Июньский вечер. Стоя на вершине холма в разноцветном халате и больших калошах, Шарифа Замонова всматривается в распадки горного кряжа. Прикрывая ладонью глаза от лучей заходящего солнца, 57-летняя женщина голосит: «Приди! Приди! Приди-и-и!» Но чернеющие вдали коровы, выгнанные на пастбище рано утром, как ни в чем не бывало щиплют чахлую траву. Шарифа тяжело вздыхает. Опираясь на палку, она карабкается еще выше — к подножию покрытых снегом гор-пятитысячников Мирали и Чимтарга.

«Я сердце оставил в Фанских горах», — пел про эти места в 1970-х Юрий Визбор, альпинист и дедушка советской авторской песни. Сегодня здесь вместо песен под гитару изредка звучит немецкая и английская речь — это проходят группы европейских туристов. Но гораздо чаще над зелеными склонами разносятся протяжные крики пастухов. А точнее — пастушек, которые живут в этих горах почти без помощи мужчин.

В кишлаке Пиньон в устье реки Пас­руддарья официально числятся 800 жителей. Он мало отличается от других поселений в Зерафшанской долине — горном регионе на таджикско-узбекской границе: узкие улочки, желтые каменные заборы, тополя вдоль журчащих арыков... Молодые тополя в здешних семьях высаживали в честь рождения сына. Когда мальчик становился взрослым, к этому времени подрастали деревья, пригодные для строительства дома.

Эта традиция жива до сих пор. Только вместо скромных построек из камня и дерева здесь теперь возводят особняки из кирпича и бетона — по всему кишлаку громоздятся двух-трехэтажные дома с балконами, гаражами и яркими крышами. Построены они на деньги, заработанные местными жителями в России: на стройках, рынках и нефтегазовых месторождениях. Сто жителей Пиньона работают в Екатеринбурге.

В 2011 году граждане Таджикистана перевели из-за границы на родину три миллиарда долларов. Это почти вдвое больше годового бюджета их страны.

Кишлак Пиньон расположен почти посередине между Душанбе и Худжандом, вторым по величине городом страны. На улицах Пиньона почти нет молодых мужчин — они зарабатывают на жизнь вдали от родных стен. Но кто тогда ухаживает за скотом, собирает урожай, заготавливает продукты на зиму? «Это не мужские занятия», — отмахиваются бородатые старики у мечети. И не кривят душой.

Каменистая дорога поднимается от кишлака в горы. По ней в конце мая Шарифа Замонова погнала навьюченных посудой, крупами и овощами осликов и стадо коров к Аллаудинским озерам. Здесь, на высоте 2500 метров над уровнем моря, вдоволь пастбищ для скота, трава не выгорает даже к концу лета. Шарифа еще зимой начала агитировать соседок отправиться с ней. Сама она поднимается на летние пастушеские стоянки каждый год вот уже 30 лет.

К Шарифе присоединились еще шесть женщин. Самой молодой — 18 лет, самой старшей — за шестьдесят. Они собрали коров со всего кишлака (получилось около двухсот), прихватили детей, внуков и племянников — и отправились к Аллаудинам. Так же, как каждую весну делали их мамы и бабушки.

Выпасом скота в горах, окружающих Зерафшанскую долину, издревле занимались женщины. Мужчины оставались внизу — возделывать поля и торговать. Сегодня многие предпочитают оставаться летом в кишлаке и вести хозяйство в комфортных условиях. Идут со скотом в горы лишь те, кто не получает денежных переводов из-за границы.

От кишлака Пиньон до летней стоянки женщин отделяют 36 километров камней, пыли и пересекающих путь ледяных горных ручьев. На второй день караван подошел к аулу на поляне, один край которой обрывается к шумящей внизу Пасруддарье. Женщины слезли с ослов и… не узнали прежнего места. Некогда лесистый склон на противоположном берегу реки был абсолютно гол. Вокруг аула раскидана вырванная с корнем арча — древовидный можжевельник. «Лавина!» — догадались пастушки. Тысячи тонн снега и льда сорвались со склона горы высотой 3800 метров, снесли на своем пути арчовую рощу, перелетели через реку и ударились о противоположный берег, где расположился аул. Чудом уцелели три прилепленных друг к другу хижины с плоскими крышами, деревянными дверцами и крошечными оконцами. Сто лет назад так выглядели все таджикские кишлаки: опасаясь лавин, землетрясений, селей и прочих природных невзгод, горцы не строили больших домов.Читать дальше >>>