Новости партнеров


GEO приглашает

Бесплатный проезд на городском транспорте и скидки на посещение городских достопримечательностей —  карта Jerusalem City Pass сэкономит вам время и деньги


GEO рекомендует

Бренд Röndell дополнил ассортимент посуды из нержавеющей стали эргономичным набором  Savvy - RDS-940


Новости партнеров

Испепеляющая страсть

Оливье Грюневальд без сожаления променял спокойную жизнь рекламного фотографа на полную риска одиссею охотника за извержениями вулканов.
текст: Оливье Грюневальд
Тавурвур, Папуа-Новая Гвинея

Плотные облака громоздятся над краем кратера Ол-Доиньо-Ленгаи. При шквальном ветре на высоте почти в три тысячи метров перед палатками стоят люди, поеживаясь от холода. Здесь наверху, у внутренней стены кратера, попавший в его воронку ветер хлещет в лицо клубами лавовой пыли. Но вовсе не это портит настроение: люди ожидали куда более неистового хаоса – из-под земли. А вулкан бездействует. Только плюется вонючим дымом, от которого невероятно слезятся глаза – из-за большого количества содержащейся в нем серы.

За несколько месяцев до этого французский фотограф Оливье Грюневальд собрал команду из восьми вулканологов-любителей, которые отправились в Танзанию к Ол-Доиньо-Ленгаи, чтобы в одну из июльских ночей 2004 года при полной луне заглянуть в самое нутро вулкана. 35 носильщиков втащили снаряжение к палаточному лагерю и спустились вниз, оставив приезжих энтузиастов наедине с горой.

Эта экспедиция должна была стать юбилейной. Ровно 100 лет назад первое путешествие на Ол-Доиньо-Ленгаи предпринял немецкий географ Фриц Йегер. Правильный конус вулкана как будто вырастает из саванны. Это земля масаев. При хорошей погоде с вершины можно увидеть содовые озера и выгоны Серенгети. На склонах вулкана резвятся павианы, а леопарды время от времени заглядывают за край кратера.

Грюневальд много лет мечтал о том, чтобы сфотографировать Ол-Доиньо-Ленгаи во время извержения. В своем глобальном фотопроекте он задействовал уже более десяти вулканов. До сих пор удача сопутствовала ему, а теперь вот не повезло. Оливье не в духе, он отправляется в свою палатку – чистить запылившиеся ­объективы.

Масаи называют Ол-Доиньо-Ленгаи «горой богов», его извержения символизируют для них гнев божества Енгаи. Для геологов же он представляет собой классический стратовулкан в восточноафриканской системе разломов. Тем не менее он уникален: из-за лавы, которую вулкан постоянно выбрасывает из своих расщелин в виде стружки, пузырей или низвергающихся потоков. Она содержит мало силиката, по цвету – черная, температура всего 600°C и по текучести, как вода. На солнце ее кристаллические компоненты (карбонат натрия) сверкают словно алмазы. В тумане, наоборот, лава становится почти невидимой – незаметно стекая по склонам, она застигает врасплох туристов, неожиданно обнаруживающих свою обувь горящей.

Оливье Грюневальд и его спутники осознавали опасность этой натрокарбонатитной лавы. В 2002 году стремительная ее волна сожгла часть палаточного лагеря вулканологов и причинила одному из проводников тяжелые раны. Поэтому на этот раз экспедиция разбила лагерь не в активном северном кратере, а на его краю. В случае сильного извержения у людей будет на две-три минуты больше для эвакуации из опасной зоны.

Ветер немного стих, и Грюневальд, сощурив глаза, всматривается в высшей степени странный окружающий ландшафт. Потому что карбонатитная лава из-за контакта с воздухом в течение нескольких дней становится коричневой, затем серой и наконец линяет до белого, создавая впечатление, что весь котел кратера обмазан чем-то грязно-бежевым. Мало что может различить фотограф в тумане, между облаками пыли и горной породой: только мелкие фумаролы (участки выброса вулканических газов), именуемые также «горнитос», и магматический расплав, который дождь превратил в грязную, светло-коричневую пудру. Люди вязли в ней, как в карамельном пудинге, когда ходили в первые разведывательные походы.

Обманчивый покой продолжался два дня. Тем не менее группа расставила в кратере на ночь дежурные посты, связанные с лагерем по радио. На вулкане, как на корабле: кто-то всегда должен быть начеку.

Очередь Грюневальда наступила на четвертую ночь. Он удобно уселся на еще теплую подушку лавы и с тихой радостью наблюдал, как постепенно рассеиваются облака и полная луна освещает светлый кратер. Чем яснее становилось небо и сильнее мерцали звезды, тем ярче блестела вулканическая порода, создавая призрачную и прекрасную картину.

Когда Оливье начинал от усталости клевать носом, он старался будить себя собственным криком. Странная – даже немного зловещая – тишина повисла над кратером, и опыт подсказывал фотографу, что это – затишье перед бурей. Доверяя предчувствию, он вскочил, закричал в радиопередатчик: «Внимание!» – и бросился бежать, на ходу распаковывая камеру. Через несколько секунд шагах в двадцати от него рухнула пятиметровая стена. Светло-оранжевая раскаленная лава вырвалась наружу и устремилась мимо фотографа в направлении лагеря.

Сигнал тревоги поднял там всех на ноги еще до того момента, как поток оказался в опасной близости. Грюневальду, у которого перед глазами только что взорвался горнитос, передали отбой тревоги: источник кипел слишком слабо, чтобы добраться до лагеря. Но навстречу Оливье уже мчались его спутники в надежде запечатлеть раскаленный поток. Однако лава утратила свой цвет быстрее, чем они оказались у заветной цели.

В утешение им расщелина клокотала, всхлипывала и плевалась всю ночь. Свежая лава, подобно светящейся воде, с шумом переваливаясь через крутой склон, уходила в кратер. Онемевшие от удивления люди столпились на краю лужи, наблюдая стремительное изменение цвета от оранжевого до черного. Но самые потрясающие минуты они пережили во время почти пятнадцатиминутного восхода солнца, когда лава вдруг стала тлеть сочным розовым цветом, будто земляничное повидло, совершенно не напоминая текучую горную ­породу.

И сегодня Оливье Грюневальд называет извержение Ол-Доиньо-Ленгаи при полной луне самым грандиозным и волнительным впечатлением из тех, что он пережил в своих многочисленных экспедициях к вулканам.

А на втором месте в его личном рейтинге находится самое большое лавовое озеро в мире – Ньирагонго на территории Демократической Республики Конго. Огненно-красная лава там неустанно клокочет в недрах земли. Как и в Танзании, плотные облака клубятся над этим ведьминым котлом.

Во время экспедиции в июне 2006 года у Грюневальда было только три-четыре часа хорошей видимости. Он вспоминает, что фотографировал тогда «в полном трансе»: «Я был абсолютно потрясен творящимся подо мной хаосом, как будто на моих глазах рождалась новая планета».

Итальянскую Этну Грюневальд почти любовно называет своей «домашней горой». Он наблюдал ее извержения собственными глазами несколько раз, вулкан поражал фотографа то искрометным фейерверком, то серым пепельным дождем, то смертельно опасным огнепадом или видом мирно стекающих по склонам горы потоков лавы.

Конечно, к свиданию с действующим вулканом необходимо тщательно подготовиться: продумать снаряжение, изучить маршрут, прогнозы и рекомендации сейсмологов и профессиональных вулканологов. Например, отправляясь в Танзанию к Ол-Доиньо-Ленгаи, в качестве защиты от карбонатитной лавы надевают толстые кожаные сапоги и хлопчатобумажные носки, которые, в отличие от нейлоновых, если возникает реальная опасность, только горят, но не плавятся. Наконец, новичкам в деле наблюдения за вулканами непременно стоит договориться с опытным проводником.

Если меры предосторожности соблюдены по максимуму, бояться нечего. Рядом с любым вулканом мира. В этом Оливье Грюневальд абсолютно убежден, иначе он никогда бы не отважился на захватывающую и полную невероятных впечатлений одиссею по огнедышащим горам.

Вулканы для него – будь это Танзания, Конго или Италия – всегда «сенсационно», «захватывающе», «сногсшибательно» и почти никогда – «опасно». «Больше всего я рискую сломать ногу от усталости на обратном пути, – говорит Грюневальд. – Или вот в Конго я оказался между двух противоборствующих армий. Люди порой могут быть опаснее огня и вулканического пепла».

11.05.2011
Теги:
Связанные по тегам статьи: