ничего удивительного, что их хочется как можно скорее сбыть с рук.

Хотя бывают и счастливые исключения.

«Тяжеловат он для меня стал», — с сожалением говорит бабуля, «божий одуванчик», протягивая мне охотничий арбалет. «Столько оленей из него постреляла, да видно придется полегче купить». Понять бабулю можно: размахом арбалет не меньше метра, и я поднимаю его с трудом. Кроме грозного оружия бабуля продает стрелы, которые тоже приходится взять для комплекта.

Рам для картин мне в тот день больше не встретилось. Лыжных ботинок тоже. Зато появилось непригодное в хозяйстве стрелковое оружие. Одно из двух: или моя муза — дама с извращенным чувством юмора, или она вербует новых сторонников. Оптимизм девиза гаражных распродаж «Ненужных вещей не бывает!», похоже, граничит с идиотизмом. Круговорот хлама устроен так, что предметы, которым давно пора на помойку, все никак туда не попадут. Еще немного — и в одно субботнее утро мои домашние потребуют от меня раскрыть двери собственного гаража и сесть в шезлог под табличкой «ярд-сейл». Тогда в мире вещей ничего не нарушится: они просто перейдут из одних рук в другие. В общем, вы поняли: продаю арбалет...

13.11.2013