Вертолет садится, и мы оказываемся на другой планете. Вокруг только ржаво-красная пыль. Необозримая пустыня, обрамленная горами с плоскими вершинами – их называют столовыми. Ни растений, ни следов животных, ни воды. Лишь несколько тонких жил долерита тянутся застывшими черными ручейками, петляя вокруг вкраплений серого, белого и бледно-розового кварца. Когда вертолет исчезает за горами, над долиной повисает гнетущая тишина, нарушаемая лишь нашим чуть слышным сопением – от холода трудно дышать, в носу все слипается. Вот, значит, где придется разбивать палатку.

Адам Льюис с явным удовольствием изучает мрачное выражение моего лица. «Отличное местечко, а?» – ухмыляется он, берет лопату и начинает ворошить гальку.

Геолог из Центра полярных исследований Огайо ждал этого момента почти год. Ради удовольствия покопаться на краю света в красной пыли он и два его товарища по экспедиции, геологи из Массачусетса Дуглас Ковалевски и Алан Эшуорт, преодолели около 20 тыс. километров и привезли с собой почти полторы тонны оборудования.

Дату нашей заброски в лагерь не раз переносили из-за нелетной погоды. Теперь американцы радуются, что дорвались до настоящей работы, это вам не ежедневная маета в лаборатории...

Льюис, Ковалевски и Эшуорт – не кабинетные ученые. Больше всего они любят работать в полевых условиях – ходить по горам, собирать образцы, распознавать редкие формации породы, одним словом «читать скалы». А для этого лучшего места, чем Антарктика, не найти.

Хребет Олимпес находится примерно в 1300 км от Южного полюса. Здесь в сплошном белом панцире антарктического льда, покрывающего территорию больше Европы, зияет темное пятнышко – каких-нибудь 4800 кв. км. Это пылевая пустыня, которую образуют три большие долины – Виктории, Райта и Тейлора, они же Сухие Долины Мак-Мердо.

Четыре месяца в году Сухие Долины погружены во мрак полярной ночи. Часто температура опускается до –50°C. Снег на эту красно-коричневую землю почти не выпадает, дождей здесь не было и вовсе миллионы лет. Почвы пересолены, сильнейшие ветра крошат скалистые кряжи и шлифуют каменные глыбы.

Этот неземной уголок планеты образовался благодаря вершинам Трансантарктических гор – они прикрывают Мак-Мердо от проникающих с юга клиньев континентального льда. Сухие ветры Антарктиды выметают с гор снежные заносы, успевшие слежаться на зубцах этого своеобразного защитного вала. Нагревшийся в нисходящем потоке воздух «впитывает» холод, словно мощный пылесос. Поэтому в Сухих Долинах уже миллионы лет нет снега.

На первый взгляд, они мертвы, как и окружающее их белое небытие. На самом деле – это оазисы, в которых теплится жизнь. Здесь сохранились водоемы: одни никогда не замерзают из-за того, что вода в них слишком соленая, другие хоть и затянуты льдом, но достаточно глубоки, чтобы в грунте на дне могли развиваться бактерии и водоросли.

Это самые экстремальные экосистемы нашей планеты. Ученые полагают, что Сухие Долины могут рассказать, при каких обстоятельствах зародилась жизнь на Земле – и как она могла бы развиваться на других планетах. Здесь изучают пределы возможностей биосферы и этапы формирования Земли.

Следы доисторического прошлого нигде не сохранились так хорошо, как в Сухих Долинах. Во всех других регионах Земли отложения древних эпох «отутюжены» ледниками, размыты дождем, расколоты жарой, пронизаны корнями растений, наконец, распаханы человеком. Неприкосновенные скальные массивы Антарктики еще многое могут поведать о далеком прошлом.

В этом уникальном геологическом архиве Льюис, Ковалевски и Эшуорт надеются найти ответ на вопрос, когда именно район Южного полюса сковали холода и льды.

Но сначала нам нужно дождаться второго вертолета с грузом. У нас с собой только две палатки, нет даже канистр с горючим. И мы ждем. Окружающий пейзаж давит на психику. Через четыре часа мы готовы выть как волки на луну. Нервничает даже повидавший виды Льюис. А вдруг вертолеты не смогут добраться до нас из-за плохой погоды? Без еды и топлива мы здесь долго не протянем.Читать дальше >>>