Сайты партнеров




GEO приглашает

С 3 по 6 июня в Москве пройдет книжный фестиваль «Красная площадь». В мероприятии примут участие 300 издательств и будут представлены секции краеведческой, художественной, детской, учебной, исторической и научно-популярной литературы. На одной из площадок состоится лекция журнала GEO


GEO рекомендует

Компания LG выпустила новый смартфон LG G6 с большим дисплеем, высоким качеством изображения, функцией широкоформатной съемки и защитой от воды. GEO рассказывает о преимуществах нового гаджета

Запад в конце туннеля

Как капиталистические поезда ходили по социалистическому метро
текст: Владимир Есипов
Markus Wächter

Фото: Markus Wächter

В августе 1961 года стена разделила Берлин надвое — на социалистический Восток и капиталистический Запад. Границу провели не только по земле, но и под землей, перегородив десятки туннелей городского метро. Но две «западные» линии продолжали работать как ни в чем не бывало — и каждый день тысячи западноберлинских пассажиров проезжали под территорией ГДР, в полумраке заброшенных станций.

Тот февральский вечер Дитер Вендт запомнит навсегда — еще бы, ему удастся сбежать на Запад уникальным способом.

Накануне вечером, 7 марта 1980 года, 28-летний механик метро позвал друзей в ресторан «Будапешт» на аллее Карла Маркса — казалось бы, без особого повода. Когда после ужина компания отправилась в соседний бар, друзья спросили, чем, собственно, вызвано торжество. На что Дитер Вендт загадочно ответил: «Скоро все узнаете».

На следующий день он исчезнет средь бела дня. А вместе с ним из Восточного Берлина «испарятся» его двоюродный брат с женой и двухгодовалым сыном.

 

Наутро они «найдутся» в западной части разделенного надвое города. Они сбегут из ГДР самым необычным способом — не перелезая через Берлинскую стену, не переплывая Шпрее под прицелом пограничников, не рискуя жизнью на простреливаемой нейтральной полосе между бетонными заграждениями и колючей проволокой. Они всего лишь сядут на метро, выйдут на нужной станции, спустятся на пути — и пойдут в нужном направлении. И — о чудо! — им удастся пробраться в тот самый туннель под Восточным Берлином, по которому поезда ходят в Западный Берлин.

Потому что, как и во многих жизненных делах, «места знать надо».

Дитер Вендт родился в Восточном Берлине. Работал простым механиком в метро и тщательно скрывал свое раздражение тотальной слежкой, промыванием мозгов и повальным единомыслием в государственных газетах и на государственном телевидении, не привлекая к себе особого внимания органов государственной безопасности. Он просто ремонтировал стрелки и светофоры в метро — и молчал. До тех пор, пока не получил специальный пропуск, позволявший заходить в туннели, по которым ходили поезда шестой и восьмой линий берлинского метро. По этим двум западным линиям движение не было остановлено после возведения стены. Тогда-то у него и созрел план бегства на Запад, в который он посвятил своего двоюродного брата.

Позднее Министерство государственной безопасности ГДР запишет в личном деле Вендта: «Не было никаких поводов усомниться в его лояльности». Семья его двоюродного брата тоже вела себя вполне послушно.

В общем, «штази» была застигнута врасплох.

Митинг против строительства Берлинской стены

Митинг против строительства Берлинской стены

Фото: Jung/ullstein bild/Gettyimages.ru. 12 августа 1961 года: жители Западного Берлина протестуют против строительства стены. Но уже на следующий день они проснутся в разделенном городе.

Строительство Берлинской стены началось в час ночи 13 августа 1961 года. Но когда на поверхности земли был установлен последний блокпост и натянуты сотни километров колючей проволоки, под землей сложилась парадоксальная ситуация: две «западные» линии метро проходили с севера на юг под территорией Восточного Берлина. Коммунистическое руководство ГДР решило не останавливать движение на них, а лишь распорядилось о том, чтобы поезда шли без остановки.

Одиннадцать станций на территории Восточного Берлина, через которые проходило «западное» метро, заблокировали для пассажиров. Доступ к ним был разрешен только пограничникам, полицейским и сотрудникам Министерства государственной безопасности ГДР. Поезда проезжали мимо погруженных в полумрак станций-призраков, лишь слегка сбавляя скорость. На платформах стояли во­оруженные люди. Жители Западного Берлина, пользовавшиеся этими двумя линиями метро, позднее будут вспоминать, как им было не по себе во время поездок.

Один из них, историк Герхард Зельтер, станет спустя 25 лет после падения стены куратором выставки, посвященной «станциям-призракам». «Это было жуткое ощущение, — так он будет описывать свои поездки на метро под Восточным Берлином. — Темнота и солдаты, которые прячутся за колоннами на платформах».

Граница под землей

Граница под землей

Фото: Polizeihistorische Sammlung, Berlin. 13 февраля 1963 года со стороны Восточного Берлина в туннеле между станцией «Генрих-Гейне-Штрассе» и границей с Западным Берлином начались работы по перегораживанию путей колючей проволокой.

Доступ к туннелям линии номер шесть с территории Восточного Берлина был полностью замурован. Но к туннелю линии номер восемь вела одна секретная лазейка — построенный еще до Второй мировой служебный туннель, который изредка использовался для переброски поездов метро с одной ветки на другую. О ее существовании знали лишь посвященные — пограничники, сотрудники госбезопасности и лояльные сотрудники метро Восточного Берлина — в том числе и простой механик Дитер Вендт.

Около 18 часов 8 марта 1980 года он и три его родственника приехали на станцию «Клостерштрассе» линии метро номер два. Дождавшись, когда платформа опустеет, спрыгнули на рельсы и отправились пешком в туннель. Вендт прекрасно ориентировался — он знал как свои пять пальцев все туннели

Восточного Берлина, в том числе и то место, где нужно свернуть в служебный туннель, который ведет к «западной» ветке метро.

Они шли до тех пор, пока не уперлись в огромную железную перегородку, блокировавшую туннель на случай наводнения. За ней был слышен шум поездов, проходящих по «западной» линии номер восемь. С восточной стороны открыть ее было нельзя. Дитер Вендт, конечно, знал и об этом. Он спрятал семью двоюродного брата в служебном помещении рядом с перегородкой, а сам отправился назад.

Пешком он добрался сначала до станции «Янновицбрюке», а оттуда — на закрытую для пассажиров из ГДР станцию восьмой линии метро. Примерно в 19:55 восточногерманские пограничники, несшие там вахту, зафиксировали на своем посту механика, которому якобы надо было «отремонтировать светофор номер 652». И ничтоже сумняшеся пропустили его в «западный» туннель — в конце концов, у него был для этого специальный пропуск.Карта метро с закрытыми станциями

Карта метро с закрытыми станциями

Фото: Robert Reynolds personal collection. На карте метро Западного Берлина, напечатанной в 1968 году, несколько станций на 6-й и 8-й линиях перечеркнуты крестиками: они находились в Восточном Берлине и были закрыты. Поезда проезжали эти станции без остановок.

Вендт пробрался к железной перегородке, за которой его ждали родственники, взломал замки, открыл дверь — и вся компания оказалась в туннеле восьмой линии берлинского метро.

Дело оставалось за малым: сесть в поезд, идущий в нужном направлении. Западным машинистам было строжайше запрещено останавливаться в туннелях под восточной частью города. Но у Дитера Вендта был наготове красный фонарь…

Им повезло. Машинист пустил беглецов в кабину и уложил на полу так, чтобы гэдээровские пограничники на станциях-призраках не смогли разглядеть их в полумраке. И в 22:15 вся компания уже объяснялась в отделении полиции Западного Берлина. А в три часа пополуночи, когда допрос закончился, Вендт выглянул на улицу и не увидел ни одного «трабанта».

«Только в этот момент до меня дошло, что побег удался и мы действительно на Западе», — будет он вспоминать позднее в интервью одной берлинской газете.

После побега Вендта и его родственников всем сотрудникам метро Восточного Берлина запретили спускаться в туннели поодиночке.

Фридрихштрассе

Фридрихштрассе

Фото: Michael Richter

Этот город делили заранее и щепетильно. В феврале 1945-го, когда предстоящая капитуляция гитлеровской Германии не вызывала никаких сомнений и оставалась лишь делом времени, на конференции в Ялте лидеры антигитлеровской коалиции обсуждали послевоенный порядок в Европе. Речь в том числе шла и о предстоящем разделении Германии на оккупационные зоны, а ее столицы — на секторы.

В начале мая 1945 года Берлин пал, а через несколько дней Германия капитулировала. В соответствии с предварительными договоренностями державы-победительницы поделили город на четыре оккупационные зоны — такая же судьба, кстати, постигла и оккупированную Вену, только там до строительства стены не дошло.

Но городская инфраструктура Берлина оставалась единой вопреки всем демаркационным линиям. Ни водопровод, ни канализацию, ни трамвайные пути и метро никто не делил и делить не планировал. Больше того, союзники на словах договорились, что вся город­ская железнодорожная инфраструктура останется единой и будет управляться из советской оккупационной зоны, которая позднее станет ГДР. У этого решения окажутся далеко идущие последствия: когда город разделят на­двое, городская железная дорога отойдет ГДР, и водить поезда «на Запад» будут только проверенные восточногерманские машинисты. А жители Западного Берлина, в свою очередь, начнут называть «изменниками родины» тех, кто станет пользоваться гэдээровскими электричками на территории города. Но в 1945-м никто этого и представить не мог.

Летом 1945-го Берлин лежал в руинах — а вместе с ним лежал в руинах и городской общественный транспорт. После прекращения боев и подписания акта о безоговорочной капитуляции Германии была проведена инвентаризация столичного городского хозяйства. По ее итогам выяснилось, что пригодны к использованию лишь каждый пятый берлинский трамвай и всего два процента автобусов, разрушены две трети железнодорожных мостов и вокзалов. Это было жалкое подобие мегаполиса, про который всего десятью годами раньше говорили, что здесь лучший общественный транспорт чуть ли не во всей Европе. Особой гордостью горожан было кольцо берлинской железной дороги, интегрированное в общую систему городского транспорта, — электрички ходили каждые полторы минуты.

Вас могут арестовать

Вас могут арестовать

Фото: Ullstein bild/Vostock-photo. 1956 год. Объявление при входе на станцию городской электрички Шпандау-Вест в Западном Берлине: «Пассажиры, внимание! Перед выходом из поезда на станции Шпандау предупредите попутчиков (особенно если они спят), что при дальнейшей поездке в сторону Фалькензее (восточный сектор) их могут арестовать»

Летом 1945-го от всего этого, разумеется, не осталось камня на камне. Хуже того — взаимопонимание, царившее первоначально между союзниками-победителями, все чаще оборачивалось конфликтами. Слишком разным представляли себе будущее Германии Советский Союз, с одной стороны, и США, Франция, Великобритания, с другой. На горизонте уже маячил призрак холодной войны.

Напряженность нарастала стремительно. Ее пиком стали валютные реформы 1948 года. 20 июня в трех оккупационных зонах Германии и в западных секторах Берлина были введены в обращение новые деньги. Старая рейхс­марка, ходившая в Германии с 1924 года, была заменена на новую немецкую марку. Три дня спустя в советской оккупационной зоне была проведена аналогичная реформа, и на территории одного города по­явились две валюты.

Это тут же ввергло в хаос общественный транспорт, который в тот момент оставался единым. Взаиморасчеты в двух валютах — а этого требовало начисление зарплаты водителям автобусов и машинистам трамваев и метро, покупка запчастей, продажа проездных билетов — осложнили жизнь всем. По­степенно в двух частях города начали формироваться параллельные структуры — мэрия, полиция, суды. А летом 1949-го в Берлине возникли два самостоятельных городских предприятия общественного транспорта — западное и восточное. Незадолго до этого западная немецкая марка была объявлена единственным законным средством платежа на территории трех западных секторов (прежде там разрешалось параллельное хождение обеих валют).

В итоге трамваи стали останавливаться на границе секторов, чтобы высадить одних кондукторов и посадить других — «западные» кондукторы продавали билеты только за западные же марки.

Так шаг за шагом транспортные связи между двумя частями одного города начали рваться. В 1951 году были закрыты последние автобусные маршруты, соединявщие восток и запад Берлина. В марте 1953-го перекрыли трамвайные маршруты между двумя частями города. А после народного восстания 17 июня 1953 года было прекращено движение метро и городских электричек между западной и восточной зонами. Городской транспорт оказался полностью разделенным. До строительства стены оставалось еще восемь лет.

Идеологические разногласия между СССР и США отражались и на городской инфраструктуре Берлина. В капиталистической части города власти делали ставку на частные автомобили (в результате к середине 1960-х в Западном Берлине была полностью демонтирована трамвайная сеть), а в Восточном Берлине, наоборот, развивали общественный транспорт.

С лета 1952 года начал усиливаться пограничный контроль на границе оккупационных зон Германии — советской с одной стороны и трех «западных» с другой. Однако в Берлине сохранялось свободное перемещение между секторами, что делало город последней лазейкой для тех, кто хотел перебраться с Востока на Запад (или наоборот, хотя таких желающих было гораздо меньше).

Бегство

Бегство

Фото: Hulton Archive/Gettyimages.ru. Прямо из окна жилого дома на Бернауэрштрассе в восточной части города женщина спускается на веревке на территорию Западного Берлина. 10 сентября 1961 года, когда сделан снимок, такое еще было возможно. Но вскоре все окна в этом доме заложили кирпичом

Бегство из ГДР приобретало все более массовый характер. Граждане ногами голосовали против своего государства: на рубеже 1950-х и 1960-х из ГДР в ФРГ бежало в среднем чуть ли не по пятьсот человек в день. А поскольку граница между ГДР и ФРГ контролировалась все строже, последним окном на Запад становился Берлин. Поэтому все самые нелояльные социалистическому режиму граждане ГДР ехали в Берлин, садились на электричку и пересекали демаркационную линию. Позднее журнал «Шпигель» назовет берлинские электрички «шлюзом для беженцев с Востока».

К началу 1960-х электричка осталась по­следним видом общественного транспорта, беспрепятственно курсировавшим между двумя частями де-факто разделенного города. Каждый день услугами городской железной дороги пользовались полмиллиона человек.

Поток беженцев нарастал. Осенью 1956-го на Западе зарегистрировали миллионного беженца из ГДР, к 1961 году число беглецов достигло трех миллионов. Бежали, как это обычно бывает, самые молодые, самые успешные и самые образованные.

Западный Берлин превращался в «черную дыру», в которой исчезали граждане ГДР. И тогда гэдээровские власти не нашли ничего лучше, как огородить эту «дыру» 156-километровым забором из бетона и колючей проволоки.

3 августа 1961 года в Москве первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев принял председателя Госсовета ГДР Вальтера Ульбрихта. Считается, что именно в ходе той исторической встречи и было принято окончательное решение о полном закрытии границы между ГДР и западными секторами Берлина. Слово «стена» в тот момент еще не употреблялось, речь шла лишь об обеспечении безопасности западной границы ГДР.

План о блокировке границы держался в строжайшей тайне. Западногерманская разведка получила первые донесения агентов о запланированном строительстве стены лишь за три дня до его начала. А само слово «стена» впервые прозвучало на пресс-конференции за пару недель до этого, когда одна западногерманская журналистка спросила Вальтера Ульбрихта, означает ли план властей ГДР объявить Западный Берлин «свободным городом» то, что вокруг города пройдет государственная граница. На что председатель Госсовета ГДР ответил знаменитой фразой: «Никто не собирается строить никакой стены».

Во второй половине дня 12 августа членов политбюро Центрального комитета Социалистической единой партии Германии (СЕПГ), министров правительства ГДР и бургомистра вызвали на правительственную дачу в 80 километрах к северу от Берлина. Около десяти вечера Ульбрихт объявил собравшимся, что он подписал распоряжение о полной блокаде западной части Берлина по внешней границе. И что начнется она ближайшей ночью.

Десять тысяч восточногерманских солдат и полицейских перекрыли все дороги, ведущие в Западный Берлин. В полную боевую готовность были приведены советские войска в Восточном Берлине — они заняли позиции на КПП между западными и восточным секторами. На южной стороне Бернауэр­штрассе тротуар оказался на западе, а сами дома — на востоке. Подъезды в спешном порядке были замурованы, в свои квартиры жильцы отныне могли попасть только со двора, через черный ход. Самые расторопные, почуяв неладное, прыгали из окон на спасительный «западный» тротуар.

Тем же вечером, 12 августа 1961 года, министр транспорта ГДР Эрвин Крамер взял красный карандаш и отметил на карте Берлина места, в которых должно быть прервано железнодорожное сообщение с западной частью города. В тот вечер еще никто не догадывался о том, что наутро бульдозеры и рабочие начнут демонтировать пути и разрушать насыпи в отмеченных местах. Но приказ есть приказ: железнодорожное сообщение между двумя частями города необходимо прекратить. Причем так, чтобы по рельсам невозможно было проехать. Вдоль всей внеш­ней границы западных секторов Берлина строительные бригады принялись выкорчевывать рельсы, поперек разрушенных путей начали ставить заборы из колючей проволоки. Отныне поезда западных секторов ездили только до последней станции у внешней границы города.

Но под землей все было не так однозначно. Две ветки метро, идущие с «западного» севера на «западный» юг, пролегали под территорией Восточного Берлина. Власти ГДР не стали блокировать их, а передали в распоряжение западноберлинского метро. В результате каждый день тысячи западных немцев ездили под социалистическим «востоком».

Одна из этих «западных» линий метро проходила через пересадочный узел на Александерплац, где, чтобы сделать пересадку с одной линии восточного метро на другую, нужно было пройти через платформу, мимо которой без остановки следовали «западные» поезда. Дабы оградить граждан ГДР от лишних визуальных контактов с жителями Западного Берлина, магистрат распорядился построить на платформе кирпичную стену до самого потолка.

А вокзал «Фридрихштрассе», расположенный на территории Восточного Берлина, и вовсе превратился в уникальный пересадочный узел с пограничным КПП. Сюда одновременно прибывали как восточногерманские город­ские электрички, так и поезда дальнего следования, уходившие из Западного Берлина в ФРГ. Вокзал разделили железной перегородкой — пассажиры слышали шум поездов из соседней страны, но не видели их. Вдобавок ко всему под землей проходила одна из веток западноберлинского метро.

Сегодня рядом с вокзалом работает бесплатный музей под названием «Дворец слез». Он оборудован в стеклянном павильоне, где на обратном пути проходили паспортный контроль граждане ФРГ и Западного Берлина, навещавшие своих родственников в ГДР. Из павильона в здание вокзала вел специально изолированный коридор, по которому пассажиры шли к поездам на Запад.

Падение Берлинской стены

Падение Берлинской стены

Фото: AP/ТАСС. 9 ноября 1989 года, узнав о скором открытии границы между двумя частями города, берлинцы, не дожидаясь решения властей, сами прорвали «блокаду». Берлинская стена пала.

9 ноября 1989 года все это внезапно закончилось. Восторженные толпы людей, услышав по телевизору новость о планируемом открытии границы между двумя частями города, буквально смели оцепление на пограничных переходах по периметру Западного Берлина. Стена пала. После воссоединения Германии замурованные туннели на станциях метро разблокировали, станции-призраки открыли для пассажиров, а приграничные вокзалы в черте города, из которых один выход вел в западную часть, а другой — в восточную, починили и открыли для публики.

Сегодня, спустя более четверти века с момента падения стены, о той поре уже мало что напоминает. Для жителей Берлина эта история — нечто само собой разумеющееся, и лишь иностранцы недоумевают по поводу того, как метро одного государства могло ходить под территорией другого.

Если сегодня приехать на станцию метро «Нордбанхоф» («Северный вокзал») и подняться на улицу через ярко освещенный туннель, который когда-то был перекрыт аж четырьмя кирпичными стенами, то перед самым выходом можно увидеть выложенную брусчаткой линию, в которую вмонтированы металлические надписи. Этой линией отмечено место, где была стена, огораживавшая весь бывший Западный Берлин.

Тот самый Западный Берлин, в котором по-прежнему крайне мало трамвайных линий, зато очень много станций метро и отлично развитая автобусная сеть.

23.11.2016