В каждой фотографии есть ощущение смерти, неодолимо притягивающее нас. Человека, изображенного на ней, быть может, уже давно нет, но ты можешь заглянуть ему в глаза.

В каком-то смысле фотография противоречит непреложным законам природы – это некое подобие бессмертия. Но ее достоверность, восторгавшая первых свидетелей, играет с их потомками дурную шутку. Сегодня, имея возможность умножать свой облик в тысячах изображений, человек теряет чувство собственной уникальности.

Взгляните на фото начала прошлого века – люди нарядно одеты, их позы напряженны, они присутствуют при неком действе, механизм которого для них непонятен и загадочен. Сами словесные обороты того времени свидетельствуют о серьезности их отношения: «Я снял с себя фотографию и послал карточку по почте».

Нынешняя легкость получения фотографии превращает процесс раздушевления человека в праздничный карнавал, мы тиражируем собственные копии, поправляем в графическом редакторе неудачный снимок, осветляем лицо, наводим глянец, и вот уже некий «фотографический» человек замещает оригинал. Простота обращения и яркость этого цифрового мира захватывают и увлекают настолько, что нам уже кажется, что в действительности и трава не так зелена, и небо не столь голубое, как на наших новеньких снимках.

Но удивительная вещь, мы полностью доверяем старым фотографиям, их облупившемуся эмульсионному слою, паутине трещин, загнутым уголкам и потертым краям. Конечно, это флер времени, год за годом невесомыми слоями оседавший на этих карточках. Но, быть может, дело еще и в том, что фотография – не остановленное мгновение, а мгновение бесконечно длящееся, где свет все так же проходит сквозь объектив, чтобы быть пойманным серебром пленки.

Каждая фотография – неразрешима: снег бесконечно будет падать на мост и набережную; человек, в задумчивости прижавший ладонь с дымящейся сигаретой ко лбу, не сдвинется с места, и сигарета никогда не догорит, а маленькая лодочка так и не достигнет поворота канала, чтобы скрыться с наших глаз.

Напряжение, приковывающее внимание, рождено потоком жизни, остановленным в кадре: нежность, любовь, страх, доверие. Глядя на снимки, мы входим в пространство, где эти чувства обретают особую интенсивность оттого, что жаждут сбыться, но не могут. И взгляд не способен вырваться из этого замкнутого пространства.

Фотограф сродни художнику с той лишь разницей, что его участие в кадре сведено к минимуму. Все его приемы имеют лишь техническое значение – как выстроить свет и композицию, выставить верную экспозицию. Но создает фотографию не это, а некий летучий элемент, свободный дух творчества, воплощенный в одном лишь взгляде, проникающем в естество жизни и выхватывающем ее неуловимые оттенки… Щелчок, и фотограф прячет частицу чудесного в небольшую коробочку.

Точности этого взгляда не нужен цвет. Он избыточен, он обманывает, внушая иллюзию, что пространство кадра – обжитое и уютное, что в нем можно комфортно существовать. Поэтому не случайно почти все снимки, тревожащие наше внимание, – черно-белые. Сорванные покровы цвета обнажают фактуру, изнанку существования, его основы, и жизнь предстает перед зрителем в своей обнаженности.

Такова магия этого странного искусства, волшебство, позволяющее нам стать на какое-то время Другим и увидеть мир его глазами, глазами охотника за мгновениями, наполненными смыслом. geo_icon