Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

Korean Air названа лучшей авиакомпанией  для бизнес-путешественников по версии Russian Business Travel & Mice Award. Крупнейший южнокорейский авиаперевозчик выполняет рейсы в Москву, Санкт-Петербург, Иркутск и Владивосток


Бедный, привлекательный. И какой-то не очень немецкий

Столица Германии сместила Рим с третьей строчки рейтинга самых популярных городов Европы. Вот только туристов влекут сюда не столько древние развалины или торговые центры, сколько уникальная атмосфера раскованности, которой славится немецкая столица
текст: Владимир Есипов
Philip Koschel /Jalag-Syndication

Поезд-призрак приходит раз в три дня. Составс пустыми вагонами прибывает на пустой подземный вокзал в новом аэропорту  Берлина в полной тишине. Единст­венная цель этой жутковатой поездки — серьезно! — проветрить туннель. Потому что если воздух будет застаиваться, на стенах туннеля, не дай бог, может образоваться плесень. А плесень — это ой как плохо...

Машинист поезда сам не рад. «Жаль, конечно, гонять в аэропорт впустую, — сказал он этим летом в интервью одной городской газете. — Дурацкая ситуация: вокзал в аэропорту готов, а сам аэропорт — нет». И правда: новый стеклянный терминал, спроектированный по модному в Германии принципу quadratisch, praktisch, gut, превратился из самой престижной стройки страны в самую позорную. В символ этой типичной для Берлина безалаберности, в которой переплелись столичные амбиции и гигантомания с одной стороны, и безответственность
и хаос с другой.

Политики валят вину на архитекторов, архитекторы на политиков, строители — на тех и других. Одни говорят, что проблема в противопожарной сигнализации; другие — в общих ошибках проекта; третьи подсчитали, что новый терминал уже сейчас мал для толп туристов, осаждающих Берлин круглый год. И во всей Германии не найти человека, который бы мог назвать дату открытия нового берлинского аэропорта, изначально назначенную еще на 2012 год...

И это в стране, где на любом вокзале за полгода известно, с какого пути и куда отправится какой поезд; где в глухих деревнях автобусы приходят строго по расписанию; где жизнь спланирована, подчинена строгим правилам и расписана по крайней мере на год вперед.

Вот и немецкие авиакомпании готовили к открытию аэропорта рекламные акции и новые маршруты; немецкие журналисты планировали освещать ночной переезд через весь город колонны трапов, автозаправщиков и тележек для чемоданов из старого аэропорта в новый. Но не тут-то было. За пару недель до открытия выяснилось, что аэропорт не готов.
Как такое возможно? Очень просто. «Это — Берлин...» — такую многозначительную фразу нередко слышишь в ответ на изумленные вопросы о том, почему здесь не так, как везде.

Пока сквозь бетонные плиты возле нового терминала пробиваются к солнцу ростки сорняков, два других аэропорта (западногерманский Тегель и восточногерманский Шёнефельд) трещат по швам. За последние годы город совершил немыслимый скачок в рейтинге популярности среди туристов — и с удивлением обнаружил, что его слава намного обгоняет его инфраструктуру. Теперь Берлин, долгое время считавшийся жертвой немецкой истории, становится жертвой собственной популярности.

Все больше квартир в центре переоборудуется в апартаменты для туристов; все длиннее очереди в аэропортах; все громче звучат голоса тех, кто жалуется, что туристов «слишком много», и что типичным звуком Берлина стал не бой часов на ратуше, а грохот чемоданов на колесиках по мостовой. Хотя жаловаться, конечно, грех — годовой оборот от туризма в Берлине достиг десяти миллиардов евро. Цифры, о которых другие европейские столицы могут только мечтать.

Так что трудно, наверное, придумать лучший символ современного Берлина, чем переполненный аэропорт.

Что манит сюда туристов? Во-первых, конечно, невероятная концент­рация музеев и памятников; тем, кто интересуется историей Европы двадцатого века — прямая дорога в Берлин. Во-вторых, несравнимое соотношение цены и качества — в силу многих (и прежде всего исторических) причин отели и рестораны в Берлине намного дешевле, чем на западе Германии. В-третьих, берлинской творческой и ночной жизни может позавидовать сам Лондон. Неспроста на рейсах из Лондона в Берлин в пятницу вечером не найти свободных мест; и самые «бюджетные» британские авиакомпании предлагают билеты по очень «небюджетным» ценам.

Берлин — необычная, нетипичная столица. Здесь не бросаются в глаза привычные для многих мировых мегаполисов лоск, снобизм и выставленные напоказ амбиции. Здесь безработица вдвое выше средней по Германии, а чуть ли не каждый пятый живет на социальное пособие. Здесь может статься, что на вопрос о ближайшем супермаркете случайный прохожий заботливо посоветует пройти чуть подальше, потому что «там подешевле». Здесь чуть ли не на каждой станции метро попрошайки; здесь в роскошных отелях заботливо занавешивают окна в ресторане, чтобы гости могли пить шампанское на завтрак, не глядя на бомжей на привокзальной площади.

Сказать, что «Берлин — город контрастов», значит не сказать ничего. Если Лондон — европейская столица финансов, Париж — столица романтики, а Милан — столица моды, то Берлин... Берлин — это столица европейской истории со всеми ее трагическими зигзагами и суицидальными наклонностями. И с обостренным чувством бытия «здесь и сейчас».

Искать центр Берлина бесполезно, его нет. Во всяком случае, в классическом понимании этого слова. У Берлина несколько центров, и, чтобы обойти их все, потребуется пара дней. Есть политический центр с Рейхстагом и вытянувшимся по обе стороны от него правительственным кварталом (бесплатный визит в купол Рейхстага лучше планировать заранее на сайте bundestag.de). Отсюда открывается вид на весь город и правительственный квартал, включая офис канцлера, похожий на стиральную машину авторства Сальвадора Дали.

Есть архитектурный центр — площадь Жандарменмаркт, считающаяся самой красивой в городе. Здесь в конце ноября открывается главный рождественский рынок Берлина. Есть креативный центр, который трудно локализовать в каком-то одном месте, но дух которого чувствуется, например, в кварталах, прилегающих к Хакским дворам недалеко от Александерплац.

Есть буржуазный центр вокруг бульвара Курфюрстендамм, торгового центра Западного Берлина. Есть ультрасовременный центр с небоскребами на Потсдамской площади. Есть музейный центр с Островом музеев…

А ведь еще каких-то двадцать лет назад никто не гарантировал Берлину статус столицы. После падения Берлинской стены и воссоединения Германии встал вопрос: где будет столица новой, объединенной Германии?

Ведь парламент и правительство Западной Германии располагались в тишайшем Бонне — уютнейшем городке на Рейне, куда отправили столицу Германии после 1945 года союзники по победившей коалиции. И в начале 1990-х далеко не все были в восторге от идеи переноса столицы в Берлин. Многие политики и чиновники так прикипели к Бонну, что не хотели никуда переезжать. И развернули кампанию за сохранение столицы объединенной Германии в Бонне.

Когда летом 1991-го бундестаг собрался на свое историческое заседание по вопросу новой столицы, дебаты продолжались больше десяти часов. В итоге Берлин опередил Бонн с разницей всего лишь в 18 (!) голосов.

Парламент и правительство переехали в Берлин летом 1999-го. На прощание в качестве компенсации за потерянные доходы и рабочие места в Бонн сослали телерадиокомпанию «Немецкая волна» и пару офисов крупных, но малоизвестных международных организаций. На этом эпоха ФРГ закончилась. И началась эпоха новой Германии с ее шумной, пестрой, космополитичной и слегка сумасшедшей столицей.

В Берлине за дело взялись с размахом и основательностью: новый правительственный квартал, новый железнодорожный вокзал, новый аэропорт (когда-то откроют и его). Центр города был заставлен строительными кранами; инвесторы со всего мира скупали недвижимость не квартирами, а кварталами.

В город стройными рядами потянулись люди творческих профессий — относительно дешевое по европейским меркам жилье и бурная творческая жизнь превратили Берлин в «плавильный котел» мировой богемы двадцать первого века.

От стены, когда-то разделявшей город (а вместе с ним и весь континент) на два идеологических лагеря, остались — кроме воспоминаний — пунктир на асфальте, сувенирные осколки и километр разукрашенных художниками бетонных блоков.

Еще, конечно, остались «сталинские» дома на Франкфуртской аллее, напоминающие то ли Крещатик, то ли Кутузовский проспект. Остались «хрущевские» пятиэтажки в двух шагах от Александерплац, мимо которых теперь по ночам порхают стайки пьяных английских и испанских студентов. Осталась бывшая коммунистическая партия бывшей ГДР, дважды сменившая свое название, но не идеологию. Осталось немало граждан бывшей ГДР, для которых Москва во всех отношениях ближе, чем какой-нибудь Вашингтон.

Но главное — Берлин упорно пытается сбросить с себя все стереотипы о стране, столицей которой его назначили. Может показаться, что в этом городе Германия тщательно старается не быть самой собой. Берлин как воплощение вечной страсти к свободе. Город-праздник непослушания. Город с мрачноватой аурой, на тротуарах которого тут и там натыкаешься на камни с именами убитых во время Второй мировой евреев. Ненавязчивое напоминание. Они так и называются — «камни преткновения». А в самом центре, рядом с Бранденбургскими воротами, более двух с половиной тысяч бетонных блоков — мемориал убитым евреям Европы. Узкие дорожки ведут между глыбами, идешь вперед и погружаешься в темноту. Выходишь обратно — и слышишь детский смех и шум машин; в двух минутах ходьбы — суперсовременные небоскребы на Потсдамерплац. В Берлине тебе чуть ли не на каждом шагу дышит в лицо история; может поэтому, погружаясь в темноту, город теряет рассудок в своих знаменитых ночных клубах? Словно пытаясь прогнать призраки прошлого?

Немецкие запреты в Берлине условны. Запрещено пить пиво в метро? В Берлине пьют прямо из бутылки, сидя аккурат под запрещающим знаком, причем не только пиво. Запрещена ночная торговля, по всей Германии супермаркеты закрываются в восемь вечера? В Берлине допоздна открыты тысячи киосков, где можно купить все, что душе угодно. Не ходит метро по ночам? В Берлине городской транспорт работает круглосуточно, на радость полуночникам.

Мало кто так воплощал берлинскую вальяжность, как мэр города Клаус Воверайт, пробывший на посту больше 13 лет и объявивший о своей отставке в конце августа. Его фраза «мы бедные, но привлекательные» стала неформальным рекламным слоганом всего города.

Эту вальяжность в России, наверное, назвали бы грубым словом «пофигизм». Да, говорят в Берлине, у нас нет нормального аэропорта, у нас бывает грязновато на улицах, а в метро попрошайки. Да, у нас есть целые районы, где люди едва сводят концы с концами. Да, мэрия не нашла в свое время миллион евро, чтобы удержать у себя популярнейший уличный фестиваль электронной музыки. Но толпы в аэропортах и статистика ночевок в отелях говорят сами за себя.

Да и бог с ним, с аэропортом. В конце концов все эти миллионы англичан, испанцев, итальянцев, русских летят сюда не для того, чтобы побродить по новому терминалу, пусть даже там будет квадрильон бутиков, икорный бар и бесплатный педикюр у выхода на посадку. В Мюнхене и Дюссельдорфе есть роскошные аэропорты, но всех почему-то тянет в Берлин. В эту чудаковатую городскую хиппи-атмосферу под девизом «живем один раз», сформировавшуюся, наверное, еще во времена разделенной Германии. В годы холодной войны для жителей ФРГ самым простым способом улизнуть от службы в бундесвере было переехать в Западный Берлин (отсюда не призывали). Может, именно они начали формировать этот дух города, расцветший в конце 1990-х — начале 2000-х, со всеми его подпольными клубами, дискотеками и знаменитыми ди-джеями?

Нет-нет, конечно, есть и совсем другой Берлин — цивилизованная европейская столица. Город шикарных отелей и ресторанов со звездами «Мишлен»; с виллами у озер и буржуазными кварталами; с дорогущими магазинами на центральных бульварах, с дамами в бежевых пальто и их спутниками в пиджаках в мелкую клетку.

Город, в котором парки, леса и озера занимают чуть ли не треть территории. Город, в котором можно сесть на велосипед в центре — и, не слезая с него, доехать до песчаных пляжей на озерах под Потсдамом. Город, сложенный из отдельных кварталов, у каждого из которых своя ярко выраженная индивидуальность. Вот Шарлоттенбург на западе с его буржуазными кафе и вывесками о концертах Валерия Леонтьева на дверях русских магазинов. Вот Кройцберг, где турок больше, чем немцев. Вот мегамодный, отреставрированный, креативный Пренцлауэр-Берг, обитатели которого по воскресеньям завтракают часами в кафе, грациозно снимая длинной ложечкой пенку с капучино...

Наверное, в этом и есть суть Берлина, такой не-немецкой столицы — в том, что здесь есть место всем и каждому, независимо от религии, политических взглядов, доходов и всех остальных характеристик. В той свободе, которая царит в городе: свободе нравов, свободе творчества, стиля жизни и стиля одежды — и всей прочей самореализации. Здесь никто не хочет быть «как все», здесь все хотят быть самими собой. А город лишь молча способствует этому. Хотя, постойте... Не в этом ли секрет привлекательности любого западноевропейского мегаполиса?

Местами может показаться, что  строгость немецких законов смягчается  здесь необязательностью их исполнения. Эта (относительная) свобода нравов и терпимость властей по отношению к мелким нарушениям общественного порядка как своего рода «договор» между гражданами и государством — невысокие доходы в обмен на бурную культурную жизнь в одном из самых энергичных мест континента.

Странная она, эта столица Германии. Столица строгой и педантичной страны, которая пытается быть непохожей сама на себя — быть проще, расслабленнее, либеральнее.

Страшно подумать, что может произойти, когда в Берлине наконец-то откроется новый аэропорт. Что-то подсказывает, что в город хлынут новые миллионы иностранных туристов, которые днем будут стоять в очереди на купол Рейхстага, а ночью — в какой-нибудь знаменитый на весь мир техно-клуб. Так что лучше, наверное, успеть съездить сюда сейчас, пока Берлин занимает всего лишь третье, а не первое место по популярности в Европе.

Такой «бедный» (по немецким масштабам, конечно) и такой привлекательный город.

09.12.2014
Связанные по тегам статьи:
культурная жизнь
Дойчиш фантастиш