Наш маленький «cмарт» наполняли звон и скрежет. Это рассованные по всему салону, багажнику и сумкам сувениры от виноделов Алентежу мерно чокались боками. Въезжая в границы самого недооцененного винного региона Европы, еще несколько дней назад мы и представить себе не могли, какие бродящие сокровища затаились за каждым «звенящим» поворотом.

Мутно-белый городок Эвора словно вырезан из папье-маше (а на самом деле — из XIV века) и водружен в двух часах езды от Лиссабона. Как дальняя кузина, что подает чай только в фарфоре и только с дребезжащей ложечкой, Эвора безнадежно старомодна. Кажется, при виде гостей город суетливо оправляется и улыбается во все щеки — коротышка на вершине холма, обряженная в оборки бугристой томатной черепицы. Устрашающий собор, римские колонны, но главное — безразмерный вид на окрестные дали. На вершину нужно взбираться в тот вечерний миг, когда оттенок вина в бокале совпадает с заревом будущей жары.

Признанный наследием ЮНЕСКО город особенно славен своим храмом богине Диане, хотя по сути в ранжиры ЮНЕСКО надо занести практичную смекалку эворян. Возведенный в первом веке римлянами, к XI столетию языческий храм послужил скелетом для... средневекового замка. Правитель сэкономил на фундаменте и подоткнул 12 колонн щербатыми стенами, нарастив свой бастион. К XIX веку замок разобрали, и колонны возрастом с нашу эру вновь невозмутимо уставились на город.

В поездке по долине Алентежу нужно ставить цели. Скользящие холмы курчавых виноградников пересыпаны отдельными городишками, как игральными костями. Но старейшие городки на диво плохо умеют себя «продавать». Заедешь в Эштремош, издалека величавый, как утес белого мрамора, а на нижних этажах город коптится в неряшливых клеенчатых кафе и мрачных ткацких лавках.

Впрочем, терпимость к португальской небрежности способен повысить обед. Порции в Алентежу крестьянские — одной плошкой томатного супа можно накормить пару мужских ртов: в густом томатном соке пружинит целое яйцо и крупно порезанный хлеб. В глубинной, как и в центральной Португалии, обязательно едят треску бакальяу — зажаренную в кляре тушку весом граммов в шестьсот, которую подают с картошкой и овощами (см. стр. 86). Или фейжоаду. Эта фасолевая сестра паэльи — типичное блюдо юга страны. Фейжоада бывает с мясом, морепродуктами или «пустая», сама по себе.

Не то чтобы со зла, но скорее так, запросто, алентежские рестораторы могут вольно распорядиться вашим счетом. Надо держать ухо востро, когда прежде всех фейжоад на стол метнут розетку трески с фасолью, блюдечко чечевицы с белой рыбой, кружочки салями и хлеб с оливками. То, что более предприимчивые испанские соседи назвали «тапас» и задорого продают всему миру, португальские хозяйки молча ставят на стол без заказа и молча вписывают в счет. Справедливости ради: в добрых домах перед вами так же безмолвно (но без платы) выставят домашний ликер жинжинью — дижестив из вишни, настоянной на бренди или агуарденте (выдержанном виноградном спирте).

Но главная приманка, соль, перец и сахар земли Алентежской — винодельни. Аристократ Жулью Баштуш гостей раньше полудня не принимает — легкая седина, мягкие движения и расстегнутая на две пуговицы рубашка выдают в нем бывалого гедониста. Похожий на среднестатистического короля Франции с дымчатых портретов Лувра, дон Баштуш обходит свои угодья, будто полки на плацу.

«Когда я был молод, вошел в долю с «Лафит-Ротшильд», — как бы невзначай упоминает он один из самых влиятельных винных домов планеты, — но они хотели вырубить старинные лозы, я вспылил и продал свои земли». Жулью — пример упертого местного винодела, что не терпит варягов-советчиков.

«Раньше в этом здании был монастырь кармелиток, — дон Баштуш открывает первую бутылку. — Король Жуан V вручил особняк своей любовнице, та была набожна и передарила сувенир монашескому ордену. Сестры превратили поместье «Квинта ду Карму» в восхитительное владение с трепетным садом, задумчивым прудом, тихоней часовней... А при мне здесь принимают министров Евросоюза. Я раскинул в центре усадьбы площадь, что пришлась впору для торжественных застолий».

За иронией и самолюбованием Баштуша, чередующимися как в калейдоскопе, не уследишь. Приходится фокусироваться на вине.Читать дальше >>>