История одной из величайших загадок в археологии началась с девяти минут задержки дыхания. Именно столько мог обходиться без воздуха Элиас Стадиатис, нырнувший весной 1900 года в холодные воды Эгейского моря у берегов острова Андикитира. Наградой за риск для ловца губок стала самая необычная в его жизни находка: на глубине примерно 40 м он увидел гигантскую руку из бронзы. А опустившись еще ниже, Стадиатис обнаружил обломки античного торгового корабля.

Украшения, амфоры, бронзовые статуэтки, мраморные скульптуры… Неудивительно, что поспешившие к месту находки ныряльщики не обратили особого внимания на бесформенный кусок позеленевшей бронзы, покрытый толстой коркой коралловых наростов и известковых отложений. Он лежал в развалившемся деревянном ящике размером с обувную коробку. У прибывших через несколько месяцев на Андикитиру археологов непонятный кусок металла тоже особого интереса не вызвал. Вместе с другими предметами со дна Эгейского моря его доставили в Афины, в Национальный археологический музей.

 

Там неприметную находку отложили в сторону. Только через год ее наконец удосужились очистить от грязи и многочисленных наслоений – и глазам археологов предстали обломки шестеренок.

Это была сенсация. Еще бы, обнаружен древнейший в мире шестеренчатый механизм! Он сразу поставил множество вопросов, и главный из них – зачем это устройство понадобилось древним грекам? Были эти шестеренки частью часового механизма или навигационного прибора? А возможно даже какой-то вычислительной машины? Или это всего лишь замысловатая игрушка?

 

Прошли десятилетия, прежде чем ученые смогли догадаться о назначении артефакта. И то весьма приблизительно. Возможно, компьютерное моделирование и рентгеновская томография помогут разгадать эту загадку.

 

«Если бы я ничего не знал о происхождении этой вещи, то решил бы, что ее сделали на исходе средневековья, – говорит Вольфрам Липпе, профессор Мюнстерского университета, специалист по истории вычислительных приборов и инструментов. – Сконструировать механизм такой сложности было под силу лишь гениям – Лейбницу или Паскалю».

В 1902 году изучать находку принялся греческий археолог валерио Стаис. Трудности возникли с самого начала: заржавевшие шестеренки так крепко приросли друг к другу, что не повредив разъединить их было невозможно. Зато Стаису удалось прочесть фрагменты надписей на циферблате механизма – это оказались названия небесных тел и знаков Зодиака. Стало ясно, что ученые имеют дело с астрономическим прибором.

 

Сравнив надписи и положения подвижной шкалы с античными календарями, Стаис определил, что прибор изготовили около 80 года до н. э. – эту же датировку позже подтвердил радиохимический анализ. А в 1985 году знаменитый французский исследователь подводного мира Жак Ив Кусто нашел среди обломков того самого затонувшего у Андикитиры корабля монеты, отчеканенные в 86 году до н. э. в Пергаме. Однако, когда в 1902 году Стаис обнародовал результаты своих исследований, коллеги обрушились на него с критикой. Сама идея сложного прибора для точных расчетов не сочеталась с представлениями о древних греках. У них была стойкая репутация великих теоретиков, уступавших другим народам в области практического инженерного знания. Считалось, что греки философствовали, а римляне занимались техникой. Стаиса даже обвинили в фальсификации и шарлатанстве.

Никто просто не хотел верить, что греческие конструкторы обогнали развитие инженерной мысли по крайней мере на полтысячи лет – и отрицание этого факта привело к возникновению сомнительных теорий. «Быть может, механизм с Андикитиры оставлен нам пришельцами из другого мира?» – задавался вопросом репортер газеты «Акрополь» в 1902 году. Кстати, на этой версии настаивают и современные уфологи.Читать дальше >>>