Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Дети поющей революции

«Замок света» на Даугаве, концерты в лесу, йогурт из свеклы, коты в мэрии и прочие чудеса «культурной столицы Европы-2014»
текст: Владимир Есипов
фото: Денис Синяков

Начало было негромким, но массовым и глубоко символичным. Морозным январским днем почти четырнадцать тысяч рижан выстроились в живую цепь длиной ровно 2014 метров — от здания в стиле модерн на улице, названной в честь собирателя латышских народных песен Кришьяниса Барона, через Старый город и мост над Даугавой, к 14-этажной бетонной горе под названием «Замок света», сверкающей на противоположном берегу реки в лучах зимнего солнца.

Ровно в полдень старейшая сотрудница Латвийской национальной библиотеки (ЛНБ) сняла с полки Библию, изданную на латышском языке в Петербурге в 1825 году, поцеловала ее и отправила в путь по цепочке — из рук в руки. А в новом здании ее принял и поместил на стеллаж самый молодой сотрудник книгохранилища.

Сменяя друг друга на морозе каждые полчаса, жители столицы Латвии передавали друг другу культурное наследие страны — книги из коллекции национальной библиотеки. Таким оригинальным способом — на руках рижан в прямом смысле — тысячи томов, специально упакованных по этому случаю в полиэтилен, один за другим перебрались в свой новый дом. Акцией под названием «Цепочка друзей книг» Рига символически отметила старт года культуры: в 2014-м она — наряду с городом Умео на севере Швеции — носит почетное звание «Культурная столица Европы».

Этого переезда Латвийская национальная библиотека ждала очень давно, ведь у нее никогда не было собственного дома. Основанная в 1919-м, буквально год спустя после объявления «первой» латвийской независимости, коллекция росла и ютилась в разных зданиях. В последнее время ее фонды была раскиданы по семи разным адресам.

В этом году собрание книг обретет новый, весьма роскошный дом. Авангардистское здание, построенное за 266 миллионов долларов по проекту американского архитектора латышского происхождения Гунарса Биркетса, — аллегория известной сказки, где идет речь о всаднике, спасающем принцессу,  — и о возрождении после тьмы.

Первый эскиз стеклянной горы архитектор нарисовал еще в конце 1980-х годов (на салфетке в самолете, как вспоминают очевидцы). В тот момент его историческая родина еще входила в состав СССР под названием Латвийская Советская Социалистическая Республика. И о новом здании национальной библиотеки на берегу Даугавы не мечтали, наверное, даже самые ярые нацио­налисты.

Сегодня все позади. Позади многотысячные антисоветские демонстрации конца 1980-х—начала 1990-х, «поющая революция» и перестрелки
с ОМОНом на баррикадах в центре города. Позади вывод российских войск и вступление в НАТО и Европейский союз. Позади и жесточайший экономический кризис 2008—2009-х. И теперь, спустя 23 года после восстановления государственной независимости Латвии, новое здание национальной библиотеки готово к приему коллекции. Как символ того, что в небольшой, но гордой прибалтийской стране началась новая жизнь. При этом в ее фондах «хранится множество ценнейших исторических изданий на русском языке. Особое место занимает часть знаменитой библиотеки российского книгоиздателя Смирдина, которую в свое время купил и привез в Ригу антиквар Николай Киммель», — сказал в одном из своих интервью директор ЛНБ Андрис Вилкс.

Латвия стремительно меняется, и ее столица меняется вместе с ней. «Наш город снял свою серую маску. Раньше приезжие из Европы говорили, что в Риге мало улыбаются. А теперь наши люди стали более открытыми, появилось умение радоваться», — говорит Дайга Упениеце, руководитель художественного музея «Рижская биржа». Из окна ее кабинета открывается роскошный вид на собор Святого Иакова. «Наши люди теперь думают не только о себе, но и готовы выделять деньги на культуру и искусство. Они понимают: чтобы улучшить свою жизнь, надо улучшать жизнь общества в целом. А каждое общество растет вместе с культурой», — продолжает Дайга Упениеце. Музей, собрание классического латвийского и зарубежного искусства, въехал в бывшее здание рижской биржи в 2011 году. За проект реставрации помещения, которая обошлась в 21 миллион евро, он получил премию Европейского союза.

«Кто бы мог подумать, — говорит Упениеце, — что в один прекрасный день мы будем организовывать совместные проекты с Лувром? Тридцать лет назад о таком и не мечтали».

Действительно. Кто бы мог подумать? Во всей Латвии живут всего два миллиона человек — меньше, чем в одном Берлине. В 1991-м страна становится независимым государством, в 2004-м вступает в НАТО и ЕС, в 2014-м переходит на евро. Советское прошлое, период с 1940 по 1991-й, сослано в Музей оккупации в самом центре города. В здание, где до 1990 года располагался Музей красных латышских стрелков. Кому интересно, может послушать здесь официальную версию новейшей истории Латвии.

Частный музей живет на пожертвования латышей из-за границы. Визит сюда — обязательный пункт программы для высоких иностранных гостей. Их портреты висят прямо у входа: тут и британская королева, и американские президенты, и немецкие канцлеры. На саму экспозицию посетители реагируют очень по-разному, рассказывает сотрудник музея. Гости из Западной Европы обычно шокированы историями о депортациях латышей в Сибирь — в 1941 и 1949 годах из страны было насильно вывезено около 60 тысяч человек — врачей, учителей, интеллигентов, партийных деятелей. А туристы из России? «Люблю туристов из России, — говорит экскурсовод. — Они знают больше об истории и всегда начинают оживленную дискуссию».

В самом помещении зябко и царит полумрак. В подписях к фотографиям на русском — опечатки. Кажется, что над экспозицией работали второпях. Но этот музей важен для города, центральная улица которого называется бульвар Свободы. А граждане которого еще в середине 1930-х собирали деньги на Памятник Свободы, который устоял и в советское время. И стал местом встречи для зародившегося в середине 1980-х движения за независимость, которое и тогда основывалось на любви к традициям и культуре. В августе 1989-го, в годовщину подписания пакта Молотова-Риббентропа, два миллиона латышей, эстонцев и литовцев, взявшись за руки, образовали живую цепь от Таллина через Ригу до Вильнюса. Стоя с флагами в руках, они... пели свои народные песни. Та акция вошла в учебники истории как «поющая революция».

Мало где в Европе хоровое пение настолько формирует национальное самосознание, как в Латвии. Андрейс Жагарс, семнадцать лет руководивший Латвийской национальной оперой, говорит об «одержимом желании петь». Кому как не ему это знать. Поэтому немудрено, что в начале июля в рамках программы «Рига — культурная столица Европы-2014» здесь пройдет Всемирная олимпиада хоров с 20 тысячами участников. А в январе, в день старта года культуры, в мясном павильоне Центрального рынка хор в фартуках исполнил цикл песен под оригинальным названием «Возле мяса».

А что же бывшие «оккупанты»? Им рады как никогда. Потому что они везут в Латвию деньги. Много денег.Средний российский турист тратит в Риге втрое больше, чем средний европеец, рассказывает в интервью GEO мэр города 37-летний Нил Ушаков (стр. 99). А тем, кто покупает в Латвии дома и квартиры, местные власти предоставляют вид на жительство — удобный путь в Европу. Гости из России стали настолько важны для латвийской экономики, что по столице уже ходят слухи о том, что якобы в деревнях школьники вновь начали учить русский как иностранный. Вместо английского.

Ничего удивительного. Всего в часе полета от Москвы — приветливый, европейский, а главное, не очень дорогой город. Цены на добротные гостиницы среднего класса здесь местами ниже, чем в Воронеже или Владивостоке. В ресторанах — меню на русском, куда ни зайдешь — везде ответят по-русски. А когда летом на фестиваль поп-музыки в Юрмале съезжаются состоятельные россияне, рижские рестораны достают из погребов самое дорогое шампанское. «Мы люююююбим москвичей», — говорят там с улыбкой, типично на латышский манер растягивая гласные. И намекая на покупательную способность гостей из России.

С доходами растут и цены. Старый город стремительно коммерциализируется, альтернативная культура отступает в районы подешевле и попроще. Так что рижских хипстеров надо искать не в центре, а ближе к окраинам. «Креативные кварталы» — так называются заброшенные строения, самовольно захваченные людьми искусства во время экономического кризиса 2008—2009 годов.

Или в модном баре «Пиенс» (что в переводе с латышского значит «молоко») в здании бывшей пивоварни. Говорят, чтобы попасть сюда на выходных, иногда надо стоять в длинной очереди. Альтернативное кафе стало популярным без всякой рекламы.

32-летний Мартиньш Миелавс, один из сооснователей проекта, многого ждет от присвоенного Риге звания культурной столицы Европы — «Пиенс» организует два уличных музыкальных фестиваля в июне и августе. Для Миелавса и его друзей такие мелкие проекты, небольшие культурные «инициативы снизу» — лучшее, что может сделать для города оргкомитет «Рига-2014». Потому что именно это дает горожанам чувство творческой свободы, сознание того, что свои идеи можно реализовывать без тотального контроля «сверху». А это не так-то легко в стране, жители которой нередко называют сами себя «застенчивыми».

После двух лет в Дании и Англии Мартиньш Миелавс вернулся на родину, чтобы реализовывать себя. Он разделяет культурную философию города, сформулированную одним местным интеллектуальным журналом: «Рига — это место, где можно выпить, поговорить с друзьями и подумать».

На подобные уличным фестивалям «инициативы снизу» делает ставку и городская администрация. Мэр рассказывает о проектах, нацеленных на «оживление» улиц, парков и площадей. Причем независимо от языка, на котором говорят горожане, — латышского или русского (во всех интервью мэрия столицы старательно избегает разделения жителей города по национальности).

Новый 2014-й год на улицах Риги встречали рекордные 50 тысяч человек. В такие дни автобусы, троллейбусы и трамваи ездят бесплатно, чтобы все могли собраться вместе. И, конечно, везде танцуют и поют — на площадях, в парках, на новой набережной Даугавы за Центральным рынком, перед креативным кварталом «Спикери».

Никто не произносит этого вслух, но после десятка самых разных встреч и интервью складывается впечатление, что рижане хотят сделать свой город похожим на средиземноморский — более открытым и веселым, более раскрепощенным и творческим.

«Для нас главное — не просто количество концертов, выставок и фестивалей», — говорит координатор программ оргкомитета «Рига-2014» Айва Розенберга. Главное совсем в другом. «Мы хотим изменить мироощущение горожан. Хотим, чтобы каждый раскрыл свой потенциал и захотел улучшить свою жизнь. Неважно как, пусть даже покрасив стену. А культура — это всего лишь движущая сила перемен, внеш­них и внутренних».

Никто не олицетворяет это мироощущение лучше нового поколения латышей. Десять лет назад вступление страны в Евросоюз вызвало огромную волну эмиграции — молодые люди дружно отправились искать лучшей доли за границей, и Рига потеряла чуть ли не треть жителей. Но сегодня дно кризиса пройдено, экономика оживает и латыши возвращаются домой.

Одна из них — Лайма Рудуша, менеджер в галерее современного искусства Kim? (это название происходит от латышского Kas ir maksla? и переводится как «Что такое искусство?»), открывшейся в бывших таможенных складах на берегу Даугавы, рядом с вокзалом и Центральным рынком.

Лайма носит хипстерские очки и говорит по-английски с американским акцентом даже со своей сестрой. В ответ на вопрос о том, как изменилась культурная жизнь Риги за последние десять лет, она задумывается, а потом произносит: «Моя мама говорит, что мы — первое свободное поколение латышей. А свобода и открытость меняют людей».

В этом ей вторит Ингус Улманис, музыкальный продюсер и радиоведущий. «Свобода и творчество идут рука об руку», — говорит он. По его словам, даже знаменитый Латвийский хор радио, известный своим консервативным репертуаром, в последнее время перестал стесняться и начал экспериментировать.

Без оригинальных идей — никуда. Почему? Ингус Улманис объясняет это просто: Латвия — очень маленькая страна, и, чтобы обратить на себя внимание, надо делать что-то крайне оригинальное.

Сам Улманис вполне преуспел в этом. С 2006 года он организовывает ежегодное представление под открытым небом, которое называется «Природный концертный зал». В рамках этого научно-музыкального проекта музыканты, художники, дизайнеры звука и света объединяются с учеными, чтобы с помощью музыки и видеоинсталляций обыграть какую-то тему, связанную с геологией, биологией или другой научной дисциплиной. В 2012-м на выступление недалеко от границы с Литвой и Белоруссией собралось целых семь тысяч человек. В 2013 году концерт был посвящен озам — извилистым валам, сформировавшимся во время ледникового периода. В рамках программы «Рига — культурная столица Европы- 2014» Улманис организует в начале августа концерт в Сигулде — средневековом сказочном городке в часе езды от столицы. На этот раз воспевать будут панцирную рыбу из эпохи девон. Для латышской культуры первые годы независимости были непростыми, говорит Улманис. «Мы были частью многонациональной империи и, когда она вдруг исчезла, оказались предоставлены сами себе. Сначала мы считали, что за границей все лучше, чем у нас. И только теперь начинаем ценить то, что имеем».

Это новое национальное самосознание Рига и покажет в этом году всей Европе на бесчисленных малых и больших концертах, фестивалях и арт-проектах. Звание «культурной столицы Европы» — символ окончательного вхождения прибалтийской страны в Европейский союз. Ведь с 1 января 2014-го Латвия отказалась от национальной валюты, вступив в еврозону.

На национальной стороне латвийских монет достоинством один и два евро изображена «Милда» — та самая символическая женская фигура с Памятника Свободы в центре города. Когда-то ее лицо украшало монеты достоинством пять латов, выпущенные во время «первой» независимости. В советские времена многие латышские семьи тайно хранили у себя дома эти монеты — как память о свободе. И вот Милда вернулась, на новых евромонетах.

Только прятать их больше не надо.

27.05.2014