Сайты партнеров




GEO приглашает

28-го января в центре современного искусства «Винзавод» c 12:00 до 18:00 пройдет Юна-Фест — выставка-пристройство собак и кошек из приютов


GEO рекомендует

Специальные предложения и скидка 10% от GEO при бронировании размещения на сайте Hotels.com


Гений звука

Скрипичных дел мастер Гельмут Блефферт предлагает мастер-классы по изготовлению струнных инструментов
текст: Йоханна Ромберг
фото: Томас Эрнстинг

Маленькая и темная мастерская. На полках — всевозможные напильники, рубанки, стамески. Пол покрыт пылью и стружками, с кухни доносится щебет канарейки. Гельмут Блефферт — один из 129 жителей крохотной деревушки Грослангенфельд недалеко от границы Германии, Франции и Люксембурга.

На первый взгляд здесь ничто не располагает к волшебству. Да и сам Блефферт, зажавший между ног виолончель, не похож на загадочного мечтателя. Однако его слушателям надо быть готовыми к тому, что своими рассказами он приоткроет дверь в мир таинственности и фантазии.

59-летний мастер носит потертый серый свитер, по его рукам видно, что он не только делает скрипки, но и рубит дрова. Казалось бы, изготовление музыкальных инструментов — чистейшее ремесло, в котором все зависит от оптимальных форм деки, лаков на масле или спирте, от качества древесины. Обо всем этом Блефферт может говорить часами; за свою жизнь он сделал почти три тысячи инструментов, от простейшей двухструнной скрипки для музыкального терапевта до профессиональной виолончели для солиста симфонического оркестра. На его инструментах играют сегодня ведущие музыканты Германии.

Без сомнений, Блефферт — успешный профессионал. Но это только половина истории. Потому что музыкальные инструменты для него — это своего рода посредники, переходные продукты, вспомогательные средства, которые производят то, что, собственно, важно: ЗВУКИ.

<quote>Блефферт уверен: звуки обитают в природе, они окружают нас; это реальные, живые существа. Но им нужно помочь материализоваться с помощью музыкальных инструментов.</quote>

Звучит странновато. Чтобы понять мастера, надо расстаться с идеей о том, что реальность состоит из видимых предметов, которые можно потрогать или услышать. Ведь каждый поэт знает, что в любом предмете таится поэзия. А бог, как известно, создал музыку, чтобы напомнить людям об их духовной родине.

Блефферт часто гуляет в лиственном лесу рядом с деревней, смотрит на деревья, трогает их стволы. «И если мне нравится какое-то дерево, я его спрашиваю: хочешь стать виолончелью?» Серьезно. «Некоторые отвечают: ни в коем случае. Ну и ладно. А другие соглашаются». И тогда Блефферт просит лесника оставить несколько досок, когда дерево будет спилено. Прежде всего кленовых, они нужны ему для изготовления подставок — тоненьких дощечек, над которыми натягиваются струны. 

О своих беседах с деревьями мастер говорит спокойно и деловито, как о составе лаков для скрипок и спектрах верхних тонов. Слушаешь его и понимаешь: это не фантазии эзотерика, а профессиональный опыт.

Все начинается на реке Ар, левом притоке Рейна, исток которого находится в горном регионе Айфель. Летом маленький Гельмут с друзьями рыбачит там, купается и играет «в утопленника»: надо выдохнуть и нырнуть как можно глубже. «Лежа на дне, чувствуешь холодные камни. И в какой-то момент перестаешь думать и понимаешь, что такое быть мертвецом», — вспоминает взрослый Блефферт. Это состояние его опьяняло.

Блефферт не хочет учиться, мучается в школе, оканчивает ее без аттестата. Отец заставляет его поступить в училище на чертежника, но и это не помогает: Блефферт бросает училище.

В начале 1970-х годов Западную Европу накрывает волна движения хиппи, и 19-летний Гельмут следует примеру сверстников: отращивает длинные волосы, бросает учебу и селится с друзьями в палатке на природе. Они ловят рыбу, курят гашиш и бьют в барабан по ночам. Блефферт впервые в жизни держит в руках музыкальный инструмент.

До этого он слышал музыку только в церкви, в пивных и на школьных уроках пения, когда учитель вызывал каждого по очереди петь на оценку. «Все дети в деревне ненавидели музыку», — вспоминает он сегодня.

Но барабаня у реки, Блефферт начинает понимать: звуки и ритмы глубоко затрагивают его — совсем не так, как школьные песенки. Поэтому вскоре Блефферт уже не только барабанит — он ежедневно по нескольку часов учится игре на флейте.

Однажды в Индии в каком-то магазине ему в руки попадается саранги, индийский струнный инструмент. Когда он пытается сыграть на нем, его осеняет: «Извлекать звуки — это нечто гораздо большее, чем простое музицирование».

Сделать струнный инструмент в принципе просто. Соединяешь готовые формы, прикрепляешь к ним гриф, натягиваешь струны...

Звук творит чудеса. Во всяком случае, это утверждают музыкальные терапевты, для которых Блефферт начинает делать инструменты — простенькие игрушечные скрипки собственного изобретения и кельтские кротты. В поиске новых звуков он даже изобретает новый инструмент — кампанулу. По форме она похожа на смесь виолончели и цветка-колокольчика. Ее пронзительное звучание усиливается 13 двойными струнами, поэтому ее можно использовать не только в концертных залах, но и под открытым небом.

Блефферт селится в крохотном селе в регионе Айфель на западе Германии и занимается любимым делом: он воплощает в жизнь свои идеи, которые приходят к нему в моменты мечтаний.

<quote>Услышав однажды по радио сюиту для виолончели Йоганна Себастьяна Баха, он решает посвятить свою жизнь струнным инструментам. Классической технике изготовления скрипок он учится сам, как и всему в жизни.</quote>

Каждый начинающий скрипичный мастер знает: все, что он создаст за свою карьеру, будет сравниваться с образцами 300-летней давности: скрипками Амати, Страдивари, Гварнери. Династиями мастеров, которые межу 1520 и 1800 годами подняли изготовление скрипок на небывалую высоту.

Поэтому их последователи из поколения в поколение ограничивались тем, что старались как можно точнее скопировать инструменты итальянских классиков. Ученые мужи посвящали свою карьеру поиску ответов на вопросы, что делает звучание кремонских скрипок столь легким, убедительным и разнообразным. Специальная смесь лаков? Или особая древесина — во время волны холода в Европе на рубеже XVI и XVII веков деревья росли особенно медленно. А может, секрет итальянцев в особом грибке, который поражал древесину и таким образом улучшал ее структуру и тональность?

Эксперты едины в одном: кремонские мастера были не только одаренными ремесленниками, но и одержимыми изобретателями. Они потратили десятилетия, пока не наши лучшую форму деки, лучший способ обработки древесины, лучший лак.

Поэтому Блефферту и в голову не приходит копировать итальянцев. Ведь единственный секрет итальянцев был в том, что в начале всех инструментов стоит звук. Стремление создать свой, личный тон. «И, конечно, хороший кусок дерева», — добавляет он. В этом за последние 300 лет ничего не изменилось.

В последнее время производство скрипок переживает ренессанс. Несколько мастеров, в том числе и немец Гельмут Блефферт, не копируют и не реставрируют старые инструменты — напротив, они пытаются осторожно придумывать собственные модели.

Для этого требуется терпение. Потому что надо сделать как минимум два десятка одинаковых инструментов, чтобы «мысли передались рукам», говорит Блефферт. И при этом нельзя переставать мечтать, ведь мир полон звуков, которые никто еще не слышал.

Инода Блефферт берет одну из своих кампанул, садится в машину и едет к реке. Он проходит несколько сотен метров к небольшому пляжу, садится на складной стульчик, ставит инструмент на речную гальку. И играет.

Он играет отрывки мелодий, какие-то звуки и куски произведений, которые приходят ему на ум. Он прислушивается к щебету птиц, смотрит на форелей в реке. И ни о чем не думает.

Мысли приходят позднее, иногда на следующий день. Некоторые из них могут показаться безумными. А что, если на внутренней стороне деки виолончели был бы небольшой рельеф, как на поверхности воды? Что, если деревянные языки на изгибах эфов сделать поуже? Он обязательно испробует все это на своей следующей виолончели. Мастер уже сейчас знает: это будет особый инструмент. Не филармонический, хорошо слышный в любом концертном зале. А скорее, философский, богатый звуками. При игре на котором чувствуешь душу инструмента.

Иначе зачем нужна музыка?

Информация о мастер-классах по изготовлению струнных инструментов: info@helmut-bleffert.de

Курс для любителей по изготовлению классического инструмента продолжается 14 дней, группы от двух до пяти участников. Размещение участников в пансио­нах соседних деревень. Расписание курсов на сайте: www.helmut-bleffert.de

Курсы для профессиональных музыкантов бронируются отдельно.

09.12.2011