Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Смена декораций

Пекин мертв, да здравствует Пекин! Прежняя столица уступает место новому городу, который рождается прямо на наших глазах
текст: Пьер Аски
Дорогой Императоров

 

Китайская столица стремительно преображается, и сквозь новые очертания все реже проглядывают черты ее былого облика. Прямо на наших глазах исчезает целый мир – прежний, знакомый Пекин.

 Однако старый город умирает вовсе не под звуки унылого похоронного марша. Столица Китая охвачена радостным возбуждением – Пекин гудит от перемен... Что за город накануне Олимпийских игр 2008 года появится на месте одноэтажного Пекина с его кривыми узкими переулками – хутунами – и вечно спешащими велосипедистами? Какими будут завтрашние пекинцы – жители новой столицы, вознесшейся ввысь своими башнями из стекла и бетона? Сегодня еще никто не знает этого наверняка.

 Даже холодной зимой в пекинских парках с самого рассвета плавно и элегантно «танцуют» пожилые любители тай-цзи, древней оздоровительной гимнастики. А рядом, в спортклубах западного типа, за огромными стеклянными окнами молодые пекинцы, вооружившись МР3-плейерами и наушниками, несутся по движущимся беговым дорожкам – точь-в-точь, как поклонники фитнеса в Париже, Нью-Йорке или Гонконге. В тех же парках по-прежнему ждут клиентов уличные цирюльники. Но молодежь выбирает современные салоны красоты, где до глубокой ночи громыхает поп-музыка и толкутся модники с высветленными прядями.

 В моем квартале Дунчэн, в хутунах к северу от Запретного города, еще прячется маленькая фабрика. На ней производят угольные брикеты для печей-буржуек – без них в Пекине все бы давно замерзли. Со смены рабочие идут перемазанные сажей – точь-в-точь угольщики какого-то европейского города конца XIX века. А на окраинах жильцы современных многоквартирных домов уже пользуются центральным отоплением. Примеры этой неравной борьбы между старым и новым, между отголосками вчерашнего дня и прообразом дня грядущего в Пекине можно находить бесконечно.

 

 

Пожилой интеллектуал Ху Пинфан переехал в столицу полвека назад. В своей городской усадьбе сыхэюань в квартале Дунси он живет по старинке: дом, вся обстановка, квадратный дворик, да и сам хозяин словно сошли со страниц романа «Четыре поколения одной семьи» писателя Лао Шэ, хроникера дореволюционной пекинской жизни. В те времена столицу окружали не нынешние кольцевые дороги, а крепостные стены. Вот и в доме Ху Пинфана все по-прежнему, но за пределами его дворика вас ждет совершенно новый Пекин.

 Недавно по соседству поселился американец, который открыл в столице шикарный ресторан в стиле эпохи «культурной революции». «Вместе с Пекином меняются и его жители. Жаль, что развитие подчас влечет за собой утрату традиций, – сетует Ху Пинфан. – Этот процесс уже пережили многие города. Но некоторые, например, Париж, успели вовремя опомниться. Их потери не так велики. Остальные же, и в их числе наш Пекин, мчатся вперед без оглядки».

 Тем не менее этот защитник старого Пекина не собирается предаваться ностальгии. «Какой смысл сожалеть о старом? Перемены нельзя остановить, они неизбежны», – говорит он. Пинфан  восхищается комфортными квартирами в пекинских многоэтажках, с любовью вспоминает прежние добрососедские отношения. «Раньше можно было оставить ключ от дома у какого-нибудь соседа-старика».

 

На этот счет у китайцев есть  пословица: «Родители, которые живут далеко, не стоят соседа поблизости». Теперь все иначе: пекинцы больше не общаются с соседями, не ходят к ним в гости...

 

 

Пекин все более напоминает другие мегаполисы мира. Это беспокоит не только седого профессора. Коренной пекинец Ху Син, сорокалетний писатель-маргинал, отказавшийся принимать культуру потребления, жестко отзывается о преображении родного города. «Пекин больше ни на что не похож. В этом городе больше нет культуры. Все разрушили – а что взамен? Фаллические высотки, которые красноречиво свидетельствуют о тайных желаниях своих создателей. Это архитектура в стиле «виагра», – заключает он убийственной формулировкой.

 На одном из китайских интернет-форумов, редком островке и без того относительной свободы, Ху Син даже предложил перенести столицу из Пекина в засушливый и бедный Яньань в северо-западной провинции Шэньси. Именно там в свое время Мао устроил первую «красную базу». Писатель-бунтарь просто острил, хотел показать, что в Пекине он задыхается. Но участникам форума понравилась идея отрицания современного Пекина и возвращения к истокам.

Чтобы Пекин перестал быть столицей? Большинство китайцев не могут этого даже представить. Ведь сегодня вся жизнь в стране вращается вокруг северного мегаполиса – именно ему предоставлена честь провести Олимпийские игры в 2008 году. Пекинские интеллектуалы не желают это принимать? Зато простой человек с улицы с гордостью наблюдает за бурным возрождением – его восхищают выросшие в мгновение ока небоскребы, многополосные автомагистрали и развязки, кричащая реклама и торговые центры – точные копии американских моллов.

 «Мои друзья из провинции считают нас ужасно заносчивыми, – говорит Ху Син. – Ведь пекинцы уверены, что знают о жизни больше других». Несмотря на свое высокомерие, жители столицы всегда пользовались уважением в Китае. К ним до сих пор относятся с почтением. Как-то в глухом провинциальном городишке нашу машину окружили недоверчивые милиционеры в штатском. Сопровождавшая меня китаянка опустила стекло и агрессивно спросила: «Кто вы такие? Вот я – пекинка!» Милиционеры тут же отступили назад… В сознании китайцев империя по-прежнему жива – и Пекин остается ее сердцем.

11.05.2011