4 мая 1982 года в 14:35 по местному времени Владимир Балыбердин поднялся на саму высокую точку мира. Через несколько минут за ним последовал Эдуард Мысловский. Всего вершины достигли 11 советских альпинистов, участников экспедиции «Эверест-82». На этой неделе советские покорители Эвереста встретились в честь 30-летия той экспедиции в лектории Политехнического музея.

В центре большой смеющейся компании – двое бодрых мужчин. Это участники той самой экспедиции: Сергей Бершов и Казбек Валиев. Бершову 65 лет, но он до сих пор увлекается альпинизмом, работает тренером и преподает в Академии физической культуры в Харькове. У 60-летнего Казбека Валиева своя туристская фирма, занимающаяся организацией восхождений и горных походов на Тянь-Шане.

«Мы оба восходили ночью, – вспоминает Сергей Бершов, – к тому же я помогал первой двойке спускаться. Когда оказались на Эвересте, безуспешно пытались сфотографироваться – вспышки-то не было. В итоге оставили там наши вымпелы, кислородные баллоны, а по-настоящему испытали радость только когда спустились».

Эдуард Мысловский, который вторым после Владимира Балыбердина поднялся на вершину, подтверждает: «Цель экспедиции достигнута. Скорей бы вниз». Почему? «На высоте 8250 метров на одном из участков скалы были очень маленькие зацепки. Чтобы крепче держаться, я на несколько минут снял рукавицы. И подморозил пальцы. Восхождение при температуре минус 40 и с обмороженными руками – это пытка. А удовольствие получаешь внизу. Когда оглянешься на покоренную гору».

Мысловский обморозил пальцы первого мая. После этого он три дня обрабатывал маршрут, вешал веревки. На вершине они с Балыбердиным были четвертого числа, а потом еще двое суток спускались до базового лагеря. Оттуда его на вертолете вместе с Валерием Хрищатовым, обморозившим ноги, увезли сначала в Катманду, а потом в ожоговый центр имени Вишневского в Москве. Там Мысловскому ампутировали фаланги пяти пальцев.

Сегодня Эдуарду Мысловскому 75 лет, он читает в Бауманском университете лекции о микропроцессорах в системах автоматического управления. Он увлекся альпинизмом еще в техникуме и поступил в «бауманку» именно потому, что там в советские годы была сильная альпинистская секция. И остался работать в университете, потому что летом у преподавателей всегда отпуск – и можно ездить в экспедиции.

В первую советскую экспедицию на Эверест брали только чемпионов страны по альпинизму. В отличие от других стран, в СССР альпинизм считался целым видом спорта, существовала система подготовки. По профсоюзной путевке можно было поехать в альпинистский лагерь, где предоставлялось снаряжение, инструктор и проживание. Поэтому альпинизм приобрел большую популярность – он был доступным. Все альпинисты-высотники знали друг друга.

Конкурс на место в экспедиции на Эверест был огромный. На первом этапе только по анкетным данным из 250 человек отобрали 90. Тренеров определили быстро. Евгений Тамм стал руководителем экспедиции, а Анатолий Овчинников – главным тренером. Участники тренировались на Эльбрусе и Тянь-Шане. Альпинисты соревновались в скалолазании – личном и в связке, на скорость поднимались по травянистому и ледовому склону. Четких критериев не было – подъем в гору это не стометровка.

В итоге осталось 22 человека – двойной состав. Все они были мастерами спорта и имели опыт восхождения до высоты 7500 метров. В этом и состояла основная проблема для организаторов экспедиции: никто не знал, как почувствуют себя люди на высоте восемь с лишним километров – представление об этом было только из физиологических исследований.

Кроме технической подготовки нужен было хороший человеческий контакт с другими участниками – в отличие от предыдущих покорений Эвереста, эта была командная экспедиция. По воспоминаниям Казбека Валиева, психологи, участвовавшие в отборе, предупреждали: «Вы отобрали лидеров, они несовместимы». На что старший тренер Анатолий Овчинников сказал: «Ради Эвереста они совместятся». Так и вышло.Читать дальше >>>