Четверг, 6 мая 1937 года, база военно-морской авиации Лейкхерст, штат Нью-Джерси. Вместе с двумя десятками коллег-репортеров Билл Дикс топчется у ограды аэродрома в 80 км к югу от Нью-Йорка. На поляне за забором возвышается гигантский ангар, похожий на перевернутый корпус корабля. Рядом несколько бараков и стальная мачта высотой 25 м. Час назад прошел ливень, и в тусклом свете солнца поблескивают лужи. А на западе облака снова стягиваются черно-серым фронтом. Билл Дикс опасается, что сорвет задание – так и не снимет для еженедельного киножурнала прибытие дирижабля «Гинденбург».

Самый большой в истории воздухоплавания летательный аппарат уже год выполняет регулярные рейсы между Европой и Северной Америкой. «Гинденбург» десять раз приземлялся в США, семь раз летал из Германии в Бразилию – преодолел в общей сложности 300 000 км. Одним словом, ничего экстраординарного. Простая рутина. Билл Дикс и его коллеги торчат в аэропорту только потому, что это первый рейс в новом сезоне. Но дирижабль опаздывает. Он находится в воздухе уже 77 часов.

Фотографы чертыхаются. Почти семь часов вечера, начинает темнеть. Кое-кто собирается уходить. А у Дикса еще и камера сломалась: моторчик отказал, придется крутить ручку, как во времена немого кино.

В паре десятков метров от него, в ангаре, на скорую руку переоборудованном под радиостудию, сидит Герберт Моррисон. Молодой журналист радиостанции WLS Chicago готовится к записи репортажа. Магнитофона у него еще нет, записывать придется на пластинку.

«Вот он!» – крикнул кто-то. Дикс устанавливает камеру на штатив. Все оживляются – многочасовое ожидание на ветру под дождем наконец-то закончилось. «А вот и дирижабль, леди и джентльмены! – бодро начинает наговаривать в микрофон Моррисон. – Потрясающая картина, просто невероятно!»

«Гинденбург» медленно приближается к причальной мачте. 245 метров в длину, 41 м в ширину – летающая сигара длиной с океанский лайнер и высотой с многоэтажный дом. Слышен глухой рев четырех мощных дизельных моторов. Дирижабль замедляет ход над посадочной площадкой, первые швартовочные тросы падают на землю. Дикс, хотя и вынужден крутить ручку, без труда удерживает воздушный корабль в кадре.

И тут, прямо у него в видоискателе, – вспышка, «Гинденбург» взорвался...

За три дня до этого: вечер понедельника, 3 мая 1937 года, аэродром Франкфурта. 36 пассажиров проходят строгий досмотр багажа перед посадкой на «Гинденбург». Категорически запрещено проносить на борт спички, зажигалки и любые другие предметы, дающие искру. Гигантский корабль поднимают в небо 200 000 кубометров водорода. В соединении с воздухом этот газ образует взрывоопасную смесь. Компания DZR (Deutsche Zeppelin Reederei), которой принадлежит дирижабль, предпочитает не рисковать. Ведь серебристые летучие сигары – это не только гордость немецких инженеров, это еще и важный инструмент пропаганды. Главный идеолог третьего рейха Йозеф Геббельс выделил три миллиона рейхсмарок, чтобы фирма «Цеппелин» достроила это чудо техники во Фридрихсхафене. Поэтому в 1936 году, кроме коммерческих перелетов через Атлантику, «Гинденбург» совершил несколько пропагандистских рейсов – на Олимпийские игры в Берлине, на съезд национал-социалистической партии. Поверхности хвостового оперения дирижабля – 300 кв. м каждая. Едва ли найдется другое транспортное средство, на котором можно размес­тить такую большую свастику.

Фирме «Цеппелин» приходится дорого расплачиваться за «идеологический» кредит. Руководство компании, привыкшее к тому, что их технические новинки повсюду встречали восторженный прием, уже чувствует, что за пределами Германии неприязнь к политике Гитлера распространяется и на немецкую технику. Изначально предполагалось, что «Гинденбург» будет наполняться безопасным гелием, но уже в процессе постройки дирижабля США, обладавшие монополией на негорючий газ, отказали в его поставке.Читать дальше >>>