Новости партнеров


GEO приглашает

Бесплатный проезд на городском транспорте и скидки на посещение городских достопримечательностей —  карта Jerusalem City Pass сэкономит вам время и деньги


GEO рекомендует

Бренд Röndell дополнил ассортимент посуды из нержавеющей стали эргономичным набором  Savvy - RDS-940


Новости партнеров

«Старшие братья и банда алкоголиков»

текст: Джереми Ватсон

Боже, как мы смеялись! Десятилетиями наши братья-южане упражнялись в остроумии, уверяя, что главный символ всего шотландского был придуман лишь для того, чтобы ублажить… английского короля. Мол, тартан — красочный орнамент, считающийся во всем мире национальным символом Шотландии, — изобрели к визиту короля Георга IV в его северные владения: именно тогда все приоделись в килты и длинные носки. И что датой рождения тартана следует считать именно 1822 год, а отнюдь не даль туманную веков. И что, мол, виноват в этом один из нас — сэр Вальтер Скотт, уважаемый романист. Описания отважных горцев, закутанных в нечто пестро-клетчатое, настолько захватили воображение Его Королевского Величества, что вожди кланов сочли себя обязанными потрафить королевским ожиданиям во время встречи его в порту Эдинбурга.

Потому нас так обрадовала новая биография Вальтера Скотта, которая вышла в свет в июле этого года. Из нее мы узнали, что автор придумал и самих англичан; по крайней мере, это он изобрел большинство отличительных признаков их национального характера. Судя по книге, черты характера, воспетые в легенде о благородном разбойнике Робин Гуде (мужество и честная игра), в славной истории о сэре Уолтере Рэйли, накрывшем своим плащом лужу, чтобы королева не замочила ног (рыцарство), а также в «Айвенго» (терпимость в мультикультурном обществе), — плоды фантазии самого Скотта. Вполне возможно, вскричали мы, что он придумал нас, шотландцев. Но он придумал и вас, англичан!

Конечно, все это беззлобная пикировка соседей, которые научились терпеть маленькие чудачества друг друга, объединившись в 1707 году в Великобританию после долгих лет противоречий.

Пятьдесят (или сколько их там?) миллионов англичан, живущих к югу от нас, кажутся нам безобидными старшими братьями, преисполненными благих намерений. Жить с ними под крышей одного государства нам не то чтобы в радость, но как соседи мы уживаемся прекрасно.

Нас же они видят в качестве младшеньких: невоспитанных и надоедливых, но способных оживить их тоскливые английские будни. Правда и в том, что мы считаем англичан неуступчивыми, властными грубиянами, которые делают все возможное, чтобы придерживать шотландцев на отведенном им месте — как это случается со слабой стороной в браке по расчету.

И тот факт, что шотландцы до недавнего времени занимали ключевые позиции в правительстве Соединенного Королевства — например, бывший премьер-министр Гордон Браун родом из Шотландии, — ничего не меняет.

Нас же они считают бандой алкоголиков, неспособных самостоятельно зарабатывать себе на пропитание и потому зависящих от подачек английских налогоплательщиков. Шотландцы — неблагодарные бездельники?

Взаимная нелюбовь неистребима, несмотря на совместную жизнь на острове, несмотря на создание ныне развалившейся империи, несмотря на две общие победы в мировых войнах.

Нагляднее всего это выражается в спорте. Англичан всегда удивляет тот факт, что шотландцы презирают любую команду, одетую в цвета английского флага. И из какой бы страны ни была команда, играющая против Англии — пусть даже там когда-то творили геноцид, — шотландцы обязательно болеют за нее.

Это хорошо видно в лондонских пабах, когда шотландцы играют с кем-то, кроме англичан: английская публика болеет за Шотландию. Зайдите в бар в Глазго: гости восхищаются действиями противников англичан.

Вспомните Чемпионат мира по футболу в ЮАР и игру Англия — Германия. Когда немцы забили четвертый гол, в шотландских пабах громче всех вопили от восторга не немецкие туристы, а пьяные шотландцы.

Поставьте сборную Шотландии против сборной Англии в любом виде спорта — и шотландская кровь закипает. Футбольные матчи между сборными были отменены еще в 1980-х из-за драк болельщиков. Сохранились игры сборных по регби, но лишь из-за того, что приверженцы этого вида спорта, как правило, выходцы из более интеллигентного и воспитанного среднего класса.

При этом шотландские регбисты, которые выглядят кроткими ягнятами в играх с ирландцами или французами, в матчах с англичанами превращаются во львов. И чаще всего англичане уползают к себе на юг побитыми.

Все это удивляет англичан. Ведь в массе своей они испытывают слабость к своему симпатичному, хоть и с подмоченной репутацией, северному соседу. Со всеми его теплыми застольями в горах, с его взрывным темпераментом и живописными ландшафтами.

Различия проявляются и на культурном фронте. Вспомните последние кинопопытки показать англо-шотландские отношения в исторической перспективе. Например, фильм «Роб Рой» по роману Вальтера Скотта, историю о скотокраде из гористой местности к северу от Эдинбурга и Глазго. Скорее всего, настоящий Роб Рой Макгрегор был мерзавцем, способным за деньги зарезать даже собственную бабушку. Но в фильме он превратился в благородного героя, вставшего на защиту своего исторического наследия и семьи от алчных английских захватчиков.

Нисон, при вздымаемых ветрами килте и бороде, представляет собой суть шотландского героя. В то же время Тим Рот играет его врага — тонкогубого английского аристократа с гаденькой улыбочкой, который исключительно забавы ради изнасиловал жену главного героя.

Или фильм «Храброе сердце» Мела Гибсона, в котором он воспел Уильяма Уоллеса, воина, сражавшегося в XIV веке за независимость Шотландии от, разумеется, английского короля. Уоллес, по Гибсону, — это также сама суть шотландского героя, также при вздымаемых суровыми ветрами килте и волосах, и он тоже сражается против английского захватчика. А что король Эдуард, более известный как Молот шотландцев? Ехидный английский аристократ с гаденькой ухмылкой…

С этими представлениями выросло новое поколение шотландцев. Так что нет ничего удивительного, что когда перераспределение политических прав в Великобритании в 1999 году позволило шотландцам обзавестись собственным парламентом, приход к власти правительства «Храброго сердца» был вопросом времени. Ватага «младоскоттов» дала возможность Алексу Салмонду и его Шотландской национальной партии сформировать в 2007 году правительство. Но прошло три года, и национальная звезда пала из-за экономического кризиса, а не потому, что предлагаемые его партией идеи независимости утратили популярность.

И как в ответ на это поступают англичане? На последних выборах в парламент они приводят к власти тонкогубого аристократа по имени Дэвид Кэмерон. Он не просто тонкогубый аристократ, он еще и лидер Консервативной партии, которую по большей части и винят в развале шотландской экономики, случившемся во время правления Маргарет Тэтчер. А это значит, линия фронта жива.

К счастью для шотландцев, большинство англичан хранят скучающее безразличие ко всему, что происходит к северу от Вала Адриана. Вполне возможно, что мы скованы одной цепью. Но шансы на то, что англо-шотландский брак по расчету будет когда-нибудь украшен взаимным уважением, малы как никогда.

04.05.2011