Взгляд старой женщины на портрете в черной раме обращен куда-то в неясную даль. Она видна сбоку, меховой воротник скрадывает профиль, наполовину погруженный в тень. Свет сзади падает на ее шею и чепец, которым покрыты седые волосы. Тут работала опытная рука, скрупулезно вырисовывая каждую складочку. Такими же мастерскими мазками написано морщинистое старческое лицо.

И все же что-то здесь не так. Эта меховая оторочка... Она кажется слишком тусклой, размытой – промах, который не укрылся бы от большого художника, особенно такого смелого мастера света, как голландский живописец Рембрандт Харменс ван Рейн. Кроме того, скромный чепчик  и дорогой мех плохо сочетаются друг с другом.

Слишком много несуразностей, чтобы считать эту картину подлинным произведением Рем­брандта. Поэтому уже в 1930-х годах искусствоведы ­пришли к вы­воду, что этот ­портрет – всего лишь чья-то ученичес­кая работа, написанная в XVIII, а то и в XIX веке.

Сколько же может стоить такое произведение? Осенью 2002 года техасские коллекционеры Ховард и Мери Уолш отправили картину из своего собрания на оценку в Аукцион­ный дом Sotheby’s. Там полотно тщательно, в деталях сфотографировали и послали снимки Эрнсту ван дер Ветерингу, директору Rembrandt Research Projects в Амстердаме – этот институт уже 30 лет работает над полным каталогом аутентичных полотен Рембрандта.

Имя Эрнста ван дер Ветеринга наводит страх на музейных работников всего мира. Потому что в результате проведенной в его институте экспертной работы к концу 1960-х годов число настоящих Рембрандтов сократилось с 420 прмерно до 300. Отрицательный диагноз голландца в мгновение ока обращает миллионные ценности в прах. Галерея Wallace Collection в Лондоне, которая, как считалось, обладала двенадцатью работами Рембрандта, в результате хирургической работы Амстердам­ско­го института лишилась практически всего – там оказалась одна-единственная настоящая картина мастера.

Но на этот раз дело принимает совсем другой оборот. Фо­то­гра­фии «Портрета пожилой женщины в белом чепце» вызвали у Ван дер Ветеринга кое-какие подозрения. Он попросил прислать ему картину с курьером через Атлантику, исследовал лицо, волосы, чепец, то, как падает свет – и все это показалось ему «микроскопически точным Рембрандтом». Искусствовед решил провести основательное обследование картины, как какой-нибудь судебно-медицинский эксперт в сложном уголовном деле. А вернее сказать, как целая судмедэкспертиза.

Сначала реставратор Мартин Бейль занялся рентгеновским анализом портрета. И обнаружил, что под мехом, нарисованным позднее, и другими слоями черной краски скрыто платье служанки с пожелтевшим воротником, которое стилистичес­ки согласуется с чепцом.

Потом за дело принялась амстердамский химик Карин Хрун. Взяв мельчайшие пробы с картины, она установила, что холст был подготовлен в типичной для эпохи Рембрандта манере: белая грунтовка, сверху тоновый слой. Кроме того, Хрун открыла старый слой олифы между меховым воротником и воротником служанки. Это тоже доказывало, что мех был изображен позднее.

Наконец доску, на которую был натянут холст, исследовал биолог из Гамбурга Петер Кляйн. Оказалось, что она из той же древесины, что и созданные Рембрандтом в 1633 году «Портрет бургграфа Виллема», висящий в Государственных художественных собраниях в Дрез­дене, и «Автопортрет в шляпе» из Лувра. Так было установлено, когда был написан портрет старой женщины в платье служанки.

Но пока нельзя было исключить, что картина принадлежит кисти одного из учеников Рем­брандта. В мастерской амстердамского мэт­ра трудилось много ассистентов. Руку Рембрандта на исходном полотне мог узнать только историк искусства. И Эрнст ван дер Ветеринг подтвердил: картина написана Рембрандтом.

По его мнению, это не законченный портрет, а эскиз маслом, возможно, для крупного исторического полотна. «Рембрандт постоянно экспериментировал с освеще­нием, – объяснял специалист. – Здесь его, вероятно, больше всего интересовало, каким образом падающий сзади свет изменит черты лица».

А вот художественный рынок интересовало лишь одно – вердикт о том, что это настоящий Рембрандт. И в 2006 году скомпрометированную в свое время картину продали на торгах Sotheby’s за 4,27 млн долларов.Читать дальше >>>