Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

Korean Air названа лучшей авиакомпанией  для бизнес-путешественников по версии Russian Business Travel & Mice Award. Крупнейший южнокорейский авиаперевозчик выполняет рейсы в Москву, Санкт-Петербург, Иркутск и Владивосток


Прерванный полет

Самая известная женщина в истории авиации Амелия Эрхарт всю жизнь отчаянно рвалась в небо, устанавливая рекорд за рекордом.
текст: Вадим Эрлихман
Амелия Эрхарт

Она всегда отличалась от других женщин. Еще в детстве, в канзасском городке Атчисон, бабушка с неодобрением говорила маленькой Мели, что она похожа не на девочку из приличной семьи, а на мальчишку-сорванца. Так и было: растрепанные соломенные вихры, веснушки и вечные попытки нацепить вместо нарядного платья штаны и ковбойку. Под стать внешности были и занятия – носиться по улицам с ватагой ребят, лазать по деревьям и стрелять по крысам из дедушкиного ружья. Дед Мели, Альфред Отис, был важной персоно – городским судьей, и не слишком одобрял союз дочери с неимущим адвокатом Эдвином Эрхартом. Не выдержав упреков тестя, Эдвин оставил частную практику и устроился работать на железную дорогу. Но и там ему не везло: изобретения, которые он пытался внедрить, не приносили ни славы, ни денег. От огорчения он стал прикладываться к бутылке, и в семье начались скандалы.

Родившаяся в июле 1897 года Амелия не очень-то замечала эти неурядицы – она мечтала о приключениях. Свой первый полет она совершила в шесть лет – на самодельных санках с обледенелой крыши сарая. Синяки и ужас родителей не умерили ее пыла: «Я летела! По-настоящему летела!» В свои предприятия она пыталась вовлечь и младшую сестру Мюриэл, но та, к ее разочарованию, предпочитала тихие игры с куклами. У Амелии куклы жили недолго – ей так хотелось посмотреть, что у них внутри!

В десять лет на ярмарке девочка впервые увидела аэроплан, но машина не вызвала у нее восторга: «Это были какие-то деревяшки, связанные ржавой проволокой. Ничего интересного. Помню, меня гораздо больше заинтересовала дурацкая шляпа с цветами персика, которую я купила за пятнадцать центов».

Из-за переездов семьи Мели пошла в школу только в 12 лет. Успехами не блистала, из предметов любила только химию и географию, к тому же дерзила учителям.

Родителям было не до ее учебы – их отношения были на грани разрыва. Из-за пьянства Эдвина выгнали с работы, и пришлось продать их чудесный старый дом – Амелия с тоской вспоминала это событие как конец своего детства. Вскоре Эми Эрхарт, прихватив дочерей, уехала от никчемного мужа в Чикаго. Там семья воссоединилась, но ненадолго – после первого же явления домой «на полусогнутых» Эдвину окончательно указали на дверь.

В Чикаго Амелия продолжала учебу, все острее чувствуя свое одиночество. У ее сверстниц начались романы, а ею парни почему-то не интересовались. Она пыталась модно одеваться и красить губы – не помогло. Может, потому, что она сама не могла ни в кого влюбиться? По совету подруги Мели даже пила таблетки, «углубляющие чувства», но и от них не было толку. Одноклассники вспоминала ее как «девушку в коричневом, которая всегда гуляла одна».

Решив, что семейное счастье ей не светит, Амелия задумалась о карьере. Она наклеивала в специальный альбом вырезки из газет о женщинах, достигших успеха в традиционно мужских областях – бизнес, реклама, адвокатура, даже бокс. Но тут в ее честолюбивые планы вмешалась война.

Навестив сестру, которая училась в Торонто, Мели увидела раненых канадских солдат, привезенных с фронтов Европы. Зрелище потрясло ее, и девушка, бросив колледж, устроилась медсестрой в военный госпиталь. Там ее настигла эпидемия гриппа 1917–1918 годов, унесшая миллионы жизней по всему миру. Амелия выжила, но болела долго и тяжело. Во время выздоровления она от нечего делать забрела на техническую выставку, где снова увидела аэроплан. Теперь он показался ей настоящим чудом – она глазела на неуклюжую «этажерку» до тех пор, пока пилот, высунувшись из кабины, не крикнул сердито: «Ну, чего уставилась! Дырку проглядишь!»

В следующем году Амелия начала учиться на врача, но учеба и на этот раз длилась недолго. В декабре 1920 года известный летчик Фрэнк Хоукс взял ее с собой в полет. Эти десять минут перевернули ее жизнь: «Едва оторвавшись от земли, я поняла, что буду летать сама, чего бы это ни стоило». К ее удивлению, оказалось, что женщины-пилоты уже есть, и одна из них – Нета Снук – даже дает уроки желающим научиться летать. Летные курсы в Калифорнии стоили дорого, денег у семьи не было, и Амелия полгода работала то телефонисткой, то фотографом, то шофером, чтобы накопить необходимую тысячу долларов. Потом начались занятия.

Нета с тревогой отметила, что новая ученица не желает тратить время на изучение теории, а поскорее рвется в небо. Вдобавок у нее совершенно отсутствовал страх. Очень скоро Амелия впервые попала в аварию – на взлете самолет не успел набрать высоту и врезался в рощу эвкалиптов. Когда Нета добежала до места крушения, ее подопечная восседала среди груды обломков и как ни в чем не бывало пудрила нос. «Должна же я выглядеть прилично, когда сбегутся репортеры», – пояснила она.

Вообразив себя бывалой летчицей, Амелия купила шлем и кожаную куртку, в которой спала пять ночей подряд, чтобы та приобрела поношенный вид. Свои соломенные кудри она остригла как можно короче и теперь почти не отличалась от летчиков-мужчин. Летом 1922 года она купила ярко-желтый биплан «Киннер Эйрстер», дав ему имя «Канарейка». И сразу же устремилась ввысь на 4000 метров, поставив рекорд высоты для женщин-авиаторов. После этого рекорд следовал за рекордом, и пресса прозвала Амелию «королевой воздуха». Хотя профессионалы, например, та же Нета Снук, считали, что Амелии элементарно не хватает опыта и технических знаний, а ее бесстрашие – скорее недостаток, мешающий трезво оценить обстановку. Зато у мисс Эрхарт открытый характер, чарующая (хоть и щербатая) улыбка и умение увлекательно рассказывать о своих приключениях – вот что ценят репортеры превыше всего.

Довольно скоро «Канарейку» пришлось продать – деньги понадобились матери, оставшейся после развода без всяких средств. Самолет купил бывший военный летчик, решивший тут же прокатить приятеля. Амелия стояла рядом и видела, как машина взмыла в небо – и вертикально рухнула вниз вместе с двумя мужчинами. Этот случай на время отвратил ее от авиации, и она устроилась работать в госпиталь в штате Массачусетс.

На этом ее карьера и кончилась бы, но тут на весь мир прогремел перелет Чарлза Линдберга через Атлантику. Известный издатель Джордж Путнем тут же уговорил героя написать (вернее подписать своим именем) книгу об этом событии, имевшую громадный успех. Вскоре он узнал, что 55?летняя феминистка Эми Гест собирается повторить подвиг Линдберга и уже купила самолет «Фоккер?VII». Однако врачи отсоветовали пожилой даме отправляться в полет, и она пообещала отдать самолет любой женщине, способной перелететь из Америки в Англию. Путнем сразу ухватился за этот шанс, предвкушая громадный интерес публики. Про «королеву воздуха» он вспомнил не только из-за ее громкой славы, но и потому, что она была фотогенична и очень похожа на Линдберга – ее даже называли «леди Линди».

В апреле 1928 года помощник Путнема позвонил Амелии и огорошил ее вопросом: «Хотите полететь через Атлантику?» Она с радостью согласилась, но вскоре узнала, что доверять ей штурвал никто не собирается. В полет на «Фоккере-VII» отправились опытные летчики Уилмер Стульц и Луис Гордон, а она проделала все 20 часов 40 минут пути в роли пассажирки – по ее собственным словам, «как мешок с картошкой».

Однако реклама сделала свое дело – 18 ию­ня в Англии их встречали ликующие толпы, скандирующие одно имя – «Амелия!» Она пыталась протестовать, но поняла, что это бесполезно. К тому же ее товарищи делали все, чтобы про них забыли – напивались, грубили, опоздали на прием к английскому королю. В итоге Эрхарт оказалась единственным триумфатором, но пообещала себе, что честно повторит полет сама.

В Америке ее ждал еще более громкий успех. Феминистки подняли ее на пьедестал, а акулы бизнеса платили огромные деньги за рекламу одежды, сигарет и, конечно же, самолетов. На нее была возложена важная миссия: убедить женщин не бояться авиации, что было не так-то легко – в то время только 2% американок решались пользоваться «дьявольским изобретением». Но она по-прежнему рвалась в небо – ее ждали новые рекорды высоты и дальности. В конце 1928 года она основала организацию женщин-пилотов «99», названную по числу участниц. И тогда же разорвала помолвку с инженером Чэпменом, окончательно решив, что не создана для семьи.

Ее мнение не изменилось и тогда, когда за ней начал ухаживать тот самый издатель Путнем. Вначале они дружили втроем с его женой Дороти, потом Путнем предложил Амелии руку и сердце. Она согласилась, но подсунула жениху брачный контракт, где он обязался не запрещать ей летать и носить мужскую одежду, не требовать супружеской верности. И, конечно, никаких детей! Путнем был огорошен, но контракт подписал – как бы то ни было, союз с королевой воздуха сулил ему новые прибыли. Сыновья издателя Дэвид и Джордж искренне привязались к неистощимой на выдумки мачехе (второй под ее влиянием стал пилотом).

Через год после свадьбы, в мае 1932 года, Амелия смогла осуществить свою мечту – одиночный полет через Атлантику на ярко-красном одномоторном самолете «Локхид Вега». Не обошлось без приключений – в 15?часовом полете машина сбилась с курса и приземлилась не в Англии, как планировала Эрхарт, а на крайнем севере Ирландии, посреди голого поля. «Где я?» – спросила летчица попавшегося навстречу пастуха. «На пастбище Галлахера», – ответил он, как будто это все объясняло. Только через двое суток она добралась до ближайшего города.

Этот эпизод еще больше упрочил славу Амелии – ее наградили высшими орденами сразу нескольких стран и объявили самой выдающейся женщиной года в США. Президент Гувер принимал героиню в Белом доме, а супруга следующего президента Элеонора Рузвельт стала ее близкой подругой. Амелия даже прокатила ее на самолете, едва не сведя с ума – она позволила себе совершить «маленький вираж».

Постепенно ее тяга к рекордам превращалась в болезненную манию. Она то ли в шутку, то ли всерьез говорила, что не сможет жить, когда побьет все воздушные рекорды. Публика изумлялась все новым ее полетам – из Гонолулу в Окленд (Калифорния), из Лос-Анджелеса в Мехико, из Мехико в Ньюарк (Нью-Джерси). В принципе, изумляло в них только то, что их без передышки совершала одна летчица, будто не знавшая усталости.

В 1936 году у нее зародился новый план – кругосветный полет по маршруту длиной 47 тысяч километров. Предприятие финансировала авиакомпания «Пан-Америкэн», а самолет – двухмоторный «Локхид Электра», – предоставил университет Пердью штата Индиана. С ней должны были лететь штурманы Гарри Мэннинг и Фред Нунан.

В жилах всех троих текла ирландская кровь (ирландцами были предки Амелии по материнской линии), поэтому вылет из Окленда в Калифорнии назначили на 17 марта 1937 года – день святого Патрика. Первую посадку самолет совершил в Гонолулу, и тут же начались проблемы – Амелия неудачно сманеврировала, и у самолета треснуло шасси. Путешествие пришлось отложить, что суеверные авиаторы сразу сочли дурным предзнаменованием.

21 мая подлатанная «Электра» снова отправилась в путь. На этот раз с Амелией летел один Фред Нунан. Лететь на сей раз решили с запада на восток – самолет из Окленда прибыл в Майами, откуда 1 июня отправился дальше – в Бразилию, потом через Атлантический океан в Африку, оттуда в Каир, Карачи, Рангун, Бангкок... Путешественники не отдыхали больше двух дней нигде, кроме Сингапура, где Амелию, выпившую местной воды, свалил приступ дизентерии. Едва оправившись, она погнала самолет дальше.

29 июня, пролетев над Малайским архипелагом, «Электра» достигла новогвинейского порта Лаэ. Встречавших поразил усталый вид летчицы – ее всегдашняя худоба дошла почти до истощения, на впалых щеках расцвел нездоровый румянец, но она по-прежнему стремилась вперед. Оставалось преодолеть 11 тысяч километров. Из Лаэ Амелия написала мужу: «Мне кажется, что у меня в запасе остался всего один удачный полет. Когда я завершу это путешествие, то, пожалуй, больше не буду совершать таких длительных и рискованных путешествий».

В 10 часов утра 1 июля Амелия и Фред совершали перелет длиной 4000 км к необитаемому острову Хауленд длиной 2 км и шириной 800 м, найти который было непросто даже для опытного штурмана. Остров принадлежал США, и возле него летчиков ждал американский корабль «Итаска», радисты которого напряженно слушали сигналы. Целых 12 часов от Амелии не было ни слуху ни духу, и только в 2 часа 45 минут 2 июля на «Итаске» услышали ее бесконечно усталый голос: «Облачно… Погода плохая… Лобовой ветер». Странно – небо над кораблем было безоблачным, да и синоптики не предсказывали ненастья. После этого эфир замолчал, а в 7.42 пришло новое сообщение: «Вызываю «Итаску». Мы где-то рядом, но вас не видим. Горючего осталось на 30 минут. Попытаемся выйти на вас по радио, высота 300 метров».

7.58 – «Вызываю «Итаску», мы над вами, но вас не видим...».

8.12 – «Итаска», мы вас слышим, но плохо. Неясно, куда лететь».

8.43 – «Наш курс 157–337, повторяю… повторяю… Нас сносит на север… нет, на юг».

Это было последнее сообщение. Самолету оставалось до Хауленда не более ста миль, но его баки опустели. Капитан «Итаски» рассчитывал, что «Электра» приводнится на поверхность океана и продержится на плаву до подхода помощи. В район острова устремились десять американских кораблей, с авиа­носца «Лексингтон» каждые 20 минут взлетали самолеты, радиолюбители со всей страны не отходили от приемников, надеясь услышать голос Амелии. Поиски продолжались почти неделю, но никаких следов пропавшего самолета так и не нашли.

Америка скорбела. Президент Рузвельт выступил со специальным обращением. Джордж Путнем с успехом продал воспоминания о жене под названием «Крылья победы» – и вскоре женился на своей давней любовнице. В 1939 году Амелию официально объявили погибшей, а скоро началась война, и всем стало не до нее.

Через несколько лет заговорили – летчица и ее спутник не погибли, а попали в плен. Недалеко от Хауленда находились захваченные японцами острова Микронезии, военные объекты которых весьма интересовали министерство обороны США. Быть может, именно это ведомство финансировало экспедицию Амелии в обмен на разведывательные услуги. В пользу этого косвенно говорило то, что в Лаэ двигатели самолета заменили более мощными, что позволило увеличить скорость. В этом случае путь до Хауленда занял бы не 12 часов, а восемь. Быть может, остальное время «Электра» потратила на полет к северу, к Каролинским островам? Заметив это, японцы неизбежно послали бы за шпионами погоню и попытались захватить их в плен. С таким предположением эксперты американских ВВС в 1960 году возобновили поиски пропавшего экипажа в Микронезии. Удалось узнать, что 13 июня японские рыбаки подобрали в океане резиновую лодку с двумя истощенными людьми – женщиной и мужчиной. Их доставили на остров Сайпан и там долго допрашивали. Потом женщина умерла от болезни, а мужчину казнили – обезглавили самурайским мечом.

Увы, никаких подтверждений этому не нашлось – как не нашлось позже и тех свидетелей, которые якобы сообщали подробности пленения и гибели двух летчиков. Похоже, их просто выдумали падкие на сенсации американские репортеры.

Гораздо более правдоподобной выглядит другая версия: самолет мог в тумане сбиться с курса и достичь необитаемого острова Гарднер в 150 км к юго?востоку от Хауленда. Об этом говорили сразу после исчезновения, а в 1940 году один британский офицер нашел на острове скелет человека и коробку от авиационного секстанта. Скелет эксперты тогда сочли мужским, но не так давно по результатам измерений выявили ошибку – он оказался женским, хотя и очень длинным (рост Амелии достигал 172 см). Узнав об этом, энтузиасты из Международной группы изучения истории авиации организовали в 1996 году экспедицию на остров, который теперь называется Никумароро и принадлежит государству Кирибати. Они нашли куски оргстекла и алюми­ния, напоминающие части «Электры», и кроссовку, которую, судя по фотографиям, вполне могла носить Амелия. В 2007 году появились новые находки, включая застежку-молнию от летного костюма.

Это подтвердило мнение, высказанное еще в 1937-м: самолет дотянул на остатках горючего до острова Гарднер. Вероятно, Нунан погиб и был смыт приливом вместе с «Электрой», а его спутница выбралась из обломков, но умерла от ран и истощения.

Но поклонники тайн упорно отказывались верить в столь банальную версию гибели любимой героини, продолжая плодить самые невероятные слухи. Летчицу будто бы увезли в Японию, где заставляли выступать по радио, убеждая американцев прекратить войну. (Таких женщин, действительно, было несколько, но голос ни одной из них не напоминал хрипловатого голоса Амелии.) Или: Эрхарт, пережив крушение, вернулась на родину и скрывалась под именем ньюйоркской банкирши Ирен Болэм – репортаж об этом показали в 2006 году по каналу «Нэшнл Джиогрэфик». А в одном из эпизодов знаменитого сериала «Стар Трек» обыгрывается и совсем уж фантастическая история: Амелия и Фред были похищены НЛО.

Бесспорным остается одно: яркая стремительная жизнь и трагическая гибель превратили Амелию Эрхарт в одну из американских легенд ушедшего столетия.?

11.05.2011
Теги:
Связанные по тегам статьи: