На эти горы больно смотреть. Яркое солнце, отражаясь от тысяч белоснежных граней, бьет по глазам, заставляя в смирении опускать голову. Белый мел здесь повсюду: хрустит под ногами, сыпется сверху, оседает на одежде и жесткой степной траве. Так бывает в горах Греции или турецкой Каппадокии. Но вид, открывающийся от подножия белоснежного утеса, возвращает к более привычным ландшафтно-климатическим координатам: за плавными изгибами Дона простираются зеленые заливные луга, виднеются кое-где перелески, да крыши деревенских домов.

400 лет назад греческие монахи Ксенофонт и Иосаф с изумлением смотрели на эти дивные горы, плывя по Дону на лодке с иконой Сицилийской Божией Матери. То ли потому что места напомнили им святой Афон, то ли просто время было позднее, иноки решили заночевать у впадения речки Тихая Сосна в Дон. А когда проснулись, иконы с ними не было. Кинулись искать святыню, и вдруг увидели ее на самом высоком каменном столбе. Божьи люди посчитали этот случай знаком свыше, и принялись рыть здесь пещеру-келью.

Мел – материал мягкий, податливый, поэтому вскоре тесная келья превратилась в сеть коридоров с окнами и балкончиками. А в скале рядом с кельями появился пещерный храм, освященный в честь чудесной иконы.

До белоснежных гор на окраине хутора Дивногорье в нынешней Воронежской области –день езды от столицы по трассе М-4 «Дон». Еще недавно путешественникам, которые, как Иосаф и Ксенофонт, приезжали сюда на ночь глядя, в администрации одноименного с хутором заповедника вручали ключи от «кельи» – дощатой избушки без удобств, гордо именовавшейся гостиницей. Сейчас по соседству выстроили мотель, где из атрибутов деревенского жилья – лишь летящий в окна запах полыни да стрекот сверчков.

Утром деревянные ступени, ведущие от пыльной дороги к скалам, намокают от росы и предательски скользят под ногами. Лестница заканчивается на площадке перед вырубленной в белой скале той самой церковью Иконы Сицилийской Божией Матери XVII века.

«Все, что мы сейчас видим – лишь остатки былого великолепия», – осаживает восторги приезжих археолог Катерина, которая водит экскурсии по заповеднику и знает про здешние пещерные храмы все. Когда-то на правобережье Дона и Тихой Сосны высилось 22 белых каменных «столба». Сейчас – две группы по несколько белых изваяний. Скалы в народе прозвали дивами, потому что они издавна удивляли своим видом жителей донских степей. Некоторые из див уничтожило время, но большую часть – люди. В конце XIX века при прокладке железной дороги из Воронежа в Харьков инженеры посчитали, что от вибрации самые высокие утесы могут обрушиться на полотно и, не дожидаясь этого, решили их взорвать. Через полвека при расширении дороги в Дивногорье вновь прогремели взрывы. Уникальные пещерные церкви сохранились чудом, и до сих пор производят сильное впечатление.

Катерина с трудом отворяет тяжелую железную дверь, и заходит в холодный полумрак пещерного храма. Изо рта идет пар, даже летом температура здесь не поднимается выше десяти градусов. Приглушенный электрический свет выхватывает из темноты девственно белые потолки и стены, которых никогда не касалась кисть художника. Отчего все в храме пронизано особым аскетизмом, не обремененным позолотой городских церквей. На скромном алтаре тускло поблескивает единственный образ в окладе – список с той самой иконы Сицилийской Божией Матери, которую в здешних краях называли «исцелийской». Оригинал исчез в бурные 1920-е – по легенде, образ в спешке зарыли на одном из хуторских огородов, да так и не нашли.

По большим церковным праздникам вокруг храма принято проводить крестный ход. Но как обойти с крестами и хоругвями церковь, вырубленную в отвесной скале? «Если нельзя пройти по земле, можно под землей», – решили монахи, и вырыли коридор, который так и назвали – крестный ход. Он уходит от алтаря в толщу скалы и опоясывает все храмовые помещения. Вместо свечей сейчас его освещает вмонтированная в белую стену мягкая электрическая подсветка. Посетители то и дело задевают узкие своды плечами и головами. А выходя из пещеры, все как один зажмуриваются. Солнце без предупреждения бьет по привыкшим к полумраку глазам, даря на мгновение мистическое ощущение легкости.Читать дальше >>>