В Амман мы с фотографом Николаем Шпиленком прилетели в пятницу вечером, уже затемно. Рисковали угодить в капризную, дождливую и ветреную иорданскую зиму, а попали в знойное бабье лето с дневной температурой от +30°С и выше. В амманском аэропорту нас встретили, поставили штамп в паспорта и отвезли в четырехзвездочный отель по соседству с пригласившим нас Иорданским управлением по туризму (JTB).

 После потрясших страну в ноябре 2005 года гостиничных терактов на дорогах появилось множество блокпостов, в отелях приняты беспрецедентные меры безопасности. Каждый раз, возвращаясь в гостиницу, подвергаешься проверке на входе, и чем отель «звезднее», тем тщательнее проверяют.

Ставку на развитие туризма и образования Иордания сделала всего четверть века назад. В 1994 году был подписан мирный договор с Израилем, а уже сегодня туризм приносит государству с шестимиллионным населением доход около миллиарда долларов в год. Для страны, не имеющей месторождений нефти, это серьезный ресурс модернизации. Иорданцы – народ деятельный, приветливый, но не назойливый, имеющий вменяемое руководство и твердо намеренный не упустить свой шанс. Забегая вперед, скажу, что удивила нас симпатия иорданцев к нам только за то, что мы русские, – непривычное чувство. Кто знал хотя бы пару слов по-русски, пытался заговорить с нами. На блокпостах, узнав от шофера, что он везет «рус», нас приветствовали и пропускали без задержек, лишь пару раз попросив для порядка открыть багажник. Многие здесь учились в СССР и РФ, домой вернулись с русскими женами (современные иорданские семьи моногамны), около 4% населения страны исповедует православие, ну и так далее.

 

Первое знакомство

 

В первый вечер, побросав в номерах вещи и наскоро перекусив, мы вышли прогуляться перед сном. Город, размером с Киев и крутизной улочек не уступающий Владивостоку, в плане похож на халу, нанизанную на проспект Захран. Скоростная трасса с туннелями, без перекрестков и светофоров, оказалась мало пригодна для пешей прогулки. Посреди узких тротуаров высажены деревья, обойти которые можно только по проезжей части. Завидев нас, таксисты притормаживали, сигналили, жестами предлагали подвезти и в недоумении уезжали. Им в голову не могло прийти, что люди гуляют здесь, да еще на ночь глядя. Удовольствие и вправду небольшое. Похожая на жесть пыльная листва, запах паленой резины от проносящихся машин и чужое небо с лежачим полумесяцем над головой. Все вокруг закрыто – ничего не оставалось, как вернуться в отель и завалиться спать.

Зато утро субботы, когда у всех госслужащих еще выходной, выдалось восхитительным – солнечным и ленивым.

Из подъехавшего микроавтобуса вышли наши гид и водитель. Гид Суфьян – миниатюрного телосложения, похож на Азнавура и даже картавит, как он. В Тбилиси, где он учился, его принимали за армянина. Оттуда кроме диплома строителя Суфьян привез жену, недавно принявшую ислам из практических и юридических соображений. В мечеть не ходят, имеют двух дочерей – студентку Илону и школьницу Дану, в семье разговаривают по-русски.

Водитель Махмуд – огромный, молчаливый и черноусый иорданский палестинец, смахивающий на турка. Немного говорит по-английски неожиданно ломким голосом. Долго работал автомехаником на заводах Ferrari и Lamborgini в Кувейте, где его соседкой была нынешняя королева Иордании. Вот уже шесть лет работает на Джей-Ти-Би. На всех туристических объектах и блокпостах, в ресторанах, где мы обедали, и в городках, через которые проезжали, у него знакомые и приятели. Водитель-гонщик с железной выдержкой на похвалы отвечает с достоинством: «Это моя работа, сэр!» В такой компании мы и отправились знакомиться с Иорданией.

 

Амман

 

По соседству с самой большой в стране мечетью Абдаллы I Основателя стоят две церкви – коптская и греческая. С определенного часа мечеть открыта для туристов. Внутреннее устройство производит сильное впечатление. Что-то было уже в зрелище неприкаянной обуви, не допущенной внутрь. Разувшись, я шагнул в раскрытые двери.Читать дальше >>>