Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Курс на Макондо!

Габриэль Гарсиа Маркес совершил одиннадцать путешествий по реке Магдалена в родной Колумбии. Репортеры GEO прошли по следам выдающегося писателя от Карибского побережья до горных районов, контролируемых партизанами. И пережили наяву то, что Маркес описывал в своих фантасмагорических романах
текст: Михаэль Штюренберг
Stephen Ferry

На берегах реки Магдалена шумит пасхальный карнавал.

По центральной авениде Барранкильи, самого большого речного порта Колумбии, движется пестрая пляшущая толпа ряженых. На мне тоже маскарадный костюм — оранжевый балахон с прорезью для головы и маска из коричневых перьев.

Справа от меня, обливаясь потом, отплясывает кумбию «Че Гевара». Его ведет на собачьем поводке госпожа, затянутая в кожу. «Сексуальная революция свершилась!» — скулит «команданте».

А слева в костюме ворона вышагивает Хайме Абельо, директор «Фонда новой испаноамериканской журналистики имени Габриэля Гарсиа Маркеса». Вы правда так любите этот город, Хайме?
«Все колумбийцы обожают Барранкилью!» — кивает Хайме.

Но почему? Не потому ли, что именно здесь в 1950-е годы молодой Габо (так ласково называют Габриэля Гарсиа Маркеса на родине) изобрел «магический реализм»? «Да нет, просто тут Магдалена впадает в Карибское море, — кричит Хайме. — А это наша любимая река. Она объединяет всю страну!» Люди из всех уголков Колумбии съезжаются на праздник в Барранкилью, которую Маркес однажды назвал воплощением духа Макондо.

Макондо — вымышленный городок из знаменитого романа Маркеса «Сто лет одиночества», где время остановилось. Его прототипом послужила деревня Аракатака в департаменте Магдалена, где родился и провел детство будущий писатель. В Колумбии Макондо уже давно — синоним всего иррационального.

«По пути к истоку Магдалены вам еще не раз повстречается Макондо», — уверяет Хайме.

Вечером накануне отплытия вверх по Магдалене встречаемся с Рене Пуче, начальником торгового порта Барранкильи. «Колумбия пробуждается», — говорит он. Недавно правительство страны подписало соглашение о свободной торговле с ЕС и США и теперь вкладывает миллиарды в модернизацию морских и речных портов. Первый пункт программы — река Магдалена. «Можете себе представить: доставить контейнер из Шанхая в Барранкилью дешевле, чем отсюда в Боготу!» — всплескивает руками Пуче.

Примерно 60 лет назад колумбийцы отказались от речных перевозок, сделав ставку на автомобильный транспорт. И это была серьезная ошибка. Сейчас все дороги перегружены, а сами автострады, проложенные через города, загрязняют их выхлопными газами. Магдалена же за это время так заросла илом, что по некоторым участкам ее русла уже не могут пройти корабли. Вернее, еще не могут. «Через пять лет 886-километровый участок реки от Барранкильи до Пуэрто-Сальгар станет судоходным круглый год», — говорит Пуче. А значит, столица страны Богота, город-миллионник Медельин, нефтеперегонные заводы в Барранкабермехе и колумбийский «кофейный треугольник» в верховьях Магдалены смогут интегрироваться в мировой рынок.

Но пока на реке Магдалена царит романтическая атмосфера оторванности от мира. Например,
в городке Санта-Крус-де-Момпос, который расположен на острове в 400 километрах вверх по течению от Барранкильи. Основанный в 1537 году испанскими конкистадорами, он был важным портом испанского вице-королевства Новая Гранада, которое охватывало территории современной Колумбии, Венесуэлы, Панамы и Эквадора. Опасаясь пиратов, испанцы хранили добытое золото в глубине страны. И перевозили драгоценный металл по реке к побережью Карибского моря, только когда туда прибывал очередной галеон из Испании. Но уже больше ста лет рукав реки Магдалена, омывающий островной городок, зарастает илом.

Порт пришлось перенести в другое место. А Санта-Крус-де-Момпос стал похож на спящую красавицу. В 1995 году исторический центр города внесли в Список всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. С тех пор сюда съезжаются туристы со всего мира. И увлеченно ищут среди былого величия следы литературных героев Маркеса. Местный приют для престарелых называется «Каса-де-Рекуэрдос» — «Дом воспоминаний».

А ничем не примечательный обшарпанный дом на берегу реки хранит одну из тайн романа «Сто лет одиночества». Здесь, во внутреннем дворике, в окружении собак, кошек, игуан, бабочек и двух говорящих попугаев, престарелая донья Элиса Треспаласиос де Алеман выковывает золотых рыбок, как это делали ее отец, дед и прадед. «Однажды к нам зашел Маркес и увидел моего отца за работой, — рассказывает она. — Тогда-то Габо и решил, что один из основных персонажей его романа, полковник Аурелиано Буэндиа, на закате своей жизни будет делать в Макондо золотых рыбок».

Окрестности деревни Ла-Глориа не назовешь живописными: кустарники, клубы пыли над прямой как стрела дорогой. «Что-то много стервятников!» — кричит водитель и тормозит. В нос ударяет гнилая вонь. В кювете лежит туша околевшей коровы, над которой вьются черные птицы. «А я уж подумал…» — водитель осекается на полуслове. Но все и так понятно. В канаве вполне мог оказаться труп человека. В Колумбии кровавые распри давно стали обыденностью. И эту ситуацию одними инвестициями не исправишь. Слишком глубоко укоренилось насилие.
Но здесь, в Ла-Глории, живет человек, который все-таки пытается его выкорчевать.

Луис Умберто Сориано — создатель «Библиобурро», передвижной «ослиной библиотеки». Кто много читает, тот реже убивает, уверен он. Или не убивает вообще.

В 16 лет Сориано стал учителем местной начальной школы и уже тогда понял: «Чтение развивает ум и воспитывает чувство собственного достоинства». Но как приобщить к знаниям тех, кто живет в лесу и не может ходить в школу? «В сезон дождей они отрезаны от цивилизации. А одиночество для неграмотного — это наказание», — говорит Сориано.

В 20 лет он решил: если гора не идет к Магомету, то Магомет пойдет к горе. Набрал книг, погрузил на осла и отправился в лесные селения. «Конечно, сначала пришлось учить людей азбуке», — уточняет Сориано, останавливая свою передвижную «ослиную библиотеку» в центре деревни. Навстречу ослику выбегают дети и начинают по-хозяйски копаться в сумках с книгами. Пожилая женщина, взяв Сориано за руку, участливо интересуется: «Как сам, сынок? Как жена?»

В Ла-Глории гордятся своим библиотекарем. В конце концов, именно Сориано прославил родную деревню на весь мир. Донкихотская затея романтика-одиночки уже давно превратилась в целую организацию с двенадцатью активистами и фондом из пяти тысяч книг. Передвижные «ослиные библиотеки» регулярно наведываются даже в труднодоступный горный массив Сьерра-Невада-де-Санта-Марта на севере страны.

Но главной заботой Сориано по-прежнему остаются одинокие люди. Например, женщина, живущая с дочерью в доме посреди леса. «Она страстно хотела научиться грамоте, чтобы читать дочке сказки на ночь», — вспоминает Сориано. Мать и дочь учились читать по иллюстрированным книгам, которые он завозил им раз в месяц. Девочка освоила чтение быстро. А вот матери грамота давалась с трудом. Но дочь так часто читала при ней некоторые сказки вслух, что женщина выучила их наизусть. И стала каждый вечер садиться у кровати дочери и просто пересказывать их по памяти, держа перед собой книгу. «Малышка все понимала, но подыгрывала матери, — говорит Сориано. — Как они были счастливы в эти минуты!»

В полпятого утра под окнами отеля сигналит водитель маршрутного такси. На улице непроглядная тьма, вокруг ни души. Только уборщица метет дорожку перед гостиницей. Отправляемся в порт Эль-Банко на берегу Магдалены.

Водитель, врубив на полную мощность и кондиционер и плеер, крутит свои любимые диски. Мужские голоса под аккомпанемент аккордеона поют о любви, тоске и боли. Может, где-то все эти страдания и переживают молча, но только не в Колумбии. «Плачь, моя душа! Плачь, мое сердце!» — надрывается певец. А мы мчимся все дальше и дальше. Мимо зеленых лугов, где пасутся коровы, и болот с цаплями. Перед домиком у обочины наслаждается утренней прохладой целое семейство. Водитель осторожно объезжает их собаку, которая спит, свернувшись калачиком, прямо посреди дороги.

Вот и Эль-Банко. У обнесенного проволокой причала нас дожидается пассажирский катер.

С трудом размещаемся в тесной каюте. Рулевой Гильермо объявляет: «Наша максимальная скорость — 80 километров в час. Надевайте спасательные жилеты».

А они точно помогут? Помнится, Маркес писал о партизанах, которые, спасаясь от преследования, прыгали в реку, но умирали в ее ядовитых водах. Что тут скажешь: Макондо…

Под оглушительный рокот двигателя отчаливаем от пристани Эль-Банко. По берегам — сплошные луга, перемежаемые невзрачными поселениями. Смотреть не на что. Речные пароходы вроде того, на котором персонажи Маркеса Флорентино Ариса и Фермина Даса переживали «Любовь во время чумы», давно канули в Лету. Через восемь с половиной часов достигаем города Барранкабермеха.

На горизонте топорщатся бетонные трубы и стальные вышки крупнейшего в стране нефтеперегонного завода колумбийской компании «Экопетроль». Спиной к нему возвышается из небольшого мутного озерца 26-метровый металлический Иисус, взирающий на город. Эту скульптуру 18 лет назад смастерил местный механик Фернандо Фернандес.

Теперь «Нефтяной Иисус» с распростертыми руками — символ города. Его позу местные жители толкуют по-разному. Одни считают, что Иисус не подпускает к нефти партизан. Для других памятник символизирует страдания тех, кто осмелился перейти дорогу могущественным нефтяным баронам. Почти три тысячи профсоюзных активистов были убиты в Колумбии за последние 25 лет.

Фернандо Конео, председателю местного профсоюза нефтяников, повезло выжить. Но против профсоюзов, которые стараются сохранить независимость, в Колумбии ополчились и партизаны, и официальные власти, и армия, и военизированные проправительственные формирования.

Каково это — жить в постоянном страхе, зная, что тебя могут изувечить и сбросить в реку, чтобы замести следы? Конео отвечает коротко: «Магдалена — самая большая братская могила в Колумбии».

Следующая остановка — Пуэрто-Беррио. Всего несколько лет назад здесь из реки вылавливали так много трупов, изуродованных до неузнаваемости, что для их погребения на местном кладбище пришлось возвести стену высотой десять и шириной два метра, с могильными нишами. У одной из них мы встречаем Бланку Нури. Оба ее ребенка — сын и дочь — пропали без вести. Дочери было девять, когда она ушла в магазин на углу улицы и не вернулась. С горя мать стала ухаживать за безымянной могилой. А затем выкупила ее, чтобы выбить на плите имя погибшего сына. «Может, и другая мать где-нибудь сделает то же самое для моего бедного Джона Хайро, — говорит она. — Надеюсь, судьба отплатит мне добром за добро».

С безымянным мертвецом у Бланки взаимовыгодный контракт. «Я сказала ему: если поможешь мне найти хорошую работу, то буду ухаживать за твоей могилой и молиться за упокой души». Так все и вышло. «Истинная правда!» — божится она.

Кто бы сомневался. Народ здесь верит, что неприкаянные души неопознанных мертвецов готовы на все, лишь бы обрести вечный покой. Но для этого им нужен живой человек, который согласится во время молитвы замолвить словечко перед богом. Все в Пуэрто-Беррио знают: одному местному жителю его «подопечный» покойник помог выиграть в лотерею кругленькую сумму. С тех пор спрос на беспризорных мертвецов не поспевает за предложением. «Трупов из реки на всех уже не хватает», — говорит Бланка Нури без тени иронии. Это Макондо.

У города Онда в 850 километрах к югу от устья Магдалены начинаются речные пороги. А значит, заканчивается путешествие по воде. Над рекой висит зловоние. В 100 километрах выше по течению в Магдалену впадает река Богота, несущая столичные канализационные стоки. Самая грязная река в мире — так называют ее колумбийцы.

Неужели в этой «сточной канаве» можно удить рыбу? «Да хорошая у нас рыба, вкусная, — уверяет рыбак Виктор Мануэль Трухильо. И тут же показывает на коршунов, облепивших дерево на берегу. — Это они ждут, когда мимо проплывет труп собаки или кошки. Человеческие тела река больше не приносит. Поспокойнее стало».

Похоже, в Колумбии явный перебор с экзотикой и фантастическими персонажами.

Одного из них мы встречаем на следующей остановке — в городе Нейва, уже в верховьях Магдалены. Он называет себя Супер-Гэ. Вторая часть его имени — сокращенное «герой».

Колумбийский супермен одет в синее трико из эластана, шевелюра тоже выкрашена в синий цвет. Его главное занятие — переплывать реку. Об этом Супер-Гэ (в миру 33-летний учитель Онорио Муньос Бурбано) рассказывает нам за вечерней пиццей с бокалом кайпириньи. У Онорио всегда было два желания: творить добро и стать знаменитым. Однажды утром он взглянул на Магдалену и понял, что перед ним — самая настоящая клоака. Очистных сооружений в
400-тысячной Нейве нет, канализационные стоки сливаются прямо в реку. «И в тот момент я постиг свою миссию», — говорит супермен.

Новоявленный герой объявил, что готов на «смертельный номер»: добраться вплавь по Магдалене от Сан-Агустина до Барранкильи. Преодолеть более 1500 километров от истока к устью — и выжить.

Уже во время прикидочной тренировки Онорио швырнуло течением на скалу, и он лишился зуба. Но супергерои не верят в дурные предзнаменования. И в 2010 году он вновь смело нырнул в реку. Миссия Онорио чуть было не оборвалась, когда он угодил в водоворот. Спасатели вытащили его на берег почти без сознания. Придя в себя в машине «скорой помощи», он опять пустился вплавь по реке. И, как это ни удивительно, доплыл до Барранкильи.

А потом начал выступать с лекциями в школах. Его целевая аудитория — дети до десяти лет. «В этом возрасте они еще верят в чудо», — объясняет Онорио.

А еще они верят в супергероев. Поэтому Онорио Муньос Бурбано выкрасил волосы в синий цвет, превратился в «экомена» и раздает школьникам самодельные комиксы, в которых его герой вместе с маленькими помощниками борется против загрязнителей окружающей среды. И произносит свою фирменную суперменскую фразу: «Ребята, вы тоже можете стать героями!»

На следующий день достигаем плотины Эль-Кимбо, которая строится в 40 километрах выше по реке. Заказчик проекта — филиал испанского концерна «Эндеса», крупнейшего производителя электроэнергии в Испании и Латинской Америке. Скоро здесь появится водохранилище, которое затопит 82 квадратных километра плодородных земель. Концерн называет проект «зеленой энергетикой». Фермеры и рыбаки с этим явно не согласны. Объединившись в гражданское движение «Асокимбо», они отстаивают свои права.

Активисты «Асокимбо» Хенифер и Камелеон везут нас на своем драндулете к плотине. У моста —военный патруль. Дальше ехать нельзя. В верховьях реки планируют построить еще девять ГЭС. Во всех этих проектах участвует китайская госкорпорация «Гидрочайна». «Они продали нашу реку», — возмущается Камелеон. Охранник с черным сторожевым псом на поводке грозится спустить собаку, если мы не уйдем. Приходится спешно ретироваться.

Автобус мчится в Сан-Агустин. Вдоль дороги мелькают симпатичные домики, ярко-зеленые плантации кофе и сахарного тростника. Какой же красивой может быть Колумбия!

Сан-Агустин расположен на высоте 1730 метров в самом сердце цивилизации, исчезнувшей в XIV веке. Древний народ оставил после себя загадочные статуи, высеченные из вулканического камня, которые стерегут эту землю.

Отсюда до истока Магдалены всего 50 километров. Джип подпрыгивает на ухабистой дороге в Пуэрто-Кинчана. Это наш последний речной «порт». Всего пару лет назад здесь бушевала война между бандами за контроль местного наркотрафика. По выходным они устраивали попойки в барах и борделях. А наутро на улицах лежали трупы. В конце концов терпение местных жителей лопнуло, и они позвали на помощь партизан из «Революционных вооруженных сил Колумбии» (ФАРК). Боевики вошли в город и «зачистили» бандитов.

На выезде из Пуэрто-Кинчана уже ждет с лошадьми 67-летний Адольфо по прозвищу Индеец. Он ведет нас на горное болото к истоку реки. Идем партизанскими тропами, читая революционные лозунги, намалеванные на скалах. Вот и деревня Сан-Антонио. Девять домов, одна школа. Отсюда пять-шесть часов пути до Парамо-де-лас-Папас, где берет свое начало Магдалена.

На лугу пасутся коровы, лают собаки, кудахчут куры. Но дома пусты, на дверях — ржавые навесные замки. Школа уже 20 лет как закрыта, рассказывает Адольфо. Когда-то здесь жили 18 семей.
А сейчас никого не осталось.

Деревня-призрак? Не совсем, отвечает Адольфо. Есть здесь одна пара — Кристиан и Меди. Туристам, которых он возит к истокам Магдалены, нужно ведь где-то переночевать и поесть. Вот эти двое и наведываются в деревню, дают туристам хлеб и кров, чтобы заработать пару песо.

Дон Кристиан, 50-летний здоровяк, как раз вернулся с рыбалки, наловив всего за час корзину форели. В верховьях Магдалена — кристально чистая горная река. Меди, жена Кристиана, уже готовит на открытом огне гарнир к рыбе: картофель, маниок и рис.

«Раньше деревня Сан-Антонио была счастливым местом», — говорит дон Кристиан. Но потом пришли военные, которые заподозрили, что местные прячут у себя партизан. И всем приказали покинуть деревню. Крестьянам в такой глуши и правда приходится сотрудничать с ФАРКом. А что поделаешь? Повстанцы покупают у них продовольствие. Переманивают в свои ряды фермерских детей, привыкших к суровой жизни. Для военных все сельские жители — потенциальные партизаны. Так и появляются деревни-призраки вроде Сан-Антонио.

Но откуда тогда здесь коровы, собаки и курицы? Кто о них заботится? «Дон Росендо, — отвечает Кристиан. — Он покинет родную деревню только мертвым. Так он и сказал в лицо офицеру». Старик присматривает за всем скотом в деревне. «Он — самый одинокий человек, какого я только знаю. Он сам как привидение», – говорит донья Меди.

На следующий вечер, после возвращения от истоков Магдалены, продолжаем разговор с Кристианом и Меди. «В эту пору я из дома уже ни ногой. В полнолуние, — рассказывает дон Кристиан, — призраки из Сан-Антонио запрыгивают на наших лошадей и мчатся через луг к берегу реки». «Без седла?» — спрашиваю я. Наивный вопрос. «И даже без головы», — серьезно отвечает донья Меди. Маркесу бы это понравилось.

08.12.2014