Сайты партнеров




GEO приглашает

26 октября в самом сердце Москвы, в доме Пашкова, журнал Forbes отметил 100-летний юбилей. Мероприятие стало финальным в череде торжеств, посвященных юбилею легендарного бизнес-издания по всему миру


GEO рекомендует

В расписании авиакомпании Lufthansa на лето 2018 появилось пять новых маршрутов. Они свяжут Франкфурт с Глазго, Кишиневом, Санторини и Меноркой, а Фуншал на Мадейре с Мюнхеном. Билеты уже в продаже


Нормандия: прогулки с бризом

Здесь жил Марсель Пруст, Клод Моне запечатлел этот край на своих полотнах. Побережье Нормандии, ветер с океана..
текст: Оливье Фребур
Этрета: Тайник в Полой игле

"По полям и долам" – заглавие путе­вых заметок Гюстава Флобера о Бретани могло бы стать и названием нашего живописного маршрута вдоль побережья Нормандии. По этим дорогам, полевым тропинкам и лесным дорожкам, по пляжам и отмелям можно пройти весь нормандский берег, от Ле-Трепора до горы Сен-Мишель – границы между Нормандией и Бретанью. А море, которое определяет географию и климат здешних мест, послужит нам нитью Ариадны.

Окружающие пейзажи вызывают взрыв восторга сразу же, стоит только отправиться в путь. В Пурвиле-сюр-Мер, поселке к западу от Дьепа, неожиданно возникает море, заключенное в объятия утесов. Кажется, оно заполняет собой все пространство. С извилистой дороги, идущей по берегу метрах в семидесяти над волнами, словно с высоты корабельного юта, открывается вид на Ла-Манш. По утрам, во время отлива, песок на пляже превращается в зеркало, отражающее рождение нового дня. А вечером закатное солнце озаряет меловые и глинистые утесы розовым светом.

В этих полях виды Пурвиля писал Клод Моне. Открытые пространства позволили знаменитому пейзажисту лучше почувствовать и свет, и море, «сблизиться» с ними. Волнующие, постоянно меняющиеся пейзажи. На открывшуюся перед нами картину ветер накладывает последние мазки.

Между ле-Трепором и Этрета мы попадаем в край черепицы, кирпича и распаханных полей. Для местных жителей море испокон века было источником первобытных страхов, источником пропитания – но только не радостей. Веселых красок лета добавили ему художники-импрессионисты.

Лесная дорога приводит в ущелье Пти-Айи, где Клод Моне написал свое знаменитое полотно «Домик таможенника». Самого дома уже нет, но место, где он стоял, еще узнается. Отсюда можно «послать привет» Англии: она где-то перед вами. (Не будь ее, нормандские таможенники не проложили бы тропинки вдоль побережья. А по ним так удобно прогуливаться.) Здесь, вдалеке от городов и дорог, слышны только крики чаек, гнездящихся в скалах, рокот прибоя, шелест папоротников да содрогание земли, богатой водою.

Теперь немного о грустном. В Варанжвиле на морском кладбище похоронен Жорж Брак, один из создателей кубизма. Этот городок был свидетелем коренного переворота в современном искусстве – перехода от импрессионизма к сюрреализму и кубизму, от безудержной игры света к геометрии. Сегодня Варанжвиль точит эрозия. Городское кладбище и церковь могут обрушиться в море. С каждым годом вода все больше подмывает утесы, дома и сады скрываются под волнами. От основания скал отваливаются огромные куски мела, которые придают нефритовым водам Ла-Манша кремовый оттенок.

Звучные названия здешних городков – Сен-Мартен-о-Бюно, Септиманвиль, Витфлер, Велет-сюр-Мер, Энгувиль-сюр-Мер – напоминают о том, что мы очутились в самом центре региона Ко и одновременно в каком-то из романов Ги де Мопассана. Поля, на которых трудятся крестьяне, резко спускаются к морю, кажется, что ползающие по ним тракторы и комбайны вот-вот опрокинутся и полетят вниз. Вокруг лугов видны изгороди, покосившиеся от постоянных ветров. Скалы, покрытые зелеными рощицами, сильно изрыты оврагами, по которым из любого места можно выйти прямо к морю. Этот меловой лабиринт пленил в свое время Мориса Леблана. Недаром у его героя, благородного разбойника Арсена Люпена, имелось множество природных убежищ в окрестностях Этрета.

Пересекаем Сену и оставляем слева болота Вернье, на которых отдыхают журавли, летящие из Африки. От Онфлера начинается совершенно иная Нормандия. Более уютная, более обустроенная. Скоро можно будет сменить тяжелые туристические ботинки на легкую обувь. Побережье Кот-де-Грас приводит нас к Экмовилю – здесь стоит усадьба Брей, принадлежавшая еще одной знаменитой романистке – Франсуазе Саган. Она купила ее после того, как однажды ночью выиграла крупную сумму в казино соседнего Довиля.

Море почти постоянно перед глазами. Вот и снова мы видим его, спускаясь по склону Пендепи. В районе Кальвадоса меньше расселин, чем в департаменте Приморская Сена, зато в скалах Кренье полно окаменелостей. Мы приближаемся к району Ож, который знаменит своими фермами по разведению породистых лошадей.

Виллы постройки 1900-х годов напоминают о времени расцвета этого побережья. Земля изрезана ложбинами, но линии ландшафта изломаны не так резко, как в Ко. Неожиданно для себя начинаешь насвистывать – так легко стало шагать. Перед нами уже крыши Трувиля со старинным особняком Рош-Нуар, в котором жила еще одна известная писательница – Маргерит Дюрас.

Здесь, по крайней мере, не подвернешь ногу: пляж укрыт деревянным настилом. Мы стоим в самом центре роскошного морского курорта. Установленные на бульваре щиты украшены плакатами художников-дизайнеров Семпе и Савиньяка. За Довилем начинается цепочка курортов – с шумными пляжами и пивными в стиле ар-деко. В Блонвиле-сюр-Мер, Ульгате или Кабуре до сих пор есть места, куда приходят танцевать танго или чарльстон. Вот та утонченная Нормандия, которую так любил Марсель Пруст. Если уподобить ее полотну импрессиониста, то побережье Кальвадоса будет лаком, покрывающим холст. Здесь царит благоухающий аромат довоенной эпохи, спокойствия и непринужденной элегантности.

После Кабура пляж приводит нас в Рива-Белла, где песок приобретает красновато-коричневый оттенок. Здесь пролилась кровь. 6 июня 1944 года в Рива-Белла высадился и вступил в бой с немецкими оккупантами французский десант, 177 бойцов. На этот раз мы попадаем в военную эпоху. Сворд, Юта, Голд, Джуно-Бич – эти нормандские пляжи неслучайно носят англо-саксонские, даже американские названия. На них высаживались войска союзников. Память о войне – старые бункера и уже бесформенные руины. Кажется, даже море поет здесь реквием.

Тропа петляет до самого Кольвиля, выстроенного из серого и черного гранита. В садах, словно дозорные Юга, мелькают первые пальмы. И снова напоминание об Америке: кладбище Омаха, мраморный некрополь: по идеально ровной линии поставленные кресты, шелест листьев...

Более естественные пейзажи обнаруживаются у залива Вейи, пограничного между Кальвадосом и Ла-Маншем. Здесь, на болотах, куда впадают четыре реки – Дув, Тот, Вир и Ор, – живут чибисы со смешными хохолками и пепельного цвета кулики. А в Сен-Мари-дю-Мон опять слышно эхо войны. Каменными столбами отмечена дорога Свободы. Чем ближе к островам Сен-Маркуф и Татиу, тем сильнее доносится шум битвы при мысе Аг, где в XVII веке французы сражались против англичан и голландцев.

Пейзажи становятся все суровее, а на рассвете туман придает местности фантастический вид. В окрестностях Барфлера морякам и путникам помогают ориентироваться церкви и маяки – отовсюду виден высокий маяк Гатвиля. Выйдя из Шербура по направлению к мысу Аг, попадаем в туристический рай. Здесь все овеяно древними легендами.

Пор-Расин – сказочное место, в которое был влюблен знаменитый поэт Жак Превер. У входа в бухту Экальгрен вода приобретает аметистовый цвет. Видно, как на лодках, нагруженных сетками с омарами, возвращаются домой рыбаки. Мы спускаемся к садам Вовиля, в которых высажены цветы и деревья со всего мира. Регион Котантена – самая экзотическая часть Нормандии. А дальше, за Барневиль-Картере, при переходе к Гранвилю, уже чувствуется зов свободного моря...

11.05.2011
Теги:
Связанные по тегам статьи: