На Чукотке нет железных дорог, да и с автотрассами вокруг Анадыря напряженно. Зимой, когда и море под толстым льдом, лишь местная авиакомпания-монополист «Чукот­АВИА» поможет добраться до поселка Эгвекинот, что в 250 километрах от столицы округа, на юго-востоке полуострова.

Всего 45 минут полета, и старенький Ан-24 катится по заснеженной грунтовке взлетно-посадочной полосы. От Эгвекинота дорога ведет на север. Едем на перегруженном пассажирами и продуктами вахтовом автобусе, мимо большой арки, обозначающей Полярный круг. Эти «ворота в Заполярье» — визитная карточка района и 200-километровой Иультинской трассы, которую построили на костях заключенных «ЧукотЛага» (через лагерь с 1946-го по 1957-й год прошли десятки тысяч человек). Трупы замученных каторжным трудом зэков топили в озере или закапывали в строящуюся дорогу.

Через четыре часа заканчивается 91-й километр заметенной дороги. В сгустившихся сумерках блестят огни национального села Амгуэма. Здесь ночевка.

НА следующее утро пересаживаемся на служебный снегоход Сергея Кавры — потомственного охотника из Ванкарема, который последние годы работает в охотоинспекторской службе. Впереди 170 километров, а может, и больше. Сколько наплутаем по тундре.

Снегоход гудит, в задубевшее лицо бьет ледяной ветер. Градусника под рукой, конечно, нет, но по ощущениям — мороз далеко за двадцать. Давно стемнело. Путеводная Полярная звезда светит уже не впереди,
а чуть ли не над головой. И вдруг водитель на полном ходу резко разворачивает снегоход.

На рыхлом насте в свете фары видны звериные следы. Судя по всему, недавно тут прошла медвежья троица: на снегу, параллельно отпечаткам величиной
с кастрюлю, тянутся две ниточки крохотных следов.

С наступлением холодов вдоль морского побережья, с запада на восток Чукотки, мигрируют белые медведи — вслед за уплывающими на зимовку моржами. Медведи любят моржатину, но еще больше им по вкусу нерпа. Но пока здешние моря не покрылись льдом, эти шустрые ластоногие для медведей недосягаемы. Поэтому голодные хищники вынуждены топать по берегу — прямо через прибрежные села, которые частенько расположены на узких морских косах
и полуостровах, так что зверям просто не обойти их. Вот и минувшей осенью медведи регулярно наведывались в села: и в Ванкарем, и в Биллингс, и в Рыркайпий. На острове Колючин вблизи села Нутэпэльмен, бывало, одновременно гуляло более полусотни медведей! А в ванкаремских окрестностях Сергей только за один осенний день насчитал больше двух десятков.

Нередко хищник в села заходит по свежему следу добытой нерпы, которую волоком тащат домой охотники. Впрочем, не брезгует он и падалью. Морские течения словно нарочно выбрасывают на ванкаремский берег трупы моржей, китов... Это косатки, добыв кита, лишь вырвут у жертвы любимый деликатес — огромный язык. Остальное оставят. Выбросит прибой такое лакомство на берег — и прямо к ванкаремской школе. Детишки спозаранку идут на уроки в темноте. Чтобы школьники ненароком не повстречались с белым медведем (умкы, как называется хищник на чукотском языке), нужно вывезти тушу кита подальше. Но кто этим должен заниматься? Нет ответственных, нет статьи расходов в местном бюджете. Иногда издержки берет на себя Союз морзверобоев Чукотки, и тогда Сергей Кавры нанимает частный трактор. Иногда коммунальщики убирают останки своей техникой.

У береговой черты, на въезде в село — обшарпанная, с забитыми окнами, заброшенная полярная станция.
Ее история начиналась в 1930-е годы. В те времена станция на окраине страны была символом мощи советской науки и метеослужбы. Теперь большая метео-
площадка занесена снегом.Читать дальше >>>