Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

Korean Air названа лучшей авиакомпанией  для бизнес-путешественников по версии Russian Business Travel & Mice Award. Крупнейший южнокорейский авиаперевозчик выполняет рейсы в Москву, Санкт-Петербург, Иркутск и Владивосток


На Lazuli - по лазури

Как разобраться в сонме египетских богов и фараонов, не запутаться в гробницах и храмах, стоящих на берегах Нила? Наталья Якубова легко разгадала древний ребус, неспешно путешествуя на настоящей нильской дахабии
текст:
Египет

Жаркое египетское солнце, божественный Ра, багровым шаром поднималось над вершинами далеких гор. Стоя на палубе круизного корабля Lazuli, пришвартованного у набережной Луксора, я пыталась представить, как выглядел этот город три тысячи лет назад – блестящая столица Египта во времена Среднего царства на восточном берегу Нила. Отсюда в течение полутора тысячелетий фараоны управляли огромной страной. Они разбивали сады, строили дворцы и величественные храмы. Самый большой из них – окрашенный в розовые тона храмовый комплекс Карнак – в лучах утреннего солнца выглядел великолепно. Среди его гигантских колонн гуляло гулкое эхо, и на секунду мне показалось, что я слышу голоса жрецов, читающих таинственные заклинания.

На правом берегу Великой реки цари Египта жили, на левом – в Городе Мертвых – пытались найти вечный покой, еще при жизни сооружая для себя роскошные гробницы в толще скал.

Наивные. Людская алчность пощадила только одну из них – гробницу юного Тутанхамона, сокровищами которой сегодня восторгается весь мир. Но росписи в царских усыпальницах по-прежнему ярки и сочны. Художники, кажется, смогли обмануть время. Со стен на меня смотрели египетские боги и богини, нарисованные будто вчера: изящная властительница космического порядка Маат, держащая в руках перышко судьбы, бог смерти Анубис с головой шакала, пожирательница сердец грешников кровожадная Аммут. Остается, правда, загадкой – помогли ли они душам владык переселиться в страну Нут.

Жара почти спала, когда я наконец-то добралась до гробницы Тутмоса III в самом дальнем конце Долины царей. Попасть внутрь оказалось делом непростым – вначале пришлось подниматься по крутой деревянной лестнице метров на 30, затем, уже в гробнице, примерно столько же спускаться по вырубленному в скале коридору и по узкому мостику перейти через шахту – ловушку для грабителей. И вдруг внутри гробницы мне стало страшно, по-настоящему страшно – то ли из-за нехватки кислорода, то ли из-за будоражащего воображение проклятия фараонов. Захотелось скорее наверх. На воздух. На берега Нила.

Вечером у Луксорской набережной трудно припарковаться. Не на суше – на воде. Несколько десятков круизных кораб­лей поджидают своих пассажиров в нильской акватории, чтобы отправиться вверх по реке. Но свой Lazuli я нахожу без труда. От прочих его отличает изящный двухпалубный силуэт и два косых, как у фелуки, паруса – на носу и на корме. Такой тип судна называется мудреным арабским словом «дахабия». До 1880 года дахабии составляли основу круизного флота небезыз­вестного Томаса Кука, который первым превратил опасное плавание по великой реке в элитный отдых. Lazuli, конечно, копия кораблей, на которых путешествовали по Нилу турецкие паши и английские аристократы. Но копия, надо признаться, удачная, весьма органично сочетающая восточную роскошь и комфорт XXI века.

Короткие египетские сумерки быстро сменила тьма, в которой исчезли силуэты и Города Мертвых, и города живых. С берега на берег потянулись протяжные молитвы муэдзинов. Вторя им, Lazuli издал короткий гудок, отчалил и взял курс на Асуан.

Рано утром я проснулась от ощущения полной тишины. Опустив паруса, Lazuli безмятежно стоял посреди Нила в очереди к шлюзу у городка Эсна. Рядом с нами томились еще два десятка круизных теплоходов. Вынужденной остановкой активно пользовались предприимчивые торговцы, курсирующие на лодках между кораблями. Мое появление на палубе вызвало среди них небывалое воодушевление. Предложения посыпались одно интереснее другого, причем, в буквальном смысле слова: первой к моим ногам шлепнулась скатанная в тугой комок красная шаль, за которую просили всего пять египетских фунтов, потом синяя галабея – за двадцать.

Отказываться пришлось с той же бесцеремонностью – по возможности метко покидать все вещи назад в болтающуюся где-то внизу лодку.

В отличие от героев романа Агаты Кристи «Смерть на Ниле», никаких трагических последствий мое плавание не предвещало. Пассажиры шести роскошных кают Lazuli напоминали, скорее, обитателей Ноева ковчега: французская пара молодоженов, штудирующие путеводители немцы, два английских джентльмена, шумная итальянская семья и две юные японки, яростно расстреливающие из фотокамер живописные берега, мало изменившиеся со времен многочисленных Рамзесов и Аменхотепов. Вдоль реки, то подступая, то удаляясь от нее, тянулись два горных хребта, защищая прибрежную зелень от горячих ветров пустыни. Мимо проплывали не тронутые цивилизацией пейзажи – пальмовые рощи, полные пернатой живности прибрежные заросли, крытые соломой дома, рядом с которыми трудолюбивые ослики крутили большие водяные колеса.

В Эдфу, небольшом пыльном городке на западном берегу Нила, Lazuli поджидала целая вереница конных экипажей, готовых за символическую плату отвезти любого на другой конец города к главному здешнему сокровищу – храму бога Гора.

Транспортное средство позапрошлого века выглядело скорее живописным, чем удобным, но я все же взобралась на его кожаное сиденье.

Основательность возницы обнадеживала, а разноцветные флажки и амулеты придавали повозке сходство с детским аттракционом. Подпрыгивая на кочках, мы мчались, отчаянно сигналя, позвякивая всеми амулетами – подмигивая «глазами Аллаха» и покачивая «ручками Фатимы». Нас то и дело обгоняли местные маршрутки – небольшие, набитые людьми фургончики с распахнутыми настежь задними дверями. Те, кто не поместился внутрь, каким-то чудом держались снаружи и даже умуд­рялись махать мне рукой. Перед входом в храм наш корабельный десант стерегли торговцы всем, что только есть в Египте. Я мужественно пробиралась сквозь строй людей, наперебой предлагающих мне папирусы, мраморных богов и фараонов, фотопленку, бейсболки, бутылки кока-колы и снова богов и фараонов. Но разве могли интересовать меня египетские сувениры, когда рядом был храм, смотревшийся так, будто с него только-только убрали строительные леса. Ровесник Клеопатры, он сохранился в первозданном виде благодаря людской забывчивости. До середины XIX века огромное сооружение было почти полностью занесено песком. Уцелела даже святая святых храма, доступная только жрецам высшего ранга – алтарь, где совершались жертвоприношения и куда сходил сам бог неба Гор с головой сокола.

Приятная особенность Lazuli в том, что в отличие от больших круизных лайнеров он способен пристать к берегу в любом живописном месте. Например, у острова Фаваза, где нас ждали накрытые к ужину столы. На этот веселый междусобойчик у костра все оделись по-местному. Точнее, кто во что горазд – бурнусы, арафатки, галабеи, шали, прозрачные шаровары, шлепанцы с загнутыми носами, взятые напрокат в корабельной гардеробной. Я выбрала некое подобие головного убора египетской царицы. Сидя за низеньким столиком и покуривая каль­ян, очень легко чувствовать себя Нефертити или на худой конец Клеопатрой.

Наш корабль причалил в Ком-Омбо поздней ночью. Яркие лучи прожекторов выхватывали из темноты очередной древний храм. Ночью он был закрыт, и мне оставалось только поднять полог и нырнуть в одну из увешанных коврами нубийских палаток у его подножья. Внутри на подушках уже сидели французы с нашего корабля. Передо мной тут же появилась медная джезва с ароматным кофе и, едва я успела сделать первый глоток, начался концерт. Пятеро невероятно худых музыкантов на неведомых мне инструментах аккомпанировали певцу, исполнявшему длинную песню о верблюде, страдающем от неразделенной любви к красивой девушке. После каждого куплета делался небольшой перерыв для неназойливого сбора пожертвований от благодарных слушателей. Мои пять фунтов (честно говоря, мельче купюры просто не нашлось) привели музыкантов в неописуемый восторг. Конец баллады про влюбленного верблюда они исполнили только для меня.

После завтрака пассажиры десятков круизных теплоходов, пришвартованных у пристани, разом устремляются на осмотр храма Ком-Омбо, одна половина которого посвящена богу-соколу Гору, другая – богу-крокодилу Себеку. Правда, крокодилов, когда-то в изобилии водившихся в водах Нила, увидеть не пришлось. Зато в дальней части храма я обнаружила глубокий колодец, в котором жрецы разводили божественных рептилий, а в небольшом святилище богини Хатхор – целую коллекцию зубастых мумий.

От Ком-Омбо не более трех часов хода до Асуана – уютного города, где дома в шесть этажей на набережной Корниш кажутся небоскребами. Единственное исключение – хайтековский отель Oberoi на острове Слона, делящем реку на два рукава. После обеда соблазняюсь предложением шкипера небольшой моторной лодки, который обещает отвезти через нильские пороги на западный берег к пляжу с кристально чистой водой. На противоположном берегу обнаруживаю выставку-продажу местных сувениров. Рядом в тени чахлых деревцов отдыхали десятка полтора оседланных верблюдов. Искупавшись, устраиваюсь на бархатном песочке и метрах в десяти замечаю темнокожего нубийца средних лет. Слышу: Where are you from? Отвечаю и знакомлюсь с Али – начальником местного пляжа. Али ничего не пытается продать, ему просто хочется поговорить. Русских он помнит еще со времен строительства Большой Асуанской плотины, что в 13 км выше по течению, но лучше всех знает Романа Абрамовича – потому что болеет за «Челси». В знак особого расположения Али предложил мне бесплатный трансфер на верблюде до ближайшей нубийской деревни. Корабль пустыни доставил меня туда минут за двадцать. Невысокие дома деревни, украшенные ярким орнаментом, сложены из кирпича-сырца и архитектурных шедевров я не увидела, зато сделала татуировку хной на ладонях (смылась за два дня) и подержала в руках живого крокодила – примерно метровой длины, сытого и оттого совершенно равнодушного ко всем проявлениям человеческого любопытства.

Оказаться в Асуане и не доехать до грандиозного храма Абу-Симбел, построенного фараоном Рамзесом II, чтобы показать южным соседям, кто в Африке хозяин, по крайней мере, неразумно. Храм расположен в 300 км от Асуана и добираться до него можно по-разному. Самый распространенный способ – на автобусе через Нубийскую пустыню, самый неспешный – на теплоходе по озеру Насер. Я выбрала самый быстрый – самолет. Через пару минут после взлета внизу в иллюминаторе показалась Большая Асуанская плотина. К югу от ее мощного тела на 500 км простирается огромное искусственное море, по объему превышающее три годовых стока великой реки – главное богатство и залог благополучия целой страны. И одновременно главная угроза. Если вся эта масса воды, не приведи Аллах, рухнет вниз, Египет вплоть до Каира просто смоет с лица земли. Еще через полчаса я стояла перед четырьмя колоссальными статуями высотой 22 метра, стерегущими вход в самый необычный храм Древнего Египта. У дальней стены уходящего на 60 метров в глубь скалы святилища установлены изваяния Птаха, Амона-Ра, Рамзеса и Ра-Хорахти. Солнечные лучи проникают в этот уголок подземелья лишь дважды в год – 22 февраля и 22 октяб­ря, освещая почти всю божественную четверку, и только сидящий слева бог тьмы Птах, в соответствии со своим статусом, всегда остается в тени.

Оставшееся в Асуане время решаю посвятить богине Изиде, вернее, воздвигнутому в ее честь храму на острове Филе. Жрицы богини дважды в день и дважды за ночь совершали омовения в водах Нила, чтобы сохранить свою чистоту. Даже спус­тя много лет после принятия ислама паломники продолжали приходить сюда и просить исцеления у божественной матери всех фараонов. Храм особенно красив на закате, когда садящееся за горизонт солнце делает воды реки похожими на расплавленное золото. На корабль я вернулась затемно, чтобы собрать вещи и бросить в Нил монету на прощание. На вокзале меня ждал ночной поезд до Каира. Но это, как говорила Шахерезада, уже совсем другая история.

11.05.2011
Теги: