Нельсону Оливеру 25 лет, 15 из них он катается на скейтборде. У Нельсона поврежден мениск, два перелома запястья и сильно ушиблен локоть, но это не останавливает его от изучения новых трюков. Нельсон катается во все дни недели, кроме дождливых и снежных. В Нью-Йорке это означает — круглый год.

На руку любителям роликовых досок и то, что город залит асфальтом. Русские туристы расстраиваются, что на Манхэттене нигде, кроме как в парках, нет ни газона, ни дерева. Но скейтбордистам это нравится. Чем больше асфальта, тем лучше. Даже вокруг Центрального Парка идет широкая дорога для катания — 10 километров. Катайся — не хочу.

24 сентября прошлого года на Манхэттене на полчаса перекрыли несколько центральных улиц для проведения скейтборд-марафона, в котором приняли участие шесть тысяч человек. Нельсон до сих пор вспоминает, как здорово было прокатится по самому центру Пятой авеню, рядом с друзьями.

В восьмимиллионном мегаполисе наши с Нельсоном маршруты то и дело пересекаются. То он катит на доске по тротуару 42-й улицы, где находится моя фотошкола. Через пять минут он уже на 57-й возле Центрального парка. Пока я жду поезда и выбираюсь из метро в районе галерей Челси, Нельсон уже давно там. Катается на «Пирсе номер 62» в специально построенной рампе. В рампе можно выделывать прыжки, от которых у меня бегут мурашки по коже. Одновременно с вращением доски и прыжками, Нельсон сыплет терминами: «кик-флип», «верт», «грайнд». Доска подлетает, переворачивается, он зависает в воздухе, я зажмуриваюсь, представляя себе раздробленные колени и сломанные руки. Но доска и скейтбордист успешно соединяются в полете, приземляются с глухим стуком и невозмутимо катят дальше.

Нью-Йорк — идеальный город для скейтборда, считает Нельсон. Сам он перебрался сюда из Орегона, официально - чтобы ходить в колледж. Но на самом деле, и колледж-то Нельсон выбирал только по принципу местоположения. «Когда я увидел длинные тротуары, бордюры, эстакады, опоры мостов, я понял что нахожусь в скейтбордерском раю, говорит он.  В городе я не пользуюсь метро, не вожу машину. Роликовая доска — идеальное средство транспорта. Быстрое и совершенно независимое».

С Нельсоном согласятся, пожалуй, несколько тысяч нью-йоркских скейтбордистов. Они презирают тихоходную городскую подземку. Дождливый день для них — день прожитый зря. А город без крутых лестниц, металлических перил и бордюров — место, откуда нужно немедленно переезжать.

Между скейтбордистами и горожанами идет постоянная война. Пешеходы боятся столкновений со стремительно летящими вперед людьми, автомобилистам не нравится презрение скейтбордистов к светофорам, полиция против порчи опор Бруклинского моста. А скейтбордисты возмущены, что скейтпарки закрывают с наступлением темноты, в то время как волейбольные площадки и теннисные корты переводят на искусственное освещение и можно играть хоть всю ночь. «Разве мы не такие же спортсмены, как и волейболисты?», вопрошают они в петициях, обращенных к мэру.

Скейтбордисты представляются мне каким-то отдельным человеческим видом. Их привлекает асфальт и бетон, им не страшна высота, и они не боятся за свое тело. А еще они постигли секрет свободы. Потому что пока мы толпимся в поездах метро и мерзнем на автобусных остановках, они гордо проезжают мимо на своих досках. Деревянная доска не длиннее метра с четырьмя небольшими колесиками как воплощение свободы? Или средство транспорта будущего? Если да, то только для смелых. geo_icon