Ложь должна быть похожа на правду, иначе можно легко запутаться. Поэтому c самого начала Александр фон Бисмарк старается поменьше врать.

«Прошло много времени, прежде чем я понял, чем хочу заниматься в жизни», – говорит он. Сначала, вроде бы хотел стать морским пехотинцем, но потом понял, что его призвание – природа. А что может быть «природнее» деревьев?

На нем строгие брюки, рубашка, застегнутая до последней пуговицы, кожаные ботинки. В помещении, облицованном темным деревом, душно и жарко, но на нем – ни капельки пота. Даже тогда, когда он откровенно врет.

«Я покупаю древесину, – рассказывает он. – Для поставок производителям музыкальных инструментов мне нужны лучшие сорта древесины, и поэтому я приехал к вам».

Он складывает руки перед собой, как для молитвы, и повторяет: «Лучшие сорта древесины».

«Как, вы говорите, вас зовут?» – переспрашивает собеседник.

Александр фон Бисмарк, 37-летний биолог и глава вашингтонского отделения неправительственной организации «Агентство экологических расследований», и глазом не моргнув, протягивает визитную карточку. На ней написано – Томас К. Болтон, президент компании «Нексис Трейдинг».

Мы с фотографом молчим. Самозваный «президент компании» представил нас как своих клиентов, сотрудников фирмы по производству гитар. Якобы мы прилетели вместе с ним, чтобы на месте проверить качество древесины. На самом же деле все совсем не так: мы сопровождаем Александра фон Бисмарка в секретной миссии, цель которой – поиск и сбор доказательств нелегальной вырубки и перепродажи редких видов древесины на Мадагаскаре.

Александр фон Бисмарк вертит в руках визитку собеседника. «Роджер Тунам, торговля ванилью», – написано на ней. Ванилью? Мистер Тунам хитро улыбается. У дверей его кабинета стоят двое телохранителей, и могущественный босс «древесной» мафии, контролирующий север Мадагаскара, чувствует себя вполне уверенно.

Но скрытая камера «Томаса Болтона» записывает каждое его слово.

Офис Роджера Тунама в городке Антахала – центр нелегальной торговли древесиной на севере Мадагаскара. Здесь заготавливают на продажу древесину ценных пород, и прежде всего «розовое дерево». Это общее название ряда исчезающих пород древесины палисандра, получаемой из деревьев рода далбергия, а также древесины эбенового дерева, которая прекрасно подходит для изготовления музыкальных инструментов.

Из 103 существующих видов эбенового дерева лишь два не признаны вымирающими.

Бизнес Роджера Тунама идет вразрез с законами Мадагаскара далеко не первый год. Еще в 2000 году правительство страны запретило вырубку розового и эбенового деревьев на «охраняемых территориях». Впрочем, эти деревья и так нигде, кроме национальных парков, не растут.

После государственного переворота в марте 2009 года правовая ситуация совсем запуталась. Весной 2010-го новое правительство Мадагаскара запретило продажу за границу розового дерева. Но эксперты не воспринимают этот запрет всерьез, ведь местные законы чаще всего «пустой звук» – их просто игнорируют.

Для нового правительства страны, не признанного за рубежом, важен символизм таких актов. Они должны продемонстрировать силу государства, показать, что правительство стремится навести порядок в стране. Само содержание законов при этом второстепенно.

Тем временем на Мадагаскаре по-прежнему вырубаются тропические леса. Срубленные деревья выдают за лес, поваленный ветром, или складские запасы – для их продажи предусмотрен ряд послаблений. Две международные экологические организации в своих докладах пишут о «сговоре продавцов и правоохранительных органов». Экологи, близкие к бывшей высокопоставленной сотруднице министерства экономики Мадагаскара, говорят о собранных доказательствах масштабной коррупции.Читать дальше >>>