Надпись на фасаде здания в стиле бель эпок на площади Сен-Жери гласила: «Здесь живут Мари и Поль». Здание реставрировалось, но однажды ремонт был остановлен. Над буквами зияли пустые отверстия окон. После того как работы приостановили на несколько лет, бывшие квартиросъемщики в надежде однажды вернуться написали на доме свои имена.

Впервые побывав в Брюсселе 20 лет назад – именно тогда я увидел наспех намалеванную надпись, – я вскоре приехал снова, а потом и переехал в бельгийскую столицу. Мне нравилось, как местные жители обустраивают свои будни – невозмутимо и с юмором. Всякий раз город заново поражал меня контрастами, он никогда не навевал скуку, не казался стерильно-опрятным. Кварталы, пришедшие в упадок, свидетельствовали о десятилетиях безалаберности, зато барочный ансамбль Гильдейских домов на центральной площади Гран-Плас сверкал позолотой во всем своем нарочитом великолепии.

По соседству с пятизвездочным отелем – резиденцией европейских чиновников и глав государств – я увидел пару пустовавших домов. Впрочем, совсем пустыми они не были, как выяснилось вечером. В подвале, под нежилыми этажами, открыли бар. Народ у стойки весело разговаривал на французском, голландском, итальянском и других языках Евросоюза: уже здесь Брюссель, с его миллионом жителей, обнаруживал свою многоязычную, космополитическую сущность.

Грязноватый шарм соседствовал с сияющими чистотой коридорами европейской власти и стеклянными административными многоэтажками, известными по телевизионным картинкам. В конце 1990-х я снял квартиру в Старом городе. За три года город грандиозно преобразился.

Творческая молодежь перебралась обратно в Ило-Сакре, обветшалый квартал старого центра. Районы вроде Икселя или Дансэра превратились в пешеходно-развлекательные зоны. Брюссель стремительно придумывал себе новый облик.

Город основательно отреставрировали: дом, где когда-то жили Мари и Поль, стал роскошным многоквартирным жилым комплексом. Постройки в стиле модерн, прежде непозволительно заброшенные, снова сияют игривой красотой. Красный кирпич фламандских ступенчатых фронтонов поражает свежестью, как будто на дворе XVI век. Тогда в одном из этих не забытых реставраторами домов жил художник Питер Брейгель.

Всем этим переменам во многом способствовали бельгийские дизайнеры и модельеры, пользующиеся с 1990-х годов международным успехом. В то время еще не составляло труда найти дешевое жилье, студию, помещение под магазин где-нибудь между улицами Дансэр и де Фландр: достаточно было поднять голову и прочитать объявления об аренде, заполонившие собой фасады. Сегодня такие таблички попадаются гораздо реже, и их развешивают не простые люди, а агентства недвижимости. Цены на квартиры выросли, хотя по-прежнему остаются более-менее гуманными, что позволяет сохранять социальную пестроту города.

На арене международной моды нынешний Брюссель – один из главных игроков. Если в Мароллах – бывшем квартале проституток и попрошаек, до сих пор освежающем своим колоритом, – открывается новый магазин, об этом пишут американские глянцевые журналы. А о появлении шикарной булочной в промышленном районе Андерлехт, куда еще недавно не отваживались заходить туристы, пишет французская ресторанная пресса.

Структуру Брюссельского столичного округа составляют 19 коммун и еще больше районов, которые все вместе создают в высшей степени разнообразную картину. В каждой коммуне есть свой бургомистр, у каждой коммуны свое лицо, свой типичный житель. Из Ило-Сакре пешим ходом добираемся до Икселя: этот квартал в Верхнем городе манит калейдоскопом студенческих пивных, шампань-баров и отреставрированными домами в стиле модерн. На Рю Америкен сегодня открыт «музей Орта»: здесь жил и работал один из основателей модерна, знаменитый бельгийский архитектор Виктор Орта.Читать дальше >>>