Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

Korean Air названа лучшей авиакомпанией  для бизнес-путешественников по версии Russian Business Travel & Mice Award. Крупнейший южнокорейский авиаперевозчик выполняет рейсы в Москву, Санкт-Петербург, Иркутск и Владивосток


Формула H2O

В декабре «семейный эмират» Шарджа переживает наплыв туристов — в заливе Халид проходит финал восьмиэтапной гонки «Формула-1» на воде
текст:
фото: Sharjah C&T Development Author

Набережная лагуны Халид, уставленная стройными небоскребами, сегодня похожа на порт. Вдоль дороги выстроились в ряд синие контейнеры. Рядом с парапетом стоят два грузоподъемных крана, они по очереди подхватывают с земли остроносые конструкции, похожие на самолеты-истребители. Железный крюк поднимает груз в воздух и спускает его на морскую гладь. Эти изящные крылатые машины — гоночные катамараны, и сегодня они докажут, что умеют летать.

Шарджа — столица третьего по величине эмирата ОАЭ с тем же названием. О процветании и богатстве страны здесь напоминают нефтяные вышки в городском порту, отсутствие общественного транспорта, бомжей и бездомных собак. Но главная притягательность Шарджи для туристов, эмигрантов, составляющих 80 процентов населения страны, и граждан ОАЭ — низкие цены на гостиницы, съемное жилье, рестораны и продукты питания. Работать многие ездят в Дубай, а жить предпочитают в Шардже — «семейном эмирате».

Город готовится к финалу чемпионата мира по «Формуле-1» на воде уже десятый раз. О том, что этот день станет особенным, можно догадаться, выглянув в окно: небо заволокло серыми тучами, которые начали плакать еще ночью.  Дождь в этой стране случается два-три раза в год, и местные жители  радуются ему как дети. В пятизвездочных отелях раздобыть зонтик невозможно. Консьерж виновато пожимает плечами: на этот аксессуар спрос обычно превышает предложение.

Под брезентовыми тентами на набережной выстроились в ряд гоночные болиды.  Моторы заглушены, а баки еще пусты, но при одном взгляде на обтекаемые капсулы по телу пробегает холодок — кажется, они сейчас сорвутся с пандуса и бросятся наперегонки. Эти водные монстры развивают скорость более 220 километров в час.

Механики перепрыгивают с лодки на лодку, прощупывают каждую пядь корпуса, заполняют баки горючим, до блеска натирают лобовые стекла. Из разных концов лагеря то и дело раздается оглушительный рык, словно лихач ставит на дыбы мотоцикл, — это мотор и пропеллеры разогреваются перед стартом.

«Формула-1» на воде считается самым опасным видом спорта из-за особенностей водной трассы. На земле похожие условия можно смоделировать, если прокатиться в гоночном автомобиле по свежевспаханному полю. Бывает, что гоночные болиды подпрыгивают на волнах на пять метров в высоту.

У красного болида под номером 15 в брезентовом гараже команды «Азербайджан» стоит миниатюрного роста блондинка. Марит Стромой, 33-летняя норвежка, — единственная женщина в мире, участвующая в «Формуле-1» на воде. За штурвал спортивного катамарана ее в 12 лет усадил отец, профессиональный гонщик. Но есть у Марит и другое увлечение — она эстрадная певица. «У меня две жизни: в одной — спорт, лодка, травмы, руки, перепачканные машинным маслом. В другой — сцена, платья, макияж, красивые прически, — говорит она. —  Но к гонкам и шоу я отношусь одинаково серьезно — перед зрителями я должна показать лучший результат». Марит привыкла попадать с корабля на бал. Как только закончатся гонки, она поедет в аэропорт — завтра вечером у нее концерт в Осло.

«Когда два года назад я начала участвовать в «Формуле-1», труднее всего было справляться с приступами клаустрофобии», — говорит Марит. Забравшись внутрь катамарана, легко понять, почему. О том, чтобы сесть поудобнее, не успеваешь даже задуматься. Попав в тесную капсулу, тело само без подсказок принимает единственно возможную позу: локти послушно упираются в стенки, ноги машинально сгибаются в коленях, ступни опасливо нащупывают педали, которые способны выжать 160 километров в час за четыре секунды. Ремни безопасности намертво вдавливают торс в сиденье, сжимая грудную клетку. Дыхание перехватывает, сердце начинает выстукивать в ушах барабанную дробь, адреналин в крови подскакивает, как перед прыжком с парашютом. Единственный вопрос, который в этот момент крутится в голове: неужели в капсуле еще осталось место для шлема, комбинезона из несгораемой ткани и спасательного жилета, которые пилот обязан надеть на себя перед стартом? Когда крышка кабины опускается и срабатывает щелчок замка, начинается паника. Хочется скорее выпрыгнуть наружу и поцеловать землю.

 «Я никогда не думаю об опасности», — рассказывает Марит, массируя правую руку. За последние три недели она участвовала в шести гонках. От таких нагрузок перед стартом у нее разболелись мышцы. Почти ни один заезд «Формулы-1» не обходится без аварии. Наверное, потому, что у водных болидов нет тормозов, коробки передач и системы навигации. Спасатели прибывают на место крушения в течение 20 секунд. Учитывая, что для запуска необратимых изменений в мозге нужно пробыть под водой более четырех минут, этого времени должно хватить. В теории.

Из микрофонов, установленных на минаретах ближайшей мечети, раздается громкий призыв к молитве. Зрители на трибунах и пилоты в лодках, припаркованных у стартового понтона, затихают. Мелодичный речитатив муэдзина звучит как благословение.

На следующие полчаса поверхность лагуны Халид превращается в военный аэродром. Один за другим перед трибунами проносятся болиды со звуком и скоростью разгоняющихся истребителей. Сбитые с толку чайки никак не могут понять, что происходит. Птицы снова и снова пытаются оседлать волны, приводняясь прямо на вспененную трассу. Но завидев приближающиеся ракеты, они поспешно ретируются в небо. Лодки парят над морской гладью на воздушной подушке — в воде остаются только пропеллер и задняя часть корпуса. Кажется, что еще чуть-чуть и они взмоют в облака.

Когда уши наконец привыкли к рычанию двигателей, а голова перестала кружиться от быстрых виражей, гонка заканчивается. Чемпионом в десятый раз становится 50-летний итальянец Гвидо Каппеллини — самый титулованный пилот за всю историю «Формулы-1» на воде. Победа в командном зачете достается команде «Абу-Даби».

Как гонщики собираются праздновать свою победу, можно только гадать. Шарджа считается самым консервативным из семи эмиратов из-за сухого закона. Алкоголь нельзя ввозить на территорию княжества даже туристам. За распитие слабых и крепких напитков на улице провинившегося ждет штраф, тюрьма или принудительная высылка на родину. Силу наказания определяет полицейский, которого можно разжалобить вежливой речью или улыбкой. Но лучше на свои чары не рассчитывать. Второе ограничение касается одежды. Женщинам полагается прикрывать плечи, ноги и бюст. На обтягивающие лосины, джинсы и узкие юбки табу нет. Мужчин просят отказаться от шорт и не ходить по улицам с оголенным торсом. Хотя, если  суровая мораль начала отравлять отпуск, можно быстро переехать в Дубай — самый демократичный эмират находится всего в двадцати минутах езды от центра Шарджи.

ОАЭ появились на политической карте мира 38 лет назад. Теперь, как и раньше, большую часть территории страны занимают пустыни. Еще не так давно в песках жили бедуины. Культурных сокровищ в этих краях мало. Одноэтажные домишки из кораллов середины XIX века, которые можно пересчитать по пальцам, — самые древние сооружения в Шардже. Их реставрируют так тщательно, что связь с историей полностью исчезает под слоем свежей штукатурки. Еще один осколок прошлого — небольшой участок плохо асфальтированной дороги недалеко от порта Халид. Неровности и бугры оставили нарочно — в 1932 году на этом месте британцы построили первый международный аэропорт на побережье Персидского залива. Все остальные сооружения могут похвастаться разве что своей молодостью. Небоскребы смотрятся как макеты на столе архитектора. Новые мечети, построенные по всем канонам исламской архитектуры, снаружи кажутся пластмассовыми. Даже парки, представляющие собой гладкие газоны, засаженные пальмами, больше напоминают лужайки для гольфа.

Два года назад ЮНЕСКО объявило Шарджу культурной столицей арабского мира. В небольшом городке разместились целых 25 музеев, которыми местные жители гордятся не меньше, чем сыновьями, — авиации, каллиграфии, архитектуры, кораблестроения, искусства, науки, исламской цивилизации и естественной истории.

Вечером на несколько часов Аль-Казба, самый молодой район в городе, превращается в парк развлечений. Его главные аттракционы — ярко освещенные галереи с восточными арками, витрины магазинов и ресторанов, сияющее неоновым светом колесо обозрения, музыкальный фонтан на крошечной площади. По гранитной набережной искусственного канала, наполненного оранжевой от фонарей водой, фланируют говорливые жители. Юноши смеются, шутят с туристами и тайком поглядывают на девушек. Баряшни, сидя на скамейках и заедая сплетни восточными сладостями, делают вид, что ничего не замечают. По исламским традициям улица — неподходящее место для знакомства, но устраивать перестрелку взглядами не запретишь. На открытых террасах кафе важно восседают мужчины в традиционных белых платьях-дишдашах и их жены в черных платьях-обайях, окруженные детьми. Победу соотечественников жители Шарджи отмечают свежевыжатыми соками и сладким чаем с финиками. А те, кто не любят фрукты и чай, пьют ароматный кофе с кардамоном.

12.05.2011