Влахо Бруер счастлив в своем скромном жилье с крохотной кухонкой-нишей. Его летний домик, можно сказать дачка, прилепился к крутому склону над бухтой Млини – городка к юго-востоку от Дубровника. Открытую веранду окружают кактусы, пальмы и бугенвиллеи.

 

Здесь Влахо любит сиживать вечерами, когда последние лучи заходящего солнца окрашивают вино в его бокале в рубиновый цвет, а воды Адриатики – в фиолетовый. У его ног трется тощая соседская кошка, жалобно мяукая от голода. А если в такой вечер по водной глади бухты Жупа из Дубровника в направлении гавани Цавтата еще проплывет величественный трехмачтовый корабль, счастье Влахо бывает полным.

 

И только стоящий у подножия холма дом-скелет с пустыми глазницами окон нарушает эту идиллию. «Разрушили во время войны», – вздыхает Влахо. Следы от пуль видны и на других фасадах. В 1990-х годах в горах Южной Далмации бушевала гражданская война между сербами, хорватами и боснийскими мусульманами. Жители Млини могут рассказать много невеселых историй о тех временах. Но только если их очень об этом попросят.

Хорватия смотрит в будущее. Влахо Бруер радуется, что снова приезжают немецкие туристы, и он может сдавать им четыре летних домика на склоне. Хозяин гордо улыбается, когда постояльцы, проходя мимо садика, где он поливает бугенвиллеи, здороваются с ним по-хорватски. Влахо считает своим долгом обучить каждого гостя хотя бы нескольким словам на родном языке.

 

А тот, кто ищет на побережье Адриатики роскошные отели, рискует провести свой отпуск в безликих бетонных коробках. Что поделать – наследие социалистического прошлого.

Поэтому частники вроде Влахо Бруера весьма успешно конкурируют с гостиницами. Семейство Чакелич сервирует для своих постояльцев завтрак на свежем воздухе – под навесом, увитым виноградной лозой. На столе гордость здешних крестьян – помидоры (слаще итальянских) и острая копченая колбаса, в сравнении с которой меркнет даже венгерская дебреценская. Подобную заботу туристы называют «балканским гостеприимством», но хорватам это не по душе. Они ощущают себя жителями не Балкан, а Западной Европы.

 

Впрочем, гастрономическую культуру семьи Чакелич трудно назвать западноевропейской. Жаркое из баранины готовится в «пеке» – открытом гриле под чугунным колпаком: классический балканский способ приготовления. Здешние жители запивают это блюдо местным пивом, и обязательно слушают радио – с особым умилением песни, в которых певец вздыхает по «любимой Хорватии». На побережье люди держатся за свой размеренный стиль жизни, здесь ценят постоянство.

 

Тени прошлого напоминают о себе лишь изредка. Солнечное воскресное утро. На автобусной остановке в Млини стоит пожилая женщина в черном. Она опирается на палку, а чтобы попасть на церковную службу, ей придется совершить утомительную поездку в православный храм близ Дубровника. Хорваты Млини дали понять ей, сербке по происхождению, что ее присутствие в местной римско-католической церкви нежелательно. «А ведь Бог для всех один», – говорит женщина. В ее голосе чувствуется упорство и раздражение.

 

Она с трудом забирается в автобус, и водитель гонит по серпантину вдоль обрывистого побережья. Кажется, на поворотах он вот-вот налетит на ограждение, за которым обрывается пропасть. Туристы судорожно цепляются за сидения, женщина в черном молча смотрит в окно. Там внизу, на высоких скалах, в окружении крепостных стен, раскинулся древний Дубровник.

 

Сейчас туристы въезжают в него через западные ворота Пиле, возведенные в 1460 году. На воротах несет вахту святой Влах – покровитель города. Гладко отполированный булыжник главной прогулочной улицы Страдун ведет к старинной гавани у площади Лужа. В этих кипящих жизнью переулках, в бутиках и кафе десятки языков смешиваются в единый, интернациональный. Смешливые итальянские синьориты, пожилые американские пары, сплоченные стайки японских туристов прицениваются к местным сувенирам и дизайнерской одежде.

 Читать дальше >>>