Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Карл Маркс в Африке

Можно ли построить социализм в одной отдельно взятой деревне? Немецкие благотворители полтора года раздавали деньги жителям намибийского села, надеясь на повышение самооценки и пробуждение предпринимательской инициативы. Результат: одна частная пекарня — и удвоение числа подпольных питейных заведений. Чтобы купить хлеба, дети сдают бутылки
текст: Маркус Вольф
Джонатан Торговник

Всё. Деньги закончились. Кажется, что ежемесячным подаркам немецких спонсоров пришел конец. И теперь каждый говорит о своей правоте. «Бесплатная раздача денег плодит одних бездель­ников», — заявляет президент Намибии. «От простых талонов на продукты толку было бы больше», — считает белый предприниматель. «Результаты эксперимента превзошли самые смелые ожидания!» — утверждают евангелисты из Германии, координировавшие проект. «Ерунда. Они гроша ломаного не стоят», — возражает им экономист.

А тем временем в самой деревне, ставшей ареной социального эксперимента на немецкие деньги, бывший директор школы Стивен Айговаб садится передохнуть на пластиковый стул. Он снимает кепку и вытирает платком лысину, покрывшуюся испариной. Утром он пересадил лимонное дерево, которое, в отличие от двух грейпфрутовых, почему-то не желает расти. А как-нибудь на днях надо будет выкорчевать наконец это перечное дерево — его корни как щупальца расползлись по всему саду. По словам директора, оно приносит одни несчастья.

Место действия: Намибия, захолустье, сто километров на северо-восток от столицы страны Виндхука, деревня Отъиверо. У немцев давние исторические связи с этими местами: по германо-британскому договору 1890 года все побережье современной Намибии отошло Германии. Так на африканском континенте появилась колония под названием Германская Юго-Западная Африка. После поражения в Первой мировой войне немцы потеряли свою африканскую колонию — эти территории оказались под управлением сначала Лиги Наций, а потом Южно-Африканского Союза, предшественника ЮАР. Лишь в 1990 году Республика Намибия стала независимым государством. И хотя по среднестатистическим доходам на душу населения страна лидирует в Африке наряду с ЮАР, здесь самый большой в мире разрыв между богатыми и бедными. А еще — пятое место на планете по инфицированным ВИЧ.

В деревне Отъиверо иссушенная земля похожа на морщинистую кожу. «Домами» здесь считаются коробки из листов жести, накрытые брезентом. Само поселение появилось на карте совсем недавно, чуть больше двадцати лет назад. Живут здесь в основном земледельцы, раньше работавшие на фермах, принадлежавших белым. Сегодня здесь царит нищета. В избытке только болезни, голод, безработица, алкоголизм и преступность.

Эту несчастную деревню и выбрали немецкие благотворители в качестве площадки для социального эксперимента: ежемесячной раздачи денег местным жителям  — без всяких обязательств. Просто так.

Бывший школьный директор Стивен Айговаб — один из тех, кто получал помощь из Германии. И хотя эксперимент давно завершен, некоторые местные жители до сих пор извлекают из него выгоду.

Все важные вопросы сельская община решает на общем сходе. Так было и осенью 2007 года, когда жителей деревни в мегафон позвали на очередное собрание. Под раскидистыми ветвями акации их ждал епископ Цефания Камеета, очень уважаемый человек. Он прославился своей борьбой против властей ЮАР, контролировавших страну вплоть до провозглашения независимости и установивших здесь апартеид. Теперь епископ бросил все свои силы на борьбу с нищетой.

В Намибии живет всего лишь 2,3 миллиона человек. В сравнении с другими африканскими странами здесь «доходы выше среднего». Но половина населения живет в нищете, а каждый третий получает меньше одного евро в день. Что еще хуже: нигде в мире нет такого неравенства.

На фоне этой нищеты епископ объявляет изумленной деревенской публике, что в скором времени каждый из присутствующих будет получать по 100 намибийских долларов в месяц (около 360 рублей) от спонсоров в Германии. Многие не верят сказочным обещаниям. Но епископ отвечает: «Я слишком стар и слишком далеко ехал, чтобы врать».

Для жителей деревни эти деньги — чудо. Спонсоры проекта — церковные общины, профсоюзы, благотворительные организации и крупный фонд, близкий к Социал-демократической партии Германии,  — называют это «социально-экономическим стимулированием». Авторы эксперимента именуют ежемесячные выплаты «базовыми именными грантами». Их цель — показать, что такие выплаты полезнее, чем привычная экономическая помощь и социальные пособия. «Дармовые деньги», в отличие от государственных дотаций, выдают даже тем, у кого есть работа.

Столь масштабных экспериментов бескорыстной помощи в Африке еще не было. Деревня Отъиверо могла бы стать образцом не только для Намибии, но и для других стран континента, где не утихают споры об одном и том же: можно ли улучшить жизнь людей, если регулярно выплачивать им одну и ту же сумму?

В деревне проводят перепись населения, регистрируя 961 жителя. Из эксперимента исключают лишь пенсионеров. Деньги для раздачи людям поступают из Германии  — это пожертвования от церквей в Рейнланд-Пфальце и Вестфалии, от благотворительной организации «Брот фюр ди Вельт» («Хлеб миру») и Фонда имени Фридриха Эберта, близкого к Социал-демократической партии

Германии.

Проходит несколько месяцев, и Стивен Айговаб получает первый платеж — 100 намибийских долларов наличными. Специальный комитет следит, чтобы жители деревни не тратили все деньги сразу. Ведь суммы-то немалые. Многодетным семьям достается по 700-800 намибийских долларов в месяц. Столько зарабатывает не всякий рабочий.

Жители избирают Стивена Айговаба председателем местного сельсовета. Он не только улаживает их насущные проблемы, но и отвечает за контакты с внешним миром. Потому что вместе с выплатами из Германии на деревню обрушиваются толпы журналистов и политиков. Ведь всем крайне интересно, что люди делают с деньгами, которые достались им даром. И что эти деньги делают с людьми.

Они приезжают в деревню, чтобы узнать: действительно ли гранты из Германии избавили людей от апатии и страха? Ведь им каждый день приходится бороться за существование. Достаточно ли просто накормить человека, чтобы он почувствовал жизненные силы и обрел уверенность в себе? Могут ли такие «стипендии» помочь людям встать на ноги?

Первые отчеты из деревни звучат вполне оптимистично. Некая Эмилия Гарисес покупает ткани и начинает шить платья. Каменщик по имени Йозеф Ганеб закупает цемент и каждый день изготавливает по 250 кирпичей. Наконец, самый образцово-показательный случай: мать восьмерых детей Фрида Нембайю приобретает духовку, делает из 15 консервных банок формочки, покупает молоко, масло и дрожжи. Она печет по сто булочек в день и продает их по доллару за штуку. Такими «историями успеха» председатель сельсовета Айговаб и авторы эксперимента собираются убедить правительство Намибии в том, что раздача денег приносит свои плоды.

Эксперимент заканчивается в декабре 2009 года. После этого спонсоры выплачивают селянам «переходную» ссуду в 80 долларов, рассчитывая на то, что такие выплаты введут по всей стране. Но увы — проходит несколько лет, и Айговабу сообщают плохую новость: в ближайшее время выплаты полностью прекратятся.

Надежды не оправдались. Айговаб задумчиво раскачивается на стуле. Буквально на днях его землякам, получавшим деньги, начали выдавать и бесплатные лекарства. Теперь, похоже, и про лекарства тоже можно забыть...

Супруги-пасторы Дирк и Клаудия Хаарманн разочарованы. По договору с евангелическо-лютеранской церковью Намибии они вели социальный проект в деревне Отъиверо. Эти двое — специалисты по социологии и теологии из немецкого городка Митманн. До города Трир, родины идеолога социализма Карла Маркса, оттуда два часа по автобану.

Cупруги-теологи взялись курировать проект в Отъиверо, о котором теперь знают даже в штаб-квартире Всемирного банка в Вашингтоне. Обоим по 42 года, у них двое детей. Они постарались, чтобы про экспериментальную деревню узнали как можно больше людей и организаций во всем мире. Например, Всемирный банк, ООН и, конечно же, президент Намибии. Ему они передали документацию проекта — с диаграммами, фотографиями и статистическими сводками.

Первые, промежуточные результаты эксперимента превзошли самые смелые ожидания: всего за полгода количество жителей с недостаточным весом снизилось с 42 до 17 процентов, родители смогли оплатить детям учебу в школе, резко сократилось браконьерство. А главное: в деревне открылись мелкие предприятия, которые сдвинули экономику Отъиверо с мертвой точки.

«Мы и не надеялись, что деньги из Германии дадут такой импульс региону», — говорит Клаудия Хаарманн.

Неужели все серьезные проблемы можно так просто решить? И не кроется ли секрет успеха в том, что лютеране делают ставку на нечто большее, чем просто деньги?

Ведь, если задуматься, проблема гораздо глубже: эксперимент может выявить, какова природа людей, живущих в нищете, и что вообще представляет собой человек. Действительно ли он такой сознательный, мотивированный и ответственный? Или дармовые деньги не побуждают его ни к чему, кроме безделья? Во всяком случае, достаточно заглянуть во многие фермерские дома в Отъиверо, чтобы найти и такие примеры.

Получается, что отношение человека к деньгам — вопрос веры?

Первые результаты эксперимента настолько впечатляют, что координаторам даже не нужно обосновывать целесообразность выплат. И уж тем более у них нет повода пересматривать представления о человеческой натуре. Но при этом отклика на эти результаты — никакого. Потому что у идеи безвозмездной раздачи денег больше противников, чем сторонников. Многие намибийцы относятся к проекту так же, как Гарди Келер.

В местечке Омитара, недалеко от Отъиверо, у него единственный на всю округу настоящий магазин. Сквозь зарешеченное окошко виден внушительный ассортимент — хлеб и молоко, пиво и мороженое, топоры и ножовки.

Келер постоянно куда-то спешит. Поэтому он очень раздражается, когда собеседник все ходит вокруг да около. Сегодня Келер торопливо собирается в поездку в Виндхук, но его без конца отвлекает телефон.

«Ну что за люди?! Нет чтобы сразу перейти к делу, —ругается он, положив трубку. — Вот зачем расспрашивать о том, как у меня дела и как вообще жизнь?»

Сам Келер не такой. Он всегда сразу говорит, что думает и чего хочет. Ему не нужны никакие графики и диаграммы, чтобы понять, что за человек стоит перед ним и на что он потратит дармовые деньги. У Келера свои источники информации — кассовая книга и два ящика стеклотары, принятой за сегодняшний день.

«Вот все говорят, что в Отъиверо народ не пьет, — удивляется Келер. — А почему тогда мне после каждой «получки» дети сдают пустые бутылки, чтобы купить хлеба на вырученные деньги?»

Конечно, Келер знает: в деревне есть и работящие семьи, которые на спонсорские деньги прилежно ведут хозяйство. Но он предпочитает говорить о других. Его возмущает, что все без конца рассказывают о предприимчивой булочнице и о каменщике из Отъиверо: «Но ведь таких должно быть не двое, а двести!»

Келер стал «рупором» противников эксперимента — людей, которые против раздачи денег населению. Некоторые считают его «циничной скотиной» и обвиняют в том, что он сам же и потворствует пьянству, которое осуждает на словах. Но мужчина привык.

Он уверяет, что с радостью продавал бы больше других товаров, а не алкоголь. Келер составляет для примера список продуктов, которые можно купить на немецкие гранты: пять килограммов кукурузной муки, килограмм риса, 750-граммовую бутыль подсолнечного масла, килограмм сахара и кусок мыла. Такого набора может вполне хватить на весь месяц. Келер даже предлагал выдавать людям не деньги, а талоны на продукты, которые они бы отоваривали у него же в магазине. Но авторы эксперимента были против. Потому что «люди должны распоряжаться деньгами, как им хочется».

«Пусть сами решают, покупать спиртное или нет», — говорят инициаторы проекта.

«Да, пьянство — это большая проблема», — обреченно вздыхает Айговаб. И это притом, что многочисленные контролеры в деревне следят за тем, чтобы жители не пропивали подаренные им деньги. Но с тех пор, как немцы начали их раздавать, подпольных кабаков в Отъиверо стало в два с лишним раза больше. Целых восемнадцать точек в деревне нелегально торгуют спиртным. Население здесь неуклонно растет. Заслышав о дармовых деньгах из Германии, люди потянулись сюда даже из Виндхука. Разрастаются семьи, в результате «получка» становится все меньше и меньше — одну и ту же сумму приходится делить на все большее количество людей, включая переселенцев. Когда немцы начинали раздавать деньги, в селе насчитывалось меньше тысячи жителей. Теперь, по подсчетам Айговаба, их уже почти 1400. Точной цифры не знает никто: «У нас тут ежедневно дети рождаются».

С каждым новорожденным, с каждым новым переселенцем тает надежда на благополучный исход немецкого эксперимента в африканской провинции. Президент Намибии в своих обращениях к народу постоянно критикует денежные подарки из Германии — по его словам, они стимулируют только лень и ничего больше.

Ученые тоже не в восторге. Немецкий экономист Рингмар Остеркамп, работавший в Организации исследований экономической политики Намибии (NEPRU) и университете Виндхука, критикует эксперимент. Действительно ли повысилась самооценка жителей деревни, как утверждают авторы проекта? Появилось ли у людей благодаря деньгам чувство собственного достоинства? Такие вопросы он считает второстепенными. Его в первую очередь интересуют цифры. Как развивается местная экономика? Начал ли кто-нибудь свой бизнес? Как изменился уровень доходов в деревне?

«Организаторы часто говорят об успехе эксперимента. Но не раскрывают цифры, — критикует Остеркамп. — Он уже много раз просил показать статистику. Но ему все время отказывают, ссылаясь на секретность. — Но тогда проект не имеет никакой научной ценности!»

Денежные подарки вызывают шквал эмоций. И не нужно никакой статистики, чтобы понять: эта намибийская деревня никогда не станет идиллическим уголком, каким его хотели сделать немецкие спонсоры.

Три месяца назад сюда переехали два школьных учителя. Они думали, что попадут в сказку. А теперь жалуются, что лишь немногие жители деревни оплачивают учебу своих детей. Шеф местной полиции в ответ на вопрос, действительно ли здесь покончено с браконьерством, молча приносит из кладовой два недавно конфискованных охотничьих копья.

Но стоит ли вообще воспринимать денежные подарки из-за границы как панацею от всех напастей? «Наши дети накормлены. Уже поэтому можно считать эксперимент успешным», — говорит школьная директриса. Ведь ее ученики наконец забыли про голод и не мечтают на переменах о миске кукурузной каши. И почти все жители деревни могут теперь оплатить визит к врачу. Во всяком случае, местной медсестре не сразу удается отыскать папку с неоплаченными счетами.

Так может, деньги тратятся все-таки не только на выпивку, но и на действительно важные вещи — еду и здоровье? А может, именные гранты намного эффективнее, чем принято думать?

Деревня Отъиверо, осень 2011 года. Научная сотрудница университета Тюбингена (Германия) Сабина Клоке-Даффа обходит хижины. Она изучает этнологию, главный объект ее исследований — обмены и дары. Сабина тоже хочет разузнать, что жители делают с полученными в подарок деньгами. Особенно ее интересуют представители народности дамара, которые составляют основное население деревни. У них собственная система ценностей

и способов обмена. Для них важно не то, чем владеет человек, а то, чем он может поделиться — одолжить денег, отсыпать муки, помочь с работой, подвезти. Отдав какую-то вещь или оказав услугу, дамара в любое время может потребовать что-нибудь в ответ. «Нередко бывает, — говорит Сабина, — что дамара с радостью что-нибудь тебе дарит,

а на следующий день просит вернуть подарок обратно. Такая вот стратегия выживания в неблагоприятных

условиях».

Немецкая исследовательница опросила 700 человек, собрала картотеку из пяти тысяч файлов, проанализировала ее — и пришла к выводу, который поверг бы в шок и авторов проекта, и экономистов: денежные подарки из Германии абсолютно никак не повлияли на экономику деревни. Это с одной стороны.

С другой стороны, традиционный круговорот одолжений и подарков достиг невероятных масштабов. И жители, словно из предусмотрительности, участвуют в нем с удвоенной энергией. Иначе говоря, в деревне Отъиверо гранты стали прежде всего страховкой от тягот и лишений.

«Этот необычный проект дал людям ощущение стабильности, — говорит Сабина. — Жизнь в их глазах приобрела ценность. А это уже немало».

Бывший директор школы Стивен Айговаб сидит с женой перед домом и гладит свою собаку, которая лежит у его ног. Пес виляет хвостом, поднимая с земли облачка пыли. Супруги наняли каменщика, чтобы сделать пристройку к дому. Они планируют открыть небольшой магазин. И может быть, начнут торговать мобильными телефонами. Каменщик уже уложил несколько рядов кирпичной кладки, но теперь Айговаб с женой задаются вопросом: а будут ли у людей деньги на телефоны, когда они достроят магазин? Тем более стройка может и затянуться — у каменщика уже несколько недель нет цемента.

Так что пока пристройка не готова и больше похожа на руины. Она напоминает о тех временах, когда жителям намибийской деревни Отъиверо просто перепало немного денег из Германии.

15.03.2013