Признаться откровенно, фотография никогда не интересовала меня всерьез. Ее полезность и даже необходимость я впервые ощутил лишь тогда, когда читал книги Даррелла: живой слог и мягкий английский юмор делали его рассказы незабываемыми, но не слишком богатая фантазия мешала мне насладиться ими в полной мере. Очень точные и пространные описания встреченных автором птиц и зверей вызывали больше разочарования, чем радости, ибо передать красоту природы словами не легче, чем описать вкус экзотического блюда – все равно, пока вы его не попробуете, представления о нем не получите. Но книги Даррелла остались в прошлом, жизнь пошла дальше и места для серьезного увлечения фотографией в ней находилось. Все изменилось пару лет назад во время отдыха на одном из озер в Кавголово, что примерно в двадцати-тридцати километрах от Питера.

От нечего делать я следил за местными кузнечиками – мелкие, невзрачные, не стоящие моего времени. Но когда замученный жарой я спрятался в тенек, то увидел, как неподалеку приземлилось что-то крупное и неопознанное. Опознавать я не спешил, не ожидая ничего особенного; да и что, скажите на милость, особенного может быть в Ленинградской области? Лишь созрев для купания, я решил посмотреть, что ж там все-таки село, и к своему немалому удивлению обнаружил кузнечика размером с указательный палец. При этом я говорю не об указательном пальце слесаря, легкомысленно нарушавшего правила техники безопасности и потерявшего пару-тройку фаланг, а о вполне нормальном среднестатистическим указательном пальце нормального, среднестатистического мужика (особо любознательные могут почерпнуть сведения о длине мужских указательных пальцев в Государственном комитете по статистике).

Сразу скажу, что на этом озере я отдыхал много лет, но такого монстра не видел ни разу, а потому, вступив в неравную борьбу с насекомым, я запихал-таки его в пластиковую полупрозрачную коробку, дабы исключить возможность бегства. Лишь много позже я узнал о хищном характере кузнечиков и осознал опасность, которой я себя подвергал в ходе этой борьбы, рискуя лишиться одной из фаланг и стать похожим на легкомысленного слесаря. Сейчас, обладая некоторыми познаниями в этой области, зная, как любят кузнечики перекусить всякой живностью, включая и себе подобных, я бы воздержался от подобного поединка, что лишний раз доказывает двойственную природу мужественных поступков, источником которых в равной степени являются смелость и невежество.

Тогда же я предоставил своей жертве некоторое время побиться головой о стены ее узилища и достигнуть тем самым более миролюбивогого состояния, а сам расчехлил имевшийся в наличии фотоаппарат. Сделанный этой камерой снимок можно смело считать отправной точкой в моей «карьере» фотографа-натуралиста.

Так уж устроен человек – чего он не имеет, всегда кажется больше того, что он имеет. Вот и мне на следующий день Крупные Зеленые Кузнечики казались несравненно мельче того, что я поймал накануне. Нельзя исключать, что так оно и было на самом деле; вполне возможно, в течении суток произошла смена поколений и постаревшие за ночь гиганты сидели теперь где-нибудь на лесной опушке и насмешливо посматривали на мелкую, зеленую молодежь, вспоминая времена, когда мужчины были такими крупными, что не могли добраться до середины травинки, не пригнув ее к земле, а женщины – столь добродетельны, что никогда этим не пользовались; по-крайней мере, так думали мужчины, не способные добраться до середины травинки и окинуть взором окрестности.

Как бы то ни было, но в этот день мне попадались в основном мизинцеобразные субъекты нового поколения, которые компенсировали свои скромные размеры отсутствием страха перед камерой, вследствие чего мне даже удалось сделать пару приличных портретов. Единственное, что в них не радовало – это остекленелые глаза. Не думаю, чтобы их владельцы чем-то сильно злоупотребили накануне, но вид был такой, будто злоупотребили всем сразу. Причем если у некоторых из них лишь один ус подчинился земному тяготению, в то время как второй продолжал упорно стремиться ввысь, позволяя лелеять надежду на скорое возрождение его обладателя, то при взгляде на других глаз не находил ничего, что внушало бы оптимизм. Читать дальше >>>