Новости партнеров


GEO приглашает

До 2 сентября в «Центральном доме художника» проходит выставка самого загадочного художника современности — Бэнкси. GEO проводит экскурсию по главным объектам экспозиции


GEO рекомендует

Moser Mobile Shaver с легкостью удаляет щетину до 2 мм и обеспечивает суперблизкое чистое бритье, что позволяет найти время на поддержание внешнего вида даже в самом напряженном графике


Новости партнеров

Сокровище Пылающей горы

Охотники и собиратели, бродившие по юго-западу Африки, оставили над Намибийской пустыней, на горе Брандберг, тысячи рисунков.
текст:
Намибийская пустыня 1

Раннее утро. Со склона горы Брандберг я гляжу в небо, бледнеющее над пустыней Намиб. Немецкое название этой горы в переводе означает «Пылающая». Ее образовала магма, которая 130 млн лет назад проникла из недр Земли в каменную оболочку праконтинента Гондваны. Первичная порода со временем сошла, а гранит устоял под натиском воды и ветра, окрасив гору в желто-розовые цвета. На восходе и закате скалы и впрямь напоминают раскаленные угли костра.

Воздух прохладен и сух. Можно немного полежать под сенью колчанного дерева. Эти древовидные алоэ, похожие на канделябры, вытягиваются вверх на 9 м. Древние жители Южной Африки, по следам которых отправляется наша экспедиция, использовали выдолбленные ветви растения как колчаны для стрел.

Откуда-то тянет дымком. Должно быть, руководитель экспедиции Тилман Ленсен-Эрц развел костер, чтобы приготовить завтрак. По лагерю разносятся голоса наших юных проводников – Мануэля и Терри.

Речь этих сынов дамара – горного народа Намибии – полна необычных щелкающих звуков. Одни напоминают цоканье, которым подзывают лошадей, другие – хлопок вытянутой из бутылки пробки. Чтобы как-то передать эти звуки на письме, приходится изобретать разные значки: «!», «/», «=». Имена наших проводников, к примеру, будут выглядеть так: Мануэль !Увусеб и Тертиус !Оеамсеб.

Всего в нашей группе 12 человек. Мы с радостью отправляемся в путь по горам Намиба, несмотря на тяжеленные рюкзаки и канистры с водой, которые приходится таскать с собой. Организовала экспедицию кафедра африканистики Института доисторической и древней культуры при Кёльнском университете. На склонах, в ущельях и в долинах мы ищем следы одной из самых древних рас на Земле. Археологи называют ее палеосан. Они жили собирательством и охотой, как и нынешние представители народа сан, более известные под именем бушменов. Кто-то из антропологов назвал их «последними живыми ископаемыми Земли».

Брандберг более чем на 2500 м возвышается над каменистой пустыней. Мы приехали сюда сразу после сезона дождей – иначе нам не хватило бы запасов воды. А теперь их можно пополнить из естественных каменных колодцев. Гранит Брандберга собирает и хранит скудные осадки, выпадающие над пустыней Намиб. Именно вода была тем магнитом, который притягивал к горе первобытных людей. Неутомимые ходоки палеосан карабкались на эти кручи куда быстрее нас.

Пыхтя и сгибаясь под тяжестью поклажи, мы еле ползем по ущелью Амис. Увы, с тех пор как человек стал цивилизованным, количество необходимых ему вещей все увеличивалось и увеличивалось... Зато какое наслаждение отправляться на вылазку, побросав рюкзаки в лагере!

Предметы, принадлежавшие первым африканцам, на Брандберге находили очень редко. Но древние люди, ставшие для многих ученых «образцовым» доисторическим обществом, оставили на скалах и в пещерах нечто большее – десятки тысяч цветных изображений. Это самая богатая сокровищница наскальной живописи в Африке.

Мы идем к месту археологических находок «Амис-6». За десятилетия кропотливого труда археологи открыли на Брандберге не менее тысячи участков с наскальной живописью. Немало картин нашли у подножия горы, однако большинство расположены выше 1800 м. В частности, участок «Амис-6». С него пустыня Намиб видна как на ладони. Если бы не утренний туман, в 80 км к западу мы различили бы синюю полоску Атлантического океана.

В гранитной стене – вход в пещеру шириной 6 м. Из-за постоянно дующего здесь ветра (порой очень сильного) ее прозвали Воздушной. Глубина пещеры – всего 4 м, а высота – едва в человеческий рост. Но в ее округлых нишах теснится настоящий «Ноев ковчег» – множество животных и людей, нарисованных цветными мелками. Плечом к плечу, фигура на фигуре. Только через какое-то время глаз начнет различать отдельные изображения.

Внизу рядами скачут зебры с бежевыми полосками. 12 из них прорисованы с особой тщательностью и очень хорошо сохранились. (Археологи даже измерили общую длину штрихов в каждой фигурке величиной с ладонь. Получилось 5 метров.) Прямо за зебрами – десяток антилоп-ориксов.

Самые яркие изображения – в центре композиции. Это два полуметровых жирафа, склонившихся друг к другу. На белом фоне шкуры – красная сетка узора. Они лежат, поджав под себя ноги, что для Брандберга довольно необычно: здесь часто находят изображения жирафов, однако в большинстве случаев эти животные стоят. Кстати, бушмены из народа ксам, кочующие по степям Кару, называли идущий вдалеке дождь «ногами». Вероятно, дождь виделся им в образе огромного жирафа, все тело которого скрывали тучи. И лишь его ноги были видны с земли. Иногда у нарисованных на Брандберге жирафов из шеи или из головы брызжут дождевые струи.

Но Тилман Ленсен-Эрц полагает, что на этом основании не стоит считать длинноногих животных символами дождя. Хотя их большое значение в мифологии палеосан бесспорно: у священного животного этой древней расы – ушастой змеи – голова жирафа и пятнистый узор на шкуре. Это единственный вымышленный персонаж фресок Брандберга. Творения древних бушменов в основном исключительно реалистичны.

По каменным стенам Воздушной пещеры «ползают» сразу несколько ушастых змей. Они и сегодня играют важную роль в мифах народов Намибии и считаются покровителями воды. Поразительно, но похожие изображения встречаются в наскальной живописи аборигенов Австралии. Что скрывается за этим сходством, объединяющим разные континенты? Случайность или общность происхождения и исторического развития? Осторожный Ленсен-Эрц пока оставляет этот вопрос открытым.

Змеи на брандбергских рисунках изображены поодиночке. А вот другие животные – прежде всего такая вожделенная добыча охотника, как антилопы гну, ориксы и страусы, – чаще появляются группами. Так же, как и люди. При беглом осмотре рисунков в Воздушной пещере можно насчитать по крайней мере 15 групп мужчин и женщин.

Уильям Стейн из ЮАР обращает мое внимание на две женские фигурки – они словно скрестили руки за головой. Третья держит ладонь перед носом. Эта сцена напоминает Стейну рисунки бушменов африканского юга. «Так изображали людей в состоянии транса, – поясняет археолог. – Говорят, на затылке есть энергетическая «точка отрешенности», ладонь у носа может означать носовое кровотечение. Явление частое при достижении транса».

Стейн – ученик известного специалиста по культуре бушменов Дэвида Льюиса-Уильямса, знатока устных преданий народа сан. В их сказаниях часто встречаются метафорические описания состояния транса. На наскальных изображениях Драконовых гор в ЮАР профессор Льюис-Уильямс обнаружил такие же символы, как на бамбергских «фресках». Он считает, что эти рисунки также изображают транс и опыты врачевания. Но Ленсен-Эрц опять-таки не торопится давать одинаковое истолкование рисункам Драконовых гор и горы Брандберг, лежащей в

1500 км к северо-западу.

Археологи избегают делать выводы о типе культуры доисторических художников на основе устных преданий и другого этнографического материала. Такие источники они используют только для контроля и сравнения. Прежде всего надо попытаться собрать статистику, изучить факты. Где и сколько нарисовано животных определенного вида? Какого они пола? Или пол определить невозможно? К какому из шестнадцати классов типичных действий следует отнести сюжеты рисунков? Какого размера фигуры, в какой технике они нарисованы?

Это всего лишь скромная часть списка вопросов, в которых Тилман Ленсен-Эрц разбирается вот уже 20 лет. Иногда это дает интересные результаты. Например, на стенах Воздушной пещеры изображена 631 фигура. Среди них – овца. По всей вероятности, домашнее животное попало в Южную Африку вместе со скотоводческими племенами, пришедшими из глубин континента. На Брандберге это удивительное событие зафиксировали примерно 2000 лет назад.

На большей части рисунков – люди. Но не так уж часто можно определить их пол. Нарисованные рядом предметы тоже мало что объясняют. Казалось бы, лук – классический атрибут мужчин. Однако встречаются рисунки, на которых лук держат женщины. Кроме того, луки лишь изредка служат оружием охотнику – на некоторых рисунках его используют в качестве струнного музыкального инструмента.

Не обозначать пол, как считает Тилман Ленсен-Эрц, – самый радикальный способ скрыть свою сущность. Но еще бесполые люди помогают понять нечто очень важное – систему ценностей общины, жившей в окрестностях горы Брандберг: единство, равенство и (учитывая, что большое количество фигур находится в движении) подвижность. Первобытные люди словно пытались выразить в своей живописи такую мысль: «Мы – община равных и больше всего мы ценим движение».

Такое послание из древних времен пришлось ученым по душе. «Никто не собирается идеализировать образ жизни охотников и собирателей, – говорит жена Тилмана и второй руководитель нашей экспедиции Мари-Терез Эрц. – Но для понимания человеческой истории важно осознавать естественность древнего общества, где различия в том, кто чем владеет и кто чего добился, играли незначительную роль».

Как же находят наскальные рисунки? Двигаясь по Брандбергу, проводники и ученые внимательно вглядываются в каждый квадратный метр гранита. Рисунки встречаются часто, но некоторые легко проворонить: одни совсем выцвели, другие спрятаны в укромных местах.

Что же касается предметов быта народа палеосан, то их легче всего различить на фоне однотонного песка или камня. Например, каменные наконечники стрел величиной с ноготь, типичные для позднего африканского палеолита (в Намибии он начался 9000 лет назад). На Брандберге их делали из иссиня-черного базальта или прозрачного горного хрусталя.

Хорошо заметны и маленькие белые пластинки – кусочки скорлупы страусиного яйца. Им придавали квадратную форму, проделывали посередине дырочку и носили как украшения. Именно такая «бусина», найденная в ущелье Нумас, в один прекрасный день привела нас к еще неизвестному шедевру наскальной живописи.

Чтобы поднять очередной крошечный квадратик, белевший на земле, мы углубились в заросли мальв – и наткнулись на огромный обтесанный камень. На нем виднелось изображение мужчины на охоте. Он целится из лука в крупное копытное животное. Интересно, что точно с такими же стрелами бушмены охотились и на мелкую дичь  –  к примеру, на птиц. Сказать, что находка вызвала бурную радость у наших исследователей, было бы преувеличением. Ведь опять придется полдня потратить на документацию. Конечно, сейчас в распоряжении ученых имеются новейшие технологии вроде спутниковой системы GPS. Но это не отменяет проверенных дедовских способов – нужно сделать обмеры места, зарисовать и сфотографировать его. К тому же Ленсен-Эрц всегда был против скоропалительной трактовки брандбергских рисунков как «охотничьей магии» или культа охоты. В Намибии охотничьи сюжеты встречаются чрезвычайно редко. Например, среди тысяч рисунков известен всего один, где изображена завершившаяся охота: человек и убитый им зверь. Труды ученых, исследовавших сан также противоречат представлениям о том, что у этого народа был культ охоты.

Антрополог из Гарвардского университета Ричард Ли установил, что рацион бушменского племени кунг – жителей полупустыни Калахари – на 80% состоял из плодов и кореньев. Кунг, как и их предки – древние жители африканского юга, – не были охотниками, которые идут следом за кочующими дикими животными. Кунг отправлялись туда, где вырастали или плодоносили съедобные растения. Мясо эти люди, жившие на скудной пустынной земле, видели очень редко. И перед тем как съесть его, бушмены просили у убитого животного прощения. Здесь никогда не было культа охоты-убийства.

Ричард Ли почувствовал эту разницу, когда жил среди бушменов-кунг. Однажды он решил сделать доброе дело и подарил приютившему его клану быка – на убой. Желая подчеркнуть достоинства животного, он похлопывал по его тучным бокам и всячески изображал удовольствие. Но вместо благодарности заслужил презрение. Люди кунг не приняли подарка. Хвалить мясо и радоваться добыче они считали неприличным.

Похоже, группа Тилмана Ленсен-Эрца усвоила этот урок вежливости, преподанный американскому профессору, и тоже своей добычей не похваляется. Да и нашли-то мы всего один рисунок. Это капля в море по сравнению с трофеями Харальда Пагера.

Имя Пагера наш руководитель произносит постоянно и с большим благоговением. В 1977–1985 годах этот австрийский ученый систематизировал рисунки, рабросанные по 600 кв. км изрезанного ущельями гранита Брандберга. Не считая коротких отлучек за провизией, он провел восемь лет на горе в абсолютном одиночестве. Только изредка Пагеру помогали два-три намибийца, в том числе еще один наш проводник – пожилой Ангула Шипаху. Помощники ходили по горам в поисках наскальных рисунков. Один Ангула нашел несколько сотен.

По образованию Пагер был не археологом, а художником-графиком. Он не сходил с места, пока не переводил на кальку все рисунки на участке и не заканчивал план в масштабе 1:100. А потом при свете газовой лампы еще полночи писал полевой дневник. На участке «Нумас-52» (недалеко от места нашей находки) еще можно увидеть аскетическое ложе этого ревностного собирателя росписей – гору булыжников, покрытых соломой. Теперь старую стоянку Пагера обжил леопард – об этом свидетельствует чей-то обглоданный череп на постели из булыжников. Местные леопарды вообще почему-то любят нежиться на лежанках археологов. Но главное зрелище ждет нас под скалистым навесом: друг напротив друга стоят черные и бежевые человечки – женщины и мужчины. Пагер не думал о славе первооткрывателя здешних росписей и не претендовал на верное их истолкование. Он просто хотел вырвать у горы все рисунки до последнего. Ко времени своей внезапной смерти в 1985 году австриец почти достиг цели – он исследовал и зарисовал 879 из 1000 участков.

Неутомимый исследователь Брандберг работал все на той же кафедре Кёльнского института доисторической и древней культуры. После смерти Пагера в институте решили издать его каталоги и завершить систематизацию рукописей на основе точных современных методов (GPS, цифровая фотосъемка, радиоуглеродный анализ возраста находок). За выполнение задания с воодушевлением взялись недавние выпускники университета Тилман Ленсен-Эрц и его жена Мари-Терез.

За время работы на Пылающей горе они многое сделали для того, чтобы ее шедевры были опубликованы. И только потом приступили к заключительной (и самой увлекательной) работе – настало время определить, что собственно означают отдельные рисунки. Заодно предстоит выяснить, для чего древние люди расписывали ущелья и пещеры. Ради этого археологи и вникают в мельчайшие географические особенности района.

Недавно супруги Эрц предложили новую версию. Они полагают, что наскальные картины Брандберга выполняли сразу семь (!) различных функций – от элементарного обозначения территории общей стоянки до украшения святилищ. Для них, как считают ученые, выбирали особые пещеры, которые должны были находиться в укромном месте – а значит, в отдалении от проторенных троп и источников воды. Кроме того, из украшенных пещер всегда открывается потрясающий вид на долину.

В святилищах, по мнению супругов Эрц, проходили обряды инициации юноши и девушки. Потрясавшие воображение собравшихся наскальные картины должны были помочь настроиться на нужный лад. В одно из таких мест Тилман Ленсен-Эрц и повел однажды нашу группу.

Когда солнце начинает клониться к закату, мы почти ползком взбираемся на гору, все выше и выше. После двух часов изнурительного подъема оказываемся на высоте 1830 метров у пещеры участка «Нумас-41». На стене напротив входа – изображения трех больших слонов. Рядом с ними маленький слоник. Следов поселения здесь нет, как и площадки перед входом. Мы сидим у входа, как на балконе, и смотрим на долину. Поднимается прохладный ветер, последние лучи солнца гладят серебристую траву. Наши проводники Терри и Мануэль раскачиваясь, словно в трансе, заводят тихую песню.

В эйфорию здесь можно впасть запросто! Я прислушиваюсь к щебету разрезающих воздух стрижей, слежу за тем, как орел описывает по небу круги. И думаю, что вот так же тысячи лет назад предки бушменов отдыхали здесь телом и душой от будничных забот – копания в вечно сухой земле долины и погони за антилопами по склонам Брандберга. Бушмены не считают время, они просто «живут и живут», как объясняла старая Ниса из племени кунг, когда ученые просили рассказать историю ее рода.

Спустившись в лагерь, мы еще долго сидели вместе. Особое настроение горного святилища не покидало нас. Как не трепетать, не уноситься мыслями в вечность под мириадами этих безмятежных, ясных звезд? Здесь они светят так ярко, словно хотят что-то нам рассказать. «Я слишком много лет спал под звездами Африки, знаю, как они звенят, и звон эхом разносится по небу», – написал однажды Лоуренс ван дер Пост. Он изучал рассказы бушменов в середине XX века, это они поведали ученому о звоне звезд.

В одну из таких ночей Терри Оеамсеб, парень из народа дамара, с большим знанием дела показал нам, как соотносится созвездие Центавра с другими звездами на небосводе. Нам оставалось только удивляться его познаниям в астрономии.

Проводники вообще не раз удивляли нас. Я все еще не могу привыкнуть к тому, что в щелкающих звуках речи Терри и Мануэля можно услышать латынь. Например, научные названия растений, которые мы встречаем во время нашей экспедиции. Дерево кобас – Cyphostemma currorii – с его бочкообразным, гладким как шелк стволом и полуметровыми листьями. Или дерево, кора с которого сходит прозрачными светящимися в лучах солнца желтыми полосками, и кажется, будто ствол охвачен огнем. Это местная акация Acacia montis-usti. А вот странные голые в палец толщиной вьющиеся растения, которые, словно сети, оплели все плато. Они называются  Sarcostemma viminale.

Оба наших молодых проводника родились в Уис, единственном поселке в окрестностях горы Брандберг. Оловянную шахту, возле которой когда-то возникло поселение, сочли нерентабельной и закрыли еще в

1990 году. Бывшим шахтерам поневоле пришлось осваивать новые профессии. Самые находчивые начали первыми в Намибии привозить в эти места туристов.

А несколько окончивших школу молодых людей не только объединились и получили квалификацию горных проводников, но еще и открыли курсы для всех желающих. На первых порах их поддерживала все та же чета Эрц, они нашли для ребят спонсоров из Европы.

В 1997 году Терри и Мануэль стали первыми выпускниками курсов. А теперь господин Оеамсеб с гордостью именует себя руководителем гидов Горячей горы – так называют Брандберг в народе дамара. И разумеется, «руководитель гидов» знает все о стене с Белой Дамой.

В 1907 году, незадолго до того как Германия распрощалась со своими африканскими колониями, эту фреску обнаружил землемер Райнхард Маак. Вскоре о Белой Даме знал весь мир. Не в последнюю очередь потому, что расположен этот рисунок очень удобно для туристов – у подножия Брандберга в ущелье Цисаб.

Пространство фрески заполняют изображения бегущих людей. На них богатые украшения. Головы напоминают звериные – возможно, это ритуальные маски. Рядом с людьми скачут антилопы.

А в центре композиции – фигура, наполовину написанная белой краской. Она крупнее остальных, потому Маак и дал всей фреске название «Белая Дама».

В это загадочное изображение пристально вглядывались сотни ученых. Некоторые даже доказывали, что никакая это не Дама, а самый что ни на есть Господин. Споры вокруг фрески не стихают. Кого изображает белая фигура, кто с таким блистательным мастерством нарисовал ее на юге Африки в середине II тысячелетия до н. э.?

Многие исследователи отказывались приписывать авторство этого шедевра художникам палеосан. Француз Анри Брейль предположил, что ее создали цивилизованные народы Средиземноморья – путешественники с Крита или из Египта. Однако потом Джефри Хардинг из ЮАР опроверг эту теорию, указывая на уникальность техники рисования бушменов, определенно не знакомую жителям Средиземноморья.

Я тоже не верю в иноземное происхождение наскальной живописи Намибии. И не перестаю удивляться непревзойденному мастерству древнейших художников Африки.

В день моего отъезда Тилман Ленсен-Эрц повел группу в расписанную пещеру «Амис-10», которую явно нарочно приберег «на десерт» именно мне. Это было лучшее, что я увидел на Брандберге.

Пещера предоставляет редкую возможность установить точный возраст изображений, поскольку кое-где рядом с фресками остались следы древесного угля. Рисункам  более 2700 лет. Кроме того, «Амис-10» – чуть ли не самая большая пещера на горе. Ее «ворота» распахнуты на ширину 20 м. Перед входом – большая плоская площадка, где могло уместиться множество людей. Сюда, вероятно, приходили сразу несколько кланов. Зачем?

Рисунки на стенах позволяют ответить на этот вопрос. Снова повсюду люди в движении. Одни совершают прыжки в шпагате, как балетные танцовщики, другие бегут, кричат, жестикулируют или танцуют рука об руку. Большинство – те самые бесполые люди или люди с «нулевой маркировкой», как именует их Ленсен-Эрц.

Судя по всему, «Амис-10» была местом проведения праздников. Знатоки культуры бушменов говорят об их обычае кочевать по пустыне небольшими группами. Но когда наступает время засухи, кланы уходят в горы. Там, в пещерах, устраивали торжества по случаю воссоединения племени – общались с родственниками, которых давно не видели,  пели и танцевали. И снова на рисунках людей сопровождают животные. Лучше всех написаны косули с детенышами и грациозные газели.

Газель просто не могла не стать объектом поклонения у жителей суровой пустыни Намиб. Газели на расстоянии чуют, где идет дождь. Большими стадами они преодолевают десятки, а то и сотни километров в поисках свежей травы.

Газели наскальных росписей Брандберга – это всегда добрый знак, как солнышко на детских рисунках. Кто сумел выследить или хотя бы встретить газель, тому повезет, он не будет ни в чем нуждаться. О том, как относились к газелям люди, которые их рисовали, можно судить по словам одного бушмена, записанным 135 лет назад: «Это место очень красивое. Когда я смотрю на деревья, они выглядят так, как будто где-то неподалеку прячется газель, как будто она лежит под деревом».

Поколение за поколением странствовали по пустыне доисторические охотники и собиратели. И гора Брандберг всегда была их убежищем и святыней, долгожданной целью этого растянувшегося на тысячи лет паломничества. Но едва заметив с ее вершин завесу дождя на горизонте, они спешили спуститься в долину, которая вот-вот снова покроется зеленью.?

11.05.2011