На берегах реки Магдалена шумит пасхальный карнавал.

По центральной авениде Барранкильи, самого большого речного порта Колумбии, движется пестрая пляшущая толпа ряженых. На мне тоже маскарадный костюм — оранжевый балахон с прорезью для головы и маска из коричневых перьев.

Справа от меня, обливаясь потом, отплясывает кумбию «Че Гевара». Его ведет на собачьем поводке госпожа, затянутая в кожу. «Сексуальная революция свершилась!» — скулит «команданте».

А слева в костюме ворона вышагивает Хайме Абельо, директор «Фонда новой испаноамериканской журналистики имени Габриэля Гарсиа Маркеса». Вы правда так любите этот город, Хайме?
«Все колумбийцы обожают Барранкилью!» — кивает Хайме.

Но почему? Не потому ли, что именно здесь в 1950-е годы молодой Габо (так ласково называют Габриэля Гарсиа Маркеса на родине) изобрел «магический реализм»? «Да нет, просто тут Магдалена впадает в Карибское море, — кричит Хайме. — А это наша любимая река. Она объединяет всю страну!» Люди из всех уголков Колумбии съезжаются на праздник в Барранкилью, которую Маркес однажды назвал воплощением духа Макондо.

Макондо — вымышленный городок из знаменитого романа Маркеса «Сто лет одиночества», где время остановилось. Его прототипом послужила деревня Аракатака в департаменте Магдалена, где родился и провел детство будущий писатель. В Колумбии Макондо уже давно — синоним всего иррационального.

«По пути к истоку Магдалены вам еще не раз повстречается Макондо», — уверяет Хайме.

Вечером накануне отплытия вверх по Магдалене встречаемся с Рене Пуче, начальником торгового порта Барранкильи. «Колумбия пробуждается», — говорит он. Недавно правительство страны подписало соглашение о свободной торговле с ЕС и США и теперь вкладывает миллиарды в модернизацию морских и речных портов. Первый пункт программы — река Магдалена. «Можете себе представить: доставить контейнер из Шанхая в Барранкилью дешевле, чем отсюда в Боготу!» — всплескивает руками Пуче.

Примерно 60 лет назад колумбийцы отказались от речных перевозок, сделав ставку на автомобильный транспорт. И это была серьезная ошибка. Сейчас все дороги перегружены, а сами автострады, проложенные через города, загрязняют их выхлопными газами. Магдалена же за это время так заросла илом, что по некоторым участкам ее русла уже не могут пройти корабли. Вернее, еще не могут. «Через пять лет 886-километровый участок реки от Барранкильи до Пуэрто-Сальгар станет судоходным круглый год», — говорит Пуче. А значит, столица страны Богота, город-миллионник Медельин, нефтеперегонные заводы в Барранкабермехе и колумбийский «кофейный треугольник» в верховьях Магдалены смогут интегрироваться в мировой рынок.

Но пока на реке Магдалена царит романтическая атмосфера оторванности от мира. Например,
в городке Санта-Крус-де-Момпос, который расположен на острове в 400 километрах вверх по течению от Барранкильи. Основанный в 1537 году испанскими конкистадорами, он был важным портом испанского вице-королевства Новая Гранада, которое охватывало территории современной Колумбии, Венесуэлы, Панамы и Эквадора. Опасаясь пиратов, испанцы хранили добытое золото в глубине страны. И перевозили драгоценный металл по реке к побережью Карибского моря, только когда туда прибывал очередной галеон из Испании. Но уже больше ста лет рукав реки Магдалена, омывающий островной городок, зарастает илом.

Порт пришлось перенести в другое место. А Санта-Крус-де-Момпос стал похож на спящую красавицу. В 1995 году исторический центр города внесли в Список всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. С тех пор сюда съезжаются туристы со всего мира. И увлеченно ищут среди былого величия следы литературных героев Маркеса. Местный приют для престарелых называется «Каса-де-Рекуэрдос» — «Дом воспоминаний».Читать дальше >>>