Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Гений вместо

Леонардо да Винчи оставил потомкам множество нереализованных проектов, эскизов и чертежей. Спустя пять столетий его идеи воплощают в жизнь инженеры, архитекторы, врачи XXI века.
текст:
Леонардо

Бронированные фургоны и литейные заводы, механизмы для перезарядки арбалета и раздвижные мосты, водолазные костюмы и шлюзовые ворота, вентиляторы и гидравлические пилы, вертолеты, парашюты и дельтопланы, машины для обработки зеркал, резки камней, изготовления пружин, подъемные краны и элеваторы, переключатели скоростей, прожекторы, духовые инструменты – это неполный перечень всего, что придумал, начертил, а зачастую и воплотил в реальности Леонардо да Винчи – человек,  виртуозно умевший обслуживать разнообразные и часто противоречивые запросы человечества. Эпоха стремилась перенаправлять его способности в нужное ей русло, и потому среди чертежей Леонардо так много приспособлений для штурма и защиты крепостных стен, разрушительных, автоматически перезаряжаемых орудий массового (по тем временам) поражения, скорострельных или гигантских арбалетов. А придуманные Леонардо пушечные снаряды снабжены направляющими крыльями и поразительно похожи своими очертаниями на нынешние баллистические ракеты. И все же не только гений войны окрылял техническую фантазию итальянца. В его проектах узнается непосредственный предтеча нашей технологической эпохи, предвосхитивший важнейшие направления прогресса, предвидящий покорение воздушной и подводной стихий, автоматизацию труда.

 

Сегодня известны более 6700 листов и рукописных страниц с рисунками, эскизами и заметками Леонардо да Винчи. Это не только архитектурные чертежи и технические проекты, но и анатомические штудии, наблюдения за природой и космосом – часто с замечаниями, написанными зеркально. При жизни Леонардо они оставались неопубликованными, их отыскали в XIX и XX веках в разных библиотеках и коллекциях – порознь или по несколько листов вместе. Теперь они известны нам под названиями «Хаммеровский кодекс» и «Мадридский кодекс».

 

Хрупкие листы 500-летней давности являют нашему взору нечто поразительно знакомое, почти современное. И непревзойденно точное – когда Леонардо заглядывает внутрь самого человека. Он фиксировал то, что медицина смогла описать лишь много позже. Все тонкости переплетений мускулов и жил на шее и плечах зарисованы пером и тушью. Бесчисленные физиономические детали – от гортани до самых тонких разветвлений сосудов. Внутренние органы, желудок, мочевой пузырь, сердце – с описанием, как они работают. Мужчины, женщины, разрезы торсов со всеми системами организма. На исходе средневековья человеческое тело все еще оставалось священным, а у Леонардо оно показано во всей прозе функциональности. Леонардо был первым человеком, который создал настоящие естественнонаучные схемы – продольный разрез, поперечный разрез, вид сверху. Он открыл «силу визуального в естественной нау­ке», как это называет оксфордский ученый Мартин Кемп. Вот почему исследователь эпохи Ренессанса кажется таким актуальным в нашу визуальную эпоху – при том что он не был ученым в современном понимании, ему не хватало систематичности и соответствующих математических знаний. Зато, как говорит Кемп, он осознал и удовлетворил одну из самых важных базовых человеческих потребностей – стремление к образности, наглядности. В наши дни его изыскания в области динамики морских течений и различных погодных феноменов оживлены на компьютере. А чтобы мы могли в любое время дня и ночи в интернете полистать его заметки, написаны сложнейшие программы HTML.

Тяга Леонардо к новому, стремление во всем опережать свою эпоху производят на нас сегодня столь завораживающее впечатление, что иногда на фоне этого итальянца мы совершенно не замечаем других его небесталанных и тоже наделенных фантазией соотечественников, и даже приписываем Да Винчи их изобретения. Один из самых характерных примеров этого – история эскиза подводной лодки. В трактате военного инженера Роберто Вальтурио «О военном деле» 1482 года уже можно увидеть подводное судно цилиндрической формы, движущееся за счет вращения четырехлопастного  гребного  колеса. Гораздо менее очевидный эскиз такой машины в записях Леонардо появился лишь несколькими годами позже. И все же человечество пребывает в уверенности, что подводную лодку придумал именно Да Винчи – ведь больше, вроде бы, некому.

 

И все же эта наша ослепленность объяснима и прос­тительна. Ведь идеал столь универсальной, всесторонне образованной и интересующейся решительно  всем личности кажется нам чем-то недостижимым, почти божественным. И мы отчасти мифилогизируем образ Леонардо да Винчи.

 

Так или иначе, но благодаря ему сейчас, спустя 500 лет, когда противоположности жестоко и непримиримо сталкиваются друг с другом, мы можем на мгновение вернуться назад, туда, где мир чувств и красоты уживается с миром разума, науки и техники. Универсальность, бывшая привилегией высших слоев общества в далеком прошлом, стала надеждой современного человечества.

 

Леонардо стремился показать, что все феномены на Земле и во Вселенной подчиняются одним и тем же законам – а значит и знания из одной области можно продуктивно перенести в другую. Так, изучение воды и рек, а также геологии помогли ему изобразить пейзаж на заднем плане портрета Моны Лизы. А понимание работы нервной системы и мозга стало основой для изображения чувств и порывов апостолов в «Тайной вечери». Сегодня мы бы сказали, что Да Винчи упражнялся в области трансфера знаний и междисциплинарного мышления.

 

Именно такой целостный подход в наследии Леонардо решил показать Европейский Совет, осуществляя в 2006–2007 гг. проект Uni­versal Leonardo. В его рамках не только прошли многочисленные выставки, но был создан и совершенно необычный сайт в интернете. Картины соседствуют там с описанием погодных феноменов и ма­тематическими рассуждениями учения о пропорциях. Исследования мор­ских течений сопоставляются с функ­ци­они­ро­ва­нием кро­во­об­ращения. Отдельные работы призваны дополнять друг друга, по­казывая связь между искусством и физическим миром.

 

Многие современные конструкторы и целые дизайнерские бюро посвятили себя воплощению замыслов и чертежей Леонардо. Разумеется, воссозданные ими модели носят, как правило, выставочный характер. Едва ли специалистам сегодняшнего авиастроительного концерна придет в голову фантазия запустить модельный ряд вертолетов по проектам Да Винчи. Наука ушла вперед пусть и в том же направлении, но другими путями и тропами, чем представлялось великому итальянцу. В некоторых случаях  об этом можно пожалеть. Ведь в проектах Леонардо гораздо меньше техногенности и больше бионики, чем в современных аппаратах. Иными словами, примером для него всегда служила природа. «Посмотри на каменного стрижа, который сел на землю и не может взлететь из-за своих коротких ног, – пишет он на листе с чертежом аппарата вертикального взлета. – А чтобы взлететь с плоскости, вытащи лестницу… эти лестницы служат ногами».

 

Впрочем, как знать, может быть Леонардо видел дальше сегодняшнего дня? И та взаимосвязь техники и природы, которая вдохновляла его, окажется завтрашним, а то и послезавтрашним днем человечества?

 

11.05.2011
Связанные по тегам статьи: