Я наспех бросал вещи в сумку и злился. Во-первых, нужные предметы имеют обыкновение исчезать. Во-вторых, по радио выступал какой-то деятель из пенсионного фонда. «Срок дожития…» – со вкусом повторял он. Чувствовалось, что эти слова согревали его душу. «Чтоб ты сам доживал!» – пожелал ему я, застегнул наконец сумку и поехал в аэропорт. Компания Brown-Forman пригласила нас с фотографом Сергеем Каптилкиным в Линчбург, штат Теннесси – показать, как живет городок, где производят виски Jack Daniel’s.

Вот кто бы мне объяснил, почему одни города махнули на себя рукой, впали в оцепенение и коротают век в вечном полусне, а другие не пасуют перед судьбой и добиваются успеха? Они проявляют характер – не впадают в уныние, вкалывают, цепляются за любые возможности – и в этом смысле ничем не отличаются от людей. Может, есть города-мечтатели и города-практики?

В самолете бывший десантник Каптилкин откинулся в кресле и бодро сказал: «Виски так виски!» В смысле: русские не сдаются. Я достал путеводитель.

Теннесси – скорее исторический, чем географический Юг Америки. Во время Гражданской войны входил в Конфедерацию 11 штатов. Рабовладельческих. Всех богатств – хлопок да табак, а кому охота потеть на плантации. По моему мнению, судьбу Юга определила не только экономическая география, но и непобедимая южная ленца. Здесь даже говорят медленно, тягуче.

Победил промышленный Север. Проиграв-шим оставалось жевать табак, гнать бурбон из кукурузы и петь песни. То меланхолические, то, назло северянам-янки, лихие, с каторжными нотками и важными для самосознания американца словами «пистолет», «шериф», «окружная тюрьма». Чтобы петь, деньги не нужны. У лузеров часто даже лучше выходит.

Штат Теннесси получился музыкальным. Его звонкая, как струна банджо, столица Нэшвилл притягивает всех, мечтающих о карьере певца, как Голливуд манит всех свихнувшихся на кино. В этом городе каждая официантка и каждый водитель грузовика пишет песни и надеется, что когда-нибудь они возглавят чарты. Одноэтажная Америка слушает не упитанных хип-хоперов и Бритни, прости господи, Спирс. Здесь любят кантри – свое море звуков, сообщающееся с блюзом и с роком. Иногда, как мне почудилось, и «радиошансоном» повеет... Но это совсем иная музыка – народная, общенациональная, а не для касты таксистов и дальнобойщиков.

Прочие важнейшие места штата – Мемфис на юго-западе, с его блюзами и легендой о Короле. Там Элвис Аарон Пресли запарковал свой розовый «кадиллак» в усадьбе Грэйслэнд. А на юго-востоке – Чаттануга с пыхтелкой про поезд «чу-чу» и горой, с которой в ясную погоду видно пять штатов. Услыхав про гору, Каптилкин рефлекторно огладил корпус своего «Никона».

А вот Линчбург даже в Британскую (давно уже американскую) энциклопедию не попал. Хоть и носит гордое звание райцентра, если считать округ Мур районом. А чем еще его считать?

Другой бы город захирел от обиды и зависти к соседям. Но ничего: информация отыщется в винном отделе любого приличного супермаркета, а в Америке и вовсе в любой винной лавочке. Берете бутылку Jack Daniel’s Old No. 7 и читаете на черно-белой этикетке: Lynchburg (Pop. 361) Tenn. USA. Цифра в скобках – население, правда, не совсем понятно, в каком именно году. А вот дата «1866» сомнений не вызывает – в этом году житель Линчбурга Джек Дэниел зарегистрировал свою винокурню.

В местных преданиях он предстает типичным Гекльберри Финном. Или Золушкой в штанах с помочами. Его папаша, овдовев, завел новую семью, судьбой отпрыска не интересовался, и Джек нанялся к местному пастору. Он не считал свечи и не подметал пол в церкви. Пастор по-своему соединял протестантскую этику с духом капитализма – гнал виски на продажу. Пока смышленый 13?летний оголец не выкупил у него бизнес.Читать дальше >>>