Люди любят смот­реть, как течет вода. Уже древние цивилизации знали: поток воды необходим не только для хозяйственных нужд, но и для душевного успокоения. Первым шагом в этом направлении был стенной или фасадный фонтан, когда струя в бассейн или чашу низвергается из какой-нибудь маски или львиной головы. Изображения подобных устройств встречаются на стенах древне­египетских гробниц.

Фасадные фонтаны служили не только украшением: шум падающей воды затруднял подслушивание, что во дворцах восточных владык было совсем не лишним. Пользовались популярностью на Востоке также водяные каскады и капающие фонтаны вроде знаменитого Бахчисарайского. В них вода просто текла вниз естествен­ным образом.

Почти маниакальным пристрастием к укрощенной воде отличались римляне. Расход воды на одного человека составлял в Риме IV века от 600 до 900 литров в день (в Нью-Йорке середины ХХ века – 520 литров). Притом что на промышленные нужды в античнос­ти, в отличие от Нового времени, не тратили почти ничего.

Богатые люди устраивали у себя на виллах особые уголки – нимфеи, где все пространство было организовано вокруг фонтана. Замечательную возможность исследовать фонтаны в частных жилищах предоставляют нам руины Помпей. Некоторые усадьбы там так и называются – Дом Большого Фонтана, Дом Малого Фонтана. Обычно основной стенной фонтан дополняли фонтаны садовые, в них трубки были спрятаны внутри скульптур, подчас весьма изысканных. Таковы фонтаны в Доме Мелеагра, Доме Черного Якоря, в доме Корнелия Тегета, Марка Лукреция Фронтина, доме Веттиев и кое-где еще. Вода в них била в разных направлениях, но при этом струи были направлены вперед (или совсем чуть-чуть вверх), то есть так, как вода течет в естественных условиях. Единственный помпейский фонтан, где она, видимо, била прямо вверх, был найден в роскошном доме Лорея Тибуртина на восточной окраине города, на улице Изобилия. И неслучайно: по времени сооружения это была последняя вилла в городе, ее даже не достроили к 79 году – к моменту извержения Везувия, при котором погибли Помпеи. Возможно, в этом фонтане было использовано новейшее изобретение александрийца Герона – сифон, способный давлением воздуха создавать вертикальную струю воды.

Но вряд ли Героново изобретение произвело переворот в дизайне римских фонтанов. Во всяком случае на вилле императора Адриана в Тиволи, построенной во II веке, фонтаны не били вверх. Технически это не представляло никакого труда, но домовладельцы и инженеры Рима словно договорились о своего рода табу. Ведь в естественных условиях вода никогда не течет вверх (гейзеров римляне не видели, не добрались до них), а природу насиловать негоже. Не зря фонтан и источник обозначали одним и тем же латинским словом fons. 13 октября, на праздник Фонтаналий в честь бога Фонта, в Риме украшали цветами как родники, так и водоразборные колонки.

После падения римской империи Европа надолго забыла о фонтанах. В Средние века скромные фонтанчики устраивали разве что в монастырях. И хотя арабы принесли с собой в Испанию роскошные образцы фонтанов, возрождение интереса к ним в христианской Европе начинается в Италии. В 1278 году на главной площади Перуджи построили первый после античности изумительный Фонтана-Маджоре. Но только в ХV веке мода достигает своего пика: знаменитые фонтаны строят на виллах Медичи и Ла Пьетра около Флоренции, а в  XVI веке – на вилле Мадама в Риме, вилле Д’Эсте в Тиволи и Ланте в Баняйе...

Людям эпохи Возрождения казалось, что они лишь восстанавливают то, что существовало в античнос­ти. На самом деле сразу наметился разрыв с традицией: фонтаны все чаще проектировали вокруг вертикально бьющей струи, которая свидетельствует о победе человека над природой. В 1543 году итальянс­кий гуманист Клаудио Толомеи писал: «Что мне особенно нравится в этих новых фонтанах – так это разнообразие направлений, в них вода иногда падает, а иногда возносится вверх».

Для этого потребовались новые приспособ­ления, в частности, длинные трубы. И тут выявилась серьезная ошибка античных ученых. Философы древности исходили из того, что во вселенной властвует «страх пустоты». Александрийские механики Ктесибий и Герон, к примеру, считали что вода по полой трубке пойдет вслед за поднимающимся поршнем на любую высоту – лишь бы не допустить вакуума. Об атмосферном давлении они не догадывались. Однако опыты по созданию фонтанов в ХVI веке показали, что вода «боится пустоты» лишь до уровня десяти с небольшим метров. Именно потребность вознести струю фонтана на большую высоту заставила новоевропейских инженеров создать насосы, которые не появились в древности в силу специфики античного мировосприятия. Эта дерзновенная попытка преодолеть земное тяготение запечатлена в стихотворении Федора Тютчева «Фонтан»:

«...Как жадно к небу рвешься ты!
Но длань незримо-роковая,
Твой луч упорный преломляя,
Свергает в брызгах с высоты». geo_icon