Я вишу в 16 метрах от земли на тонком канате в лесу Амазонии. До цели — гнезда гарпии, которую еще называют «обезьяньим орлом» — остается примерно полпути. Но я в замешательстве: мне только что пришло в голову, что если посмотреть на меня сверху глазами орла, то я, наверное, похож на ухватившегося за лиану упитанного ленивца. А ленивцев гарпии считают очень вкусными.

Но даже если гарпия, сидящая на этом дереве, распознает во мне человека, спасет ли это меня? Пять лет назад телекомпания Би-би-си снимала документальный фильм о гарпиях — не здесь, в Бразилии, а в соседней Венесуэле, и гигантская птица напала на одного из членов съемочной группы.

Тот, кстати, тоже висел на тонком металлическом тросе. Он успел установить камеру на кромке гнезда гарпии. Но в гнезде был птенец, и его мать, сидевшая рядом на ветке, набросилась на непрошеного гостя. К счастью, англичанин был в каске и бронежилете, поэтому от атаки с воздуха он не пострадал. Во всяком случае, так пишут на сайте Би-би-си.

Это, конечно, «успокаивает».

Французский альпинист Оливье Жодуэн уже давно ждет меня в развилке дерева 16 метрами выше, и защитного жилета на нем нет. Он специализируется на лазании по гигантским тропическим деревьям. Коллеги называют его «белой обезьяной».

«Можно не спешить, — кричит он. — Гнездо пустое. Отдохни!»

«Передохни!» — вторит ему с земли Жуан Маркос Роза Барбоза де Соза, 35-летний фотограф-анималист из бразильского Белу-Оризонти. Вот уже восемь лет Жуан, вооружившись камерой, следует за гарпией по тропическим лесам на побережье Атлантики, саваннам Мату-Гросу и по всей Амазонии. И это по его милости я сейчас болтаюсь в воздухе: меня «заразили» рассказы и снимки Жуана — особенно фоторепортаж о паре гарпий, выращивающей потомство. Он снимал это семейство с платформы, которую его друг Оливье Жодуэн специально соорудил в лесу Каражаса на востоке бразильского штата Пара.

Гарпии моногамны. Но если семейные обязанности не вынуждают самца и самку оставаться в гнезде, то они предпочитают жить и охотиться раздельно. Самка высиживает потомство лишь раз в два-три года — причем после того, как вылупится первенец, гарпии перестают заботиться об остальных яйцах. Ведь даже воспитание одного-единственного птенца требует огромных усилий обоих родителей.

Для папаши первые десять недель после вылупления отпрыска превращаются в сущий ад. Самец — более искусный охотник, поэтому именно ему приходится каждые три дня добывать пропитание для матери и малыша. Да не какую-то там мышь, а целую обезьяну! Жуан Маркос Роза по секрету признается, что в такие дни он искренне сочувствует измученному самцу.

Лишь когда детенышу исполнится три месяца, его мать снова сможет отправиться на охоту. Пока родителей нет, птенец неподвижно — как статуя — сидит на дереве с гнездом. Он теперь в стадии слетка: уже вырос, но мускулатура крыльев еще не развита. В свой первый полет юная гарпия оправится только в шестимесячном возрасте, а самостоятельно добывать пищу научится в 15 месяцев. И только годы спустя птица достигнет половой зрелости и начнет искать спутника жизни.

Индейцы Амазонии с благоговейным трепетом называют гарпию «ягуаром небес». Жуан Маркос Роза до сих пор удивляется, почему пара гарпий в лесу Каражаса так ни разу и не напала на него. «Сидя на платформе всего в 50 метрах выше гнезда, я порой чувствовал, как меня обдувает потоком воздуха от крыльев гарпии, пролетевшей над головой», — вспоминает фотограф. И видел тени скользящих над верхушками деревьев громадных птиц, внушающих ужас. «Я часто смотрел через телеобъектив прямо в застывшие глаза самки, высиживающей птенцов. И всякий раз у меня по спине пробегал холодок», — признается Жуан.

К Оливье Жодуэну гарпии не столь благосклонны: они нападали на него уже несколько раз. «Во время атаки эти птицы используют только когти, а они у них очень длинные — до семи сантиметров! Гарпия просто  закалывает когтями жертву, — рассказывает Оливье. — Эта пернатая хищница настолько сильна, что может поднять в гнездо добычу, которая весит столько же, сколько она сама».Читать дальше >>>