Новости партнеров




GEO приглашает

В День всех влюбленных, 14-го февраля, на экраны выходит серия итальянских короткометражек «Italian Best Shorts 2: любовь в Вечном городе». Семь романтических мелодрам и комедий об отношениях с миром, друг с другом и с самим собой


GEO рекомендует

Greenfield запускает коллекцию чайных капсул для машины Nespresso. Сорта черного, зеленого и травяного чая с фруктовыми нотками, вкусом лесной земляники или малины со сливками, или гранатом для индивидуального заваривания


Горячая гонка

текст: Инес Поссемейер

Первый этап. Керен - Мендефера. 148 км

Велосипедисты из Египта, Марокко, Саудовской Аравии и Кении уже стоят на старте, их конкуренты из Ливии и Судана разминаются, гонщики из Эритреи смазывают цепи, набирают воду в бутылки. Им предстоит главная велогонка всей их жизни. В 2009 году «Джиро д’Эритрея» впервые стала международной. Тренер сборной Эритреи Радек Валента – чех по национальности и австралиец по паспорту. Сегодня он надел футболку с надписью на на английсом Impossible is nothing – «Нет ничего невозможного». На календаре 16 декабря 2009 года.

В 12.30 раздается стартовый свисток. Оркестр играет туш, но музыка тонет в аплодисментах, барабанном бое, улюлюканье и свисте. 47 гонщиков из семи стран выкатываются с площади, по обочинам дороги стоят 20 000 человек. Среди них бедуины в тюрбанах, христианки в белых платках, мусульмане в пестрых накидках, старики в элегантных костюмах-тройках. Школьники машут флажками и кричат «Вперед, Эритрея!»

Эта сцена будет повторятся в каждом городе и каждой деревне, через которые в последующие пять дней пройдет велогонка. В конечном итоге ее увидят больше миллиона человек.

Жители Эритреи обожают велосипедный спорт так, как бразильцы обожают футбол. Каждые выходные сотни тысяч велосипедистов-любителей гоняют по дорогам Эритреи, благо на них почти нет машин. В стране с населением 4,8 миллиона человек насчитывается полмиллиона велосипедов.

Первый велосипед привезли сюда итальянцы 100 лет назад, в свою тогдашнюю африканскую колонию. В 1946 году здесь же прошла первая велогонка на африканском континенте, которую так и назвали – «Джиро д’Эритрея». Гонка 2009 года впервые внесена в календарь Международной федерации велоспорта. Поэтому правительство Эритреи пригласило тренера из-за границы: 46-летний Радек Валента до этого тренировал сборную Объединенных Арабских Эмиратов. Тренер ведет первый автомобиль сопровождения сборной Эритреи, мы с его 38-летним ассистентом и бывшим чемпионом Эритреи Йонасом Зекариасом сидим во второй машине.

Дорога, петляя, уходит на восток: разбитый асфальт без всякой разметки. Полуденное солнце стоит над грядой холмов. Жизнь людей здесь скудна, как окружающий пейзаж. Эритрея – одна из десяти беднейших стран мира.

по высохшему руслу реки тянется караван верблюдов, по обе стороны от дороги торчат остроконечные крыши деревенских хижин; между ними разбросаны постройки из тесаного камня с одной дверью и одним окном. Выцветший ландшафт тянется мимо, словно доисторический фильм, пока в него не вклинивается международный пелетон. Громкий, разноцветный, быстрый.

Гонщиков сопровождают велосипедисты; в небе кружит вертолет. Команды одеты в футболки цветов национальных флагов, у сборной Эритреи они красно-сине-зелено-желтые. У сборной Саудовской Аравии самые дорогие велосипеды, у сборной Судана – самые дешевые.

Йонас, помощник главного тренера сборной Эритреи, резко тормозит у обочины, где третий номер сборной вытаскивает переднее колесо из вилки. Как назло это Даниэль Теклехайманот, один из главных фаворитов гонки. Худой и высокий велосипедист с по-мальчишески взъерошенной шевелюрой.

Даниэль родился на юге Эритреи. Самый младший из 11 братьев и сестер, он впервые сел на велосипед в 13 лет; через шесть лет он выиграл заезд Tour de la Paix в Код д’Ивуаре, еще через год Международная федерация велоспорта пригласила его тренироваться в Швейцарию. Он вернулся из Европы всего месяц назад.

Механик достает запасное колесо, Даниэль держит раму, механик меняет колесо, центрует, затягивает крепежный винт: все это занимает десять секунд. Йонас подталкивает Даниэля – «вперед!»

Следующие 14 километров дороги проходят по горному серпантину, через заросли канарского молочая ростом с дерево, потом трасса поднимается к Асмаре, столице страны, расположенной на высоте 2350 метров надо уровнем моря. Велосипедисты-иностранцы, не привыкшие к высокогорью, отстают. Сборная Эритреи уходит в отрыв. Все местные велогонщики живут в Асмаре, горный воздух для них – как допинг. Разговоры по телефону все чаще начинается со слов Bella! Bella! – «Отлично!»

15.00. Асмара совсем не похожа на африканскую столицу – пальмы на бульварах; правительственные здания в пастельных тонах, виллы в стиле баухаус, клумбы на площадях.

В конце 1930-х годов итальянские архитекторы воплотили здесь свои самые смелые утопии: по их замыслу, Асмара должна была стать африканским центром новой «Римской империи» Муссолини. В те времена в городе было больше светофоров, чем в самом Риме, это был самый современный мегаполис континента. Эта красота сохранилась, как ни печально, благодаря войне, бедности и международной изоляции.

Местным жителями разрешалось приходить в центр города только на работу. И, конечно, им нельзя было участвовать в первой велогонке, которую в 1936 году устроили итальянцы. Но уже в 1942 году, после того как британские войска разромили итальянскую армию, победителем стал местный житель. Позднее эритрейцы даже участвовали в Олимпийских играх, но под чужим флагом – Эфиопии. В 1952 году ООН приняла резолюцию об учреждении федерации Эфиопии и Эритреи, но через десять лет император Эфиопии упразднил фередацию, аннексировав Эритрею.

В 1961 году началась борьба Эритреи за независимость. Велосипедисты стали партизанами, велосипеды называли «танками партизан». После серии терактов с использованием велосипедов власти Эфиопии запретили езду на велосипедах вообще.

Forza, forza! – кричат на итальянском тысячи фанатов, все они знают Йонаса Зекариаса в лицо. Он машет им в ответ. Сын простого крестьянина, он доил коров даже тогда, когда уже стал велогонщиком. В своих первых уличных велогонках он участвовал на большом отцовском велосипеде – от светофора до светофора, на улицах Асмары. Приз смастерил один из друзей: кубок из разрезанной пополам пластиковой бутылки, обернутой в фольгу от сигарет.

Но толчком к спортивной карьере была не романтика, а прагматизм: правительство Эфиопии призывало в армию молодых эритрейцев; отсрочку давали только талантливым спортсменам. Чтобы избежать призыва, Йонас начал тренироваться.

Следы войны видны повсюду: ржавые остовы грузовиков лежат на обочинах; подбитые танки брошены на полях. Когда-то армия Эфиопии считалась одной из самых современных во всей Африке – сначала ее вооружали США, потом СССР. А в это время эритрейские партизаны носили сандалии из автомобильных шин и стреляли из трофейного оружия.

Война за независимость Эритреи была самой долгой в Африке, она продолжалась 30 лет. В конце концов сепаратисты победили. В 1993 году референдум закрепил военную победу – 99,81 процента жителей Эритреи проголосовали за независимость от Эфиопии.

Велогонщик Йонас Зекариас стал национальным героем и воплощением новой нации: старательный, симпатичный, уверенный в себе, непобедимый.

Первые послевоенные годы были золотым временем для Эритреи – беженцы возвращались домой, экономический рост был самым высоким в Африке. Бывший предводитель мятежников Исайя Афеверки стал президентом и объявил курс на полный отказ от международной помощи. «Мы не будем повторять ошибки других», – сказал он. Мы будем сами строить нашу демократию, независимость, социализм.

И все поверили.

Асмара осталась позади. Дорога идет по горному плато на юг. Крестьяне водят по кругу упряжки волов, чтобы те молотили копытами зерно. В этом году урожай удался – наконец-то, после большой засухи.

В Мендефере Седрик Фонтено, специалист по фотофинишу из Франции, расставил на обочине компьютеры и видеокамеру. У него за плечами сотни велогонок, но энтузиазм местной публики поражает его. «Такое можно увидеть только здесь и на «Тур де Франс», – говорит француз.

К финищу летят пятеро велосипедистов, зрители хлопают в ладоши. На майках гонщиков – цвета Эритреи, среди них видна худощавая фигура Даниэля. Он финиширует первым.

Даниэль плачет, когда его обнимают тренеры, – он выиграл этап в родной провинции. Когда Даниэль поднимается на пьедестал почета, девушки в белых одеждах осыпают его попкорном и засовывают ему в майку денежные купюры.

У финишной прямой стоит директор велогонки из Международной федерации велоспорта – голландец Эрвин Кистемакер. Он ждет на финише отставших гонщиков, больше 20 гонщиков все еще в дороге. Последними к финишу приходят два велосипедиста из Судана, с отставанием в 1 час 46 минут от лидеров. По правилам соревнований, гонщики, время которых остается от лучшего больше чем на 15 процентов, снимаются с соревнований. Но директор гонки увеличил этот лимит до 20 процентов. Причина проста: «Иначе через два дня вообще никого не останется».

Второй этап. Мендефера – Декемхаре. 156 км

Нога наступает на взрывающуюся мину – так выглядит дорожный знак на табличке у въезда в городок Ади-Куала. «Отсюда всего 25 километров до границы с Эфиопией», – говорит Йонас. До той самой границы, которая в 1993 году была гордостью молодого, полного надежд государства Эритрея. Той самой границы, которая в 1998 году стала поводом для войны с Эфиопией. Конфликт разгорелся из-за эритрейской деревни Бадме. Друг другу противостояли пол-миллиона солдат. Йонас был среди них.

«Тяжелое было время, я потерял много друзей», – грустно говорит он. За два года войны погибло 19 000 эритрейцев. В отличие от первой войны с Эфиопией на этот раз Эритрея победить не смогла.

Через год на фронте Йонас возобновил тренировки. В 2001 году ему удалось сесть на велосипед, три года спустя он прекратил тренировки. С тех пор тренирует региональные команды, иногда работая в национальной сборной. «Спорт – это хорошо, в нем никакой политики», – говорит он.

Неужто он и в самом деле так считает? Он улыбается и меняет тему: «Моего английского недостаточно».

Ни с ним, ни с гонщиками о политике лучше не говорить. Со времен войны с Эфиопией Эритрея превратилась в одну из самых жестоких диктатур в мире. Еще до начала гонок стало понятно, сколько неприятностей местным жителям может принести иностранец. Так как в Эритрее нельзя подключить международный роуминг и купить карточку для мобильного, я одолжила сим-карту у знакомых. После трех звонков из Европы на мой номер вВладельца карточки арестовали. Через два дня в тюрьме и после выплаты денежного штрафа он был освобожден.

Слежка, аресты и обыски здесь в порядке вещей; независимые газеты запрещены; оппозиционных политиков и журналистов сажают в тюрьму. Всего, по данным «Центра за мир и права человека» в Осло в Эритрее были арестованы без суда по политическим или религиозным причинам до 30 000 человек. Сегодня эритрейским лидерам запрещен въезд в страны-члены ООН, совет безопасности ООН ввел эмбарго на поставки оружия в страну.

«Если ты молод, учись терпению», – гласит вывеска на здании сельской школы в Ади Куала. В центре деревни гонщики разворачиваются и едут обратно на север. Сборная Саудовской Аравии плетется в хвосте гонки.

На обочине две сотни солдат криками подбадривают команды. За ними виднеются ржавые бараки, чуть поодаль – палатки песочного цвета, накрытые кучами сена. Одни солдаты держат в руках автоматы, а другие метлы. Они отбывают всеобщую трудовую повинность, которая в Эритрее гордо назывется «гражданская служба». Она начинается сразу после полугодового «курса молодого бойца» в эритрейской армии – самой большой армии мира, если считать по количеству солдат на душу населения. «Гражданскую службу» отбывают или в армии, или на шахтах, или на строительстве дорог, или где-то еще. Жалованье у всех одинаково мизерное – примерно 22 евро в месяц, при том, что

Килограмм муки стоит два евро.

Срок службы не ограничен, кому не повезет, может проработать на государство и 15 лет. Сборная Эритреи по велоспорту формально тоже находится на государственной службе, и Йонас не исключение.

Одаренных спортсменов типа Даниэля призывают в армию позже. «Но и для талантов нет исключений», – уверяет министр спорта Эритреи, генерал Рамадан Осман Олияй. И тем не менее у велосипедистов есть привилегии – они могут прервать службу уже через два месяца или отслужить в столице; им платят надбавку 70 евро в месяц. Судьбу гонщиков решает министерство спорта: кому служить в армии, кому работать в офисе, кому в городе, а кому в пустыне.

Мы едем за второй группой – восемь эритрейских гонщиков, два марокканских. Даниэль идет первым, борясь против сильного ветра. Его никто не пытается обогнать, он уходит в отрыв, потом пелетон догоняет его, потом он снова отрывается. От лидеров гонки его отделяют шесть минут, он все чаще с беспокойством оглядывается на товарищей по команде.

Последним в группе преследования идет велосипедист по кличке Бен Ладен, 22-летний Мерон Руссом. Его любимый тактический прием: долго держаться на расстоянии от лидера, а затем неожиданно перейти в атаку. Тактика террористов. Йонас кричит ему из машины: «Бен Ладен! Давай вперед! Помоги Даниэлю!» Мерон вырывается на несколько корпусов вперед, но потом снова отстает. Сегодня явно не его день.

Тренер Радек Валента стремится к тому, чтобы сборная Эритреи, как и полагается на многодневной шоссейной велогонке, выступала одной командой с разными специализациями гонщиков: со спринтерами, мастерами скоростного спуска и универсалами и, наконец, с так называемыми «грегари», которые передают воду из машины сопровождения и жертвуют своими шансами ради успеха команды.

«Даниэль знает эту специализацию по тренировкам в Европе, но в Эритрее каждый сам за себя. Каждый борется в одиночку, и каждый побеждает один», – объясняет Йонас.

Состав сборной постоянно меняется, участников каждой гонки выбирают заново, по результатам квалификационных заездов. Тренеров тоже постоянно тасуют. Президент федерации велоспорта Эритреи, бывший партизан, а теперь пресс-секретарь министерства внутренних дел, объясняет: «Мы хотим, чтобы в сборной были только лучшие». Вполне дарвинистский принцип, создающий отдельных борцов, но разрушающий командный дух.

«Все! с меня хватит! я выхожу из гонки», – заявляет расстроенный Даниэль: «Вчера я тащил всех за собой, а сегодня мне никто не помог».

На центральной улице Декемхаре финишная прямая еще видна на асфальте. Сборная Эритреи снова была первой. Даниэль пришел шестым, отстав от лидеров на 2,42 минуты, в общем зачете он теперь на третьем месте.

Из отеля доносятся музыка и свист. Тренер сборной Египта крутит бедрами и прищелкивает пальцами, исполняя танец живота. Вокруг него пляшут велосипедисты из Судана и Марокко. Ливийский консул приглашает на танец министра спорта Эритреи. «Великолепно!» – кричит тренер сборной Марокко.

Проигравшие веселятся, а победителям не до смеха. Чешский тренер собрал срочное совещание, гонщики расселись на диваны в полумраке конференц-зала, Даниэль смотрит в пол. «Сегодня печальный день, – говорит тренер. – Если Даниэль выйдет из гонки, мы проиграем. Как спасти команду?»

Тренер по велоспорту, как психотерапевт, обращается к каждому по отдельности: «Что ты думаешь, Мерон? А как ты считаешь, Даниэль?»

Такой «демократический стиль» крайне непривычен для Эритреи. Осторожно, словно боясь ошибиться, африканцы отвечают. Но в зале появились посторонние слушатели: три функционера из федерации велоспорта. Они перехватывают инициативу, заводят разговор о патриотизме, родине и дисциплине. Гонщики заметно нервничают. Наконец, президент федерации велоспорта приказывает: «Вы должны подчиняться тренеру!»

В этом маленьком совещании велосипедистов и тренера отражается все эритрейское общество. Бывших боевиков, которые теперь руководят страной с помощью силы и принуждения, называют здесь yikealo, то есть «всемогущие». Представители послевоенного поколения, такие как велосипедист Даниэль, это warsay, «последователи».

Но все больше людей отказываются повиноваться «всемогущим» – по количеству беженцев Эритрея занимает второе место в мире. Не только простые велосипедисты, но и два последних президента национальной федерации велоспорта страны бежали за границу во время международных соревнований.

Тренер пытается наладить диалог, но гонщики отвечают, как послушные ученики. Да, мы гордимся достигнутым. Да, мы – одна команда. «Да, – перед лицом своих товарищей торжественно обещает Даниэль, – завтра я выйду на старт».

Третий этап. Декемхаре-Массава. 151 км

Первые 40 километров все идет по плану – как и договаривались накануне, команда бережет силы. Но вдруг Даниэль и Давит Хайле, победитель предыдущего этапа, уходят в отрыв. Радек кричит: «Идиоты! Вчера Даниэль сам рассуждал о командном духе, а теперь бросает всех».

Горный серпатин ведет на восток, к побережью Красного моря.

«Они не понимают, что такое тактика! – чуть не плачет тренер. – Им не хватает опыта больших гонок». В 2009 году эритрейская команда лишь дважды была за границей. Радек, мужественно воспринимающий реальность, иногда бывает глубоко разочарован. Он видит, как талантливы его спортсмены и чего они могли бы добиться, если бы чиновники оставили их в покое. «Мы за один год могли бы стать лучшими в Африке, а еще через пару лет – конкурировать с европейскими командами и участвовать в Олимпиаде. – Это как держать в руках алмаз и понимать, что ты ничего не можешь с ним сделать. Тогда самая большая драгоценность теряет смысл».

Но ни один из чиновников не советуется с тренером; министерство спорта Эритреи отвергает любое вмешательство извне, как и вся страна. Многие иностранные посольства закрыты, в стране работают лишь несколько неправительственных организаций.

Когда Радек ходит по коридорам министерства, атмосфера напоминаем ему социалистическую Чехословакию: «Никто ни за что не отвечает, никто не хочет принимать решений, везде дефицит». Радек Валента уехал на Запад из Чехословакии в 1987 году.

Через 30 километров мы догоняем Даниэля и Давита. Разгоряченные гонщики отказываются от воды. Преследователи отстали на две минуты. Но вдруг поступает сигнал бедствия: «У Давита лопнуло колесо».

Даниэль едет один, до Красного моря осталось 50 километров. Тренеру ясно: чтобы нагнать отставание предыдущего дня, сегодняшнего преимущества не хватит. Товарищи по команде несутся за Даниэлем – и тащат за собой соперников. «Хватит работать на других!» – кричит Радек. Но это не «Тур де Франс»: между тренером и гонщиками нет радиосвязи. То и дело Радек сам засекает время: две минуты, полторы... Отрыв Даниэля убывает, тренер в ярости. По краям дороги появляется пестрая толпа, людей становится все больше, вокруг – бараки на окраине портового города Массава.

Даниэль достигает моря, еще 500 метров до финиша, преимущество всего лишь 35 секунд – слишком мало для желтой майки лидера.

Радек тормозит. «Все, хватит. Я больше так не могу». Он замолкает и сидит в машине один.

Четвертый этап. Массава – Асмара, 115 км

Самый сложный этап: 50 километров по пустыне и горный этап до Асмары. 65 километров в гору – это почти втрое больше самого длинного подъема на «Тур де Франс». Иностранные гонщики знают, что не выдержат. Сегодня эритрейцы борются против эритрейцев. Это решающий день гонок.

Сразу после старта пятеро эритрейцев, один ливиец и два марокканца вырываются вперед. Но трое лучших гонщиков выжидают и берегут силы: среди них – Даниэль, который все еще третий в общем зачете.

С каждым километром группа теряет по одному гонщику. В конце концов остаются только Даниэль и Амануэль Кибраад, на котором уже второй день желтая майка лидера. Они едут друг за другом, оставляя за собой также трех иностранцев из авангарда. Потом отстает и Амануэль. Даниэль преследует ушедших в отрыв эритрейцев, он их видит впереди на горе, последнем подъеме перед финишем. Он проиграл.

За финишной чертой он снимает шлем, у него опустошенное лицо. Радек поздравляет его, но Даниэль лишь пожимает плечами.

Нового обладателя желтой майки лидера зовут Берекет Йемане. В 2008 году этот 22-летний спортсмен еще уступал Даниэлю, сегодня он обогнал его на две минуты.

Пятый этап. Асмэра, 140 км

100 000 зрителей толпятся на тротуарах, свешиваются со стен, крыш и балконов на улицах столицы Эритреи. Каждые семь минут мимо них с шумом проносится группа гонщиков: 39 велосипедистов и караван сопровождения.

В этой картине что-то новое – впереди зеленые и красные цвета, лидируют сборные Ливии и Марокко. На равнинной трассе «вечно вторые» выходят вперед, но в общем зачете это ничего не меняет. Лучшие эритрейцы держатся в пелетоне, прикрывая друг друга. Лидер сборной Берекет приходит к финишу вместе с Даниэлем.

Ликующие болельщики уносят Даниэля на руках, он занял второе место в общем зачете.

Весна 2010 года

Радек Валента каждый день гуляет по пляжу Мэнли-Бич в Австралии. С тех пор как он написал план развития велосипедного спорта в Эритреи, от министерства спорта не было новостей. Даниэль Теклехейманот снова тренируется в Швейцарии. Йонас Зекариас тренирует региональную команду города Мендефера; остальные гонщики вернулись в свои клубы.

Между тем у Эритреи нет больше национальной сборной по футболу. В декабре 2009-го, проиграв четвертьфинал Кубка Африки на выезде сборной Кении, сборная в полном составе попросила там политического убежища. Домой вернулся только тренер.

09.05.2011
Теги:
Связанные по тегам статьи: