День первый

«Бассейн Сталина я покажу вам позже — а пока давайте посмотрим на кабинет, где лечился Лаврентий Павлович». Добродушный директор водолечебницы в Цхалтубо водит группу по коридорам, устланным коврами. Длинные анфилады окон выходят на цветущие деревья и робко вьющиеся по старым стенам розы. На улице стоит зной, но внутри водолечебницы — приятная прохлада и через щели в приоткрытых дверях видно, как в радоновых ваннах размокают сухонькие грузинские пенсионеры.

Когда-то Цхалтубо был видным советским курортом: сюда, вслед за Сталиным (само здание водолечебницы построено в 1951 году, к его приезду), потянулись все члены ЦК, а затем и простые смертные. Цхалтубо устроен как амфитеатр: центральный парк, где стоит водолечебница и где бьют ключи, окружает стайка гостиниц и санаториев. Уникальное торговое предложение курорта, как пишут в буклетах, — радоновые ванны и грязелечение. Вода здесь всегда плюс 33-35 градусов, и в год ее получают около 20 миллионов литров.

Директор все же ведет всех к бассейну Сталина: просторному, выложенному плиткой затейливой мозаикой, и с огромным кожаным креслом у спуска в воду. «Тут после Сталина весь Кремль сидел», — многозначительно заявляет наш провожатый. В 1990-е годы, сетует директор, в Цхалтубо резко купало количество пациентов: теперь курорт вынужден снижать цены: 14 дней пребывания обойдется здесь в 350 долларов — что, в общем, недурно, по меркам гидропатических заведений по всему миру.

На выходе из водолечебницы стоят садовники небесной красоты, как из фильма «Мимино»: они высаживают цветы, и остановились постоять в тени: «А вы откуда? Из Москвы? Мы с вами братья навек. Правда, хорошо у нас в Грузии? Жаркое солнце, цветы красивые. Дайте пожмем вашу руку! Счастливого пути!».

Следующая остановка — пещеры Прометея. Около семи процентов всей Грузии занимает разветвленная сеть пещер, в которых есть все, что придется по душе спелеологам: карстовые озера, сталактиты, сталагмиты и бог весть какие интересные образования. Пешеходный маршрут по этой пещере простирается на более чем полтора километра. Ее обнаружили в 1984 году совершенно случайно двое студентов, провалившиеся в дыру в земле. Таких историй в стране очень много: кто-то пошел по грибы, а увидел портал в бесконечность.

В пещере все облагорожено: сталактиты подсвечиваются неоновыми лампочками, в залах навязчиво играет Моцарт. Вход в пещеру увит замшелыми лианами, как в «Индиане Джонсе», а к выходу, словно по Стиксу, везет по подземной реке суровый гондольер на длинной лодке. Экскурсовод Марика говорит: «Теперь тут принято справлять свадьбы в одном из залов. Правда, иногда случаются конфузы: невесты не всегда осознают, что им придется идти полтора километра по темным, а иногда скользким, залам на каблуках и в белом платье, так что устраивают своим будущим мужьям скандалы прямо на месте».

Автобус едет в Кутаиси. За окном — сады, свинки, маленькие ослики, коровы, переходящие шумные маленькие речки, в яблоневых рощах под деревьями стоят кровати, а у покосившихся домиков — столы, за которым, несмотря на рабочий день, сидит большое семейство и приветливо машет руками. Дорога забирает наверх в монастырь Гелати. Он был основан Давидом IV Строителем в 1106 году. Соборная церковь строилась вплоть до 1125 года и ещё пять лет украшалась мозаиками, которые почитаются лучшими во всём Закавказье. В то время монастырь был местопребыванием Гелатской академии, члены которой живо интересовались древнегреческой философией. Давид так полюбил монастырь и академию, что приказал после своей смерти положить его у входа в монастырь и накрыть плитой — да так, чтобы каждый входящий наступал ему на сердце. Теперь на этой плите лежат робкие цветы и на всех, кто приходит наступить на сердце Давиду, с умилением смотрят монахи в рясах. В монастыре приятное горное уединение: под деревьями сидят тихонько послушники, на лужайке разбросана неровно обожженная и смешно глазурированная зеленым черепица. Под прохладными сводами церкви стоят пионы, а на фрески льется мягкий солнечный свет.

День второйЧитать дальше >>>